И. Намор – "Фантастика 2025-163". Компиляция. Книги 1-21 (страница 422)
Воеводин ответил не сразу. Речь зашла об активации системы высшей мобилизации сил человечества, гарантировавшей ответ любому агрессору как внутри цивилизации (при отпоре террористическому интернационалу типа ИГИЛ и Ингимаси), так и внешнему. Год назад уже решался вопрос инициации «Периметра» в ответ на действия Знающих-Дорогу, но до дела не дошло.
– Вряд ли это осуществимо, – проговорил наконец начальник «Сокола», – во всяком случае, в нынешних условиях.
– Нас поддержит Юкканен.
– Даже Гриффит, президент СОН, не решает такие вопросы единолично, запрос уйдёт в Комбез, а ты знаешь, какое это болото. Кто-нибудь обязательно наложит вето на предложение задействовать «Периметр».
– Прибалты, укроляхи, англичане…
– Прибалты не имеют права вето, это исторически сложившиеся политические шавки и проститутки.
– Зато вопят громче всех. Хорошо, с «Периметром» понятно, в Комитете задробят предложение, но тогда нужно включать хотя бы ВВУ[377].
– А вот тут ты прав, ВВУ заставит ощетиниться всех федералов и оборонщиков, порядку станет больше. Соберу квалитет ответственности и объявлю.
– Мне что делать?
– Продолжай расследование похищения «нульхлопов» и атаки на базу. Хорошо бы упредить следующее нападение.
– Тут ещё «Ра» молчит…
– Как говорит наша поговорка, «пришла беда – отворяй ворота». Хотя я верю, что всё в конце концов нормализуется, не пропадёт наш «Ра» бесследно. Поехали.
– Вы куда?
– К себе, потом напрошусь на приём к Гриффиту, президент СОН должен знать, что происходит.
Через несколько минут они вернулись в подземные помещения базы и разошлись. Оба представляли, с какими трудностями им предстоит столкнуться.
Глава 9
Пустота пустоте рознь
Клиффорд не смог рассчитать точные координаты местонахождения крейсера. Догадка Шапиро о том, что они оказались внутри ячейки «великой пустоты» – войда, подтвердилась. Однако в какой стороне от Млечного Пути располагается этот войд и на каком расстоянии, инк определить не сумел. Нужно было проанализировать излучение сотен миллиардов звёздных источников, сформировавших «стенки» войда, а на это требовалось время. И энергия. Потому что ВК-аккумуляторы «Ра» после хронопространственного прыжка оказались разряженными, а вакуумсосы – генераторы энергии, использующие осцилляции вакуума, – перестали выдавать необходимое для работы большинства систем корабля количество энергии.
Космолётчики даже не могли послать сообщение на Землю, так как не знали, где именно располагается родная планета. В конце концов сигнал бедствия был послан – в радиодиапазоне, однако никто не верил, что его кто-нибудь услышит. Луч света должен был пересекать войд до его границ больше миллиарда лет.
Руслан собрал «живое» совещание – в кают-компании космолёта, пригласив всех свободных от вахт членов экипажа во главе с Маккеной, а также членов исследовательской группы. Собрались без обычного перешёптывания и шуток. Даже Слава Терёшин, привыкший быть душой компании и никогда не терявший присутствия духа, хранил молчание. Хотя держался поближе к Веронике Солнышко, не теряя надежды завоевать сердце девушки.
Многие космолётчики были старше, отчего Руслану приходилось прилагать усилие над собой, чтобы выглядеть соответственно статусу командира экспедиции. Удавалось это не всегда.
Кто-то «выключил» стены помещения, и небольшая кают-компания провалилась в густую темноту пространства, которую не могли нарушить слабенькие искорки и паутинки света на пределе зрения, означавшие далёкие звёзды и их скопления.
Руслан в полной тишине подождал инициативы спутников, ощущая темноту физически плотным саваном, леденящим душу, не дождался и сам попросил Клиффорда:
«Верни стены».
Темнота исчезла, стены кают-компании проявились янтарными пластинами с привычной конфигурацией.
– Все вы прекрасно знаете наше положение, – сухо начал Руслан. – Клиф утверждает, что запомнил несколько «струнных» переходов. То есть Долгоживущий послал нас обратно в прошлое, используя какие-то «кротовые норы», каналы между Миропузырями Мультиверса. Но где мы оказались, никто сказать не может.
– Внутри войда, – буркнул Терёшин.
– Однако в нашей ли Вселенной, а если в нашей, то в какое время – неизвестно, так?
– Давайте рассуждать, – отставил в сторону чашку с горячим селенчаем Шапиро; он единственный из всех присутствующих выглядел бодро. – Предлагаю начать с объяснения того, что такое войд.
– Пустота, – скривил губы Терёшин.
