И.А.Невская – Город, который пишет кровью (страница 3)

*«Идеально», — подумал он и достал маленький цифровой фотоаппарат. Сделал несколько снимков — для личного архива, для истории. Вспышка на мгновение осветила набережную, выхватив из темноты мокрый гранит, чугунную скамейку, бледное лицо мёртвой женщины. Потом он развернулся и ушёл, растворившись в дожде и тенях Петербурга. Пальто Веры он унёс с собой — позже сожжёт в подвале.

За его спиной женщина с блёклыми глазами сидела на скамейке и смотрела на собор — мёртвая, но прекрасная в своей постановочной смерти. Первая глава была написана.

Глава 6.

Тело нашли через час. Наряд патрульно-постовой службы, объезжавший район, заметил фигуру на скамейке. Сначала старший сержант Круглов — пожилой мужчина с усталым лицом и седыми усами — подумал, что это пьяная. Потом — что спит. И только подойдя ближе, в свете фар патрульной машины, он понял: эта женщина никогда больше не проснётся.

В 6:45 утра телефон Анны Коваль завибрировал на тумбочке. Она уже не спала — бессонница была её верным спутником — и сняла трубку после первого гудка.

— Коваль, — голос Волкова был хриплым, как всегда по утрам. — Труп на Грибоедова. Почерк необычный. Похоже на постановку. Жду в отделе.

— Буду через сорок минут.

Она встала, плеснула в лицо холодной водой. В зеркале мелькнуло её отражение — бледное, с тёмными кругами под глазами, волосы в беспорядке.

«Опять, — подумала она. — Опять кто-то решил, что имеет право распоряжаться чужой жизнью. Как будто этот город и так недостаточно мёртв».

Она вышла под дождь.

Здание Главного следственного управления на Литейном проспекте встретило её привычным запахом казённых коридоров — хлорка, пыль, дешёвый табак. Это было старое здание с высокими потолками, облупившейся краской на стенах и скрипучими деревянными полами. В коридоре уже кипела жизнь: оперативники сновали туда-сюда, звонили телефоны, кто-то громко спорил по мобильному.

Волков ждал в своём кабинете — маленькой комнате с видом на внутренний двор. Стены были выкрашены в бледно-зелёный цвет, местами облупившийся. На подоконнике стояла пепельница, полная окурков. Он сидел за столом, заваленным бумагами, и курил «Беломор», стряхивая пепел в жестяную банку из-под леденцов. Ему было сорок пять, но выглядел он старше — лицо, изрезанное морщинами, как старая карта, седеющие виски, уставшие глаза. Он носил один и тот же серый плащ уже десять лет, и жена грозилась его выбросить.

Рядом с ним стоял молодой парень со взъерошенными светлыми волосами и горящими глазами — лейтенант Князев. Ему было двадцать восемь, но выглядел он моложе из-за худощавого телосложения и мальчишеской улыбки. На нём была дешёвая синяя куртка, из-под которой виднелся свитер с высоким горлом.

— Знакомься, — кивнул Волков. — Игорь Князев, из молодых. Будет помогать. Парень шустрый, но горячий. Остуди его, если что.

Князев улыбнулся — широко, открыто, как улыбаются люди, ещё не утратившие веру в справедливость. На его лице был небольшой шрам над левой бровью — след детского падения с велосипеда.

— Анна Сергеевна, наслышан. Для меня честь работать с вами.

— Для тебя честь будет, если мы поймаем этого ублюдка, — буркнула Анна, но уголки губ дрогнули. Этот парень ей даже нравился — своей незамутнённой энергией. «Интересно, надолго ли его хватит? — подумала она. — Город ломает таких за пару лет».

— Что у нас есть? — спросила она, беря папку.

— Женщина, 28 лет, Вера Снегирёва, библиотекарь, — начал Князев. — Задушена. На теле нет следов борьбы. Одета в старомодное платье — тёмно-синее, с кружевным воротником, похоже на винтаж. В руках — книга Уилки Коллинза «Лунный камень». Между страниц — записка.

Он протянул ей копию.

Анна прочитала. «Каждое убийство — это история. А каждая история ждёт своего читателя». И на обороте — машинописная цитата.

— Почерк, — сказала она, разглядывая записку. — Каллиграфический. Человек явно творческий, возможно, с художественным образованием. Педант. Перфекционист.

«И что-то ещё, — добавила она мысленно. — Что-то знакомое в этом ритме, в этой манере... Где я это видела?»

Она отогнала мысль. Рано делать выводы.

— Я поеду на место, — сказала она. — Князев, со мной. По дороге расскажешь, что нарыл по книге.

Глава 7.

Набережная канала Грибоедова в этот час была всё ещё оцеплена. Жёлтая лента трепыхалась на ветру, как флаг капитуляции. Тело уже увезли, но на скамейке остался меловой контур — призрак женщины, которая ещё вчера дышала.

Анна вышла из машины и подошла к парапету. Гранит был мокрым и холодным на ощупь. Вода в канале была чёрной и маслянистой, в ней отражались огни фонарей — дрожащие, размытые, словно под водой жила другая, искажённая версия города. Она вдохнула сырой воздух, пахнущий рекой, бензином и чем-то ещё — едва уловимым, как запах старых книг.

«Почему здесь? — думала она. — Спас на Крови... Храм, построенный на месте убийства императора. Символ? Ирония? Или просто красивая декорация?»

Собор возвышался над каналом, его разноцветные купола тускло блестели в сером утреннем свете. Мозаики на фасадах — сцены из Библии, лики святых — смотрели на воду с каким-то скорбным укором.

Князев подошёл сзади. Его ботинки — дешёвые, но начищенные — оставляли следы на мокром асфальте.

— Анна Сергеевна, я поговорил с криминалистами. Следов практически нет. Дождь смыл всё, что могло быть. Но вот что интересно: на книге библиотечный штамп — Центральная библиотека имени Маяковского. Можно пробить, кто брал.

— Пробивай, — кивнула Анна.

Через час у них была распечатка из библиотечной базы. «Лунный камень», издание 1965 года, был выдан 15 сентября текущего года читателю Дмитрию Сергеевичу Соколову, адрес: ул. Садовая, д. 12, кв. 34. Князев проверил адрес — такого дома не существовало. Номер квартиры тоже был фальшивым.

— Липа, — сказал он. — Но имя... может, настоящее?

Анна долго смотрела на строчку с именем. Дмитрий Соколов. Где-то в глубине памяти шевельнулось что-то давно забытое. Она отмахнулась — совпадение. В этом городе сотни Дмитриев Соколовых.

— Проверь всех Дмитриев Соколовых в городе, — сказала она. — И тех, кто когда-либо публиковался под этим именем. Может, это псевдоним писателя.

— Думаете, наш убийца — писатель?

— Думаю, он хочет, чтобы мы так думали. Или он действительно им является. В любом случае, он оставил нам подсказку. Хочет, чтобы мы его искали.

Глава 8.

Следующим пунктом была квартира жертвы на Лиговском проспекте. Дом был старым, с облупившимся фасадом и тёмной парадной, где пахло кошками и сыростью. Анна и Князев поднялись на третий этаж по скрипучей лестнице.

Квартира была типичным жилищем одинокой женщины с небольшим достатком: маленькая прихожая с вешалкой, заваленной старой одеждой, комната с выцветшими обоями в цветочек, ковры на стенах, старая мебель. Три кота испуганно жались под диваном — их глаза светились в полумраке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.