– Пустота пустоте рознь, молодой человек. Да, эта область пространства свободна от звёзд, галактик, пыли и силовых полей, но скопления неких материальных структур здесь должны присутствовать.
– Тёмная материя.
– Да хотя бы и тёмная, хотя у меня недавно появились некие соображения на этот счёт. Обычные скопления тёмной материи помогают формировать стенки войдов, в которых гравитация удерживает волокна скоплений звёзд и галактик, образующих крупномасштабную сетчато-волокнистую структуру нашей Метавселенной. Войды – иное дело, внутри них прячется нечто близкое космологическому фактору, ускоряющему расширение нашей Вселенной. Это нечто создаёт отрицательное давление, сказывающееся на распределении пекулярных[378] скоростей галактик. Если в ветвях скоплений они направлены к центрам скоплений, то в войдах из центра. На мой взгляд, это возможно лишь в одном случае: скопления тёмной материи в войдах имеют другой знак.
Руслан поймал взгляд Маккены, дёрнул уголком губ, как бы поддерживая скепсис капитана.
– И что из этого следует?
– Если обычная тёмная материя состоит из майоранов и вимпов[379], то материя в войдах – из антивимпов.
– Всеволод, не фантазируйте, – поморщился Шеридан.
– Допустим, – сказал Руслан. – Чем данная информация поможет нам?
– Здесь
– Известные законы физики прекрасно описывают свойства нашего континуума, – сказал Шеридан. – Нет смысла изобретать новые.
– Законы физики – не догма, тем более что при столкновении бран, что и происходит в районе Большой Дыры, в нашу Метавселенную вторгаются законы Метавселенной Знающих. Мы научились преодолевать колоссальные космические расстояния, но до сих пор мало знаем архитектуру космоса.
– Странно слышать это из уст учёного такого масштаба.
– Каждый из нас имеет своих тараканов в голове, – ухмыльнулся физик. – Но мои ошибаются редко. Майор подтвердит.
Руслан кивнул. Он действительно верил эксперту, не раз доказавшему свою правоту.
– Продолжайте.
– Итак, что такое войд, краткий тезаурус. Пару сотен лет назад астрономы составили карту анизотропий и нарушений симметрии микроволнового фона Вселенной и получили самую настоящую паутинную сеть, коррелирующую с известными к тому моменту скоплениями галактик. Паутинками в этой сети стали галактики и сверхскопления галактик, а ячейками – пустоты, лишённые звёзд, газа и межгалактической пыли. Их назвали войдами. Количество ячеек велико, типичные размеры составляют от тридцати до сотни миллионов эсве. Но есть и очень большие войды. Тот, в который нас перенёс Долгоживущий, вообще считается самым большим, его потому и назвали Giant Void – Гигантский, и расположен он точно в созвездии Гончих Псов, на расстоянии около трёх миллиардов эсве от Солнца.
– Тогда почему Клиффорд не может найти Солнце? – поинтересовалась Марианна Вележева, исполнявшая роль эксперта-техника экспедиции. – Если известно, где располагается войд?
– С Земли определить его местонахождение легко, но из самого войда – проблематично, так как скопления галактик располагаются вокруг него равномерно, и где наш Млечный Путь – неизвестно. Я думаю, в конце концов Клиф найдёт нашу галактику, а там и Солнце. Другое дело – что нам даст сам войд.
– В каком смысле?
– Вы знаете, что вакуум не есть пустота в полном смысле этого слова. Он представляет собой упругую квантованную среду, заполненную полем Хиггса и океаном безмассовых частиц – квантонов, осцилляция которых порождает элементарные частицы, в том числе – античастицы.
– Не надо читать лекции, Всеволод, – прервал его Руслан.
– Хорошо, не буду, – легко согласился Шапиро. – Тогда, если говорить совсем по-простому, войды тоже эволюционируют, и в них должно происходить движение материи.
– Какой? – вежливо спросил Шеридан.
– Надо искать. Я чую, что мы здесь не одни.
– Любите же вы экстравагантные выводы, коллега.
– Что есть, то есть, – согласился физик. – Но ведь так интересней жить, вы не находите? Майор, разрешите я поработаю с Клиффордом «один на один»? Всё равно ведь пока делать нечего.
Руслан посмотрел на Маккену.
– После проверки функционирования всех систем, – сказал капитан бесстрастно.
– Тогда я с вами, – сказал Шеридан.
– Ради бога, не помешаете.
– А чем будем заниматься мы? – спросила Вележева.
– Предлагаю партию в шахматы, – улыбнулся Руслан.
– Я серьёзно.
– И я серьёзно, спешить нам некуда. До тех пор пока мы не определимся, где именно и в какие времена прыгнули, делать будет нечего.
– Абсолютно с вами согласен, – сказал Шапиро. – Как говорил мой приятель, в такой ситуации не надо спешить, но не следует и торопиться.
– Вы шутник, Всеволод, – пожурил его Шеридан.