Hydra Dominatus – Данные удалены. Том 1 (страница 47)

В ресторане я просидел пол часа, после чего отошёл в уборную. Там же создал себе дверь в никуда, после чего вышел в своём слегка изменившемся пространстве. В частности, здесь теперь находилась Кристина М. и шла подготовка по созданию научной базы Фонда. Народу было пока что немного, однако они научились понимать это место и манипулировать тем, что позволяло здесь находится.

Я пока что сам точно не мог сказать каким образом они добились такого успеха, однако вероятно дело в каких-то других аномальных объектах. Ведь это место впускало всех, но выпускало только негативную энергию, то есть тех кто её создавал, тех кто из её состоял или… или тех, кто мог покрыть ею кого-то, как я покрывал своей аурой Кристину М., позволяя ей выходить.

Однако теперь нужда во мне отпала, мне нашли замену, а значит, вспоминая всё сказано ранее, ценность моя упала снова. И будет падать дальше, ведь именно на это и работает Фонд, изучая аномалии и делая всё, чтобы они не стали "Роналду", уж простите за столь сюрреалистичное сравнение.

— Незаменимых не существует, верно говорю? — спросила Кристина М., что сидела за своим столом и спокойно себе работала, не задаваясь вопросом почему тут так светло и всё бело, словно в матрице, хотя источника света тут нет.

— Верно. Может уже будем говорить на "ты"?

— Мне амбивалентно. Одинаково устраивают оба варианта, — пожала плечами Кристинам М., которая и сама уже замечала, что порой говорит со мной как на "ты", так и на "вы". — Ты был когда-то другом Этюда?

Вопрос был задан в лоб, при чём крайне неожиданно, ведь приходя сюда я рассчитывал, что мы будем обсуждать вопросы Каирской Длани Змея. Однако в целом в беседах с Кристиной М. стоило ожидать подвоха всегда. И ещё хищный взгляд уже впивался в меня, как и очки не могли скрыть силы, что скрывалась в ней. Кристина М. не просто пользовалась аномальными объектами, она сама была искусственно выращена как объект.

Хотя вот чемоданчика с ней тут не было. Видно снова Этюд им пользуется? Жуткое оружие, сталкиваться с ним без снятых и освоенных четырёх печатей вообще не хотелось. А победить такое оружие… тут уж и все пять понадобятся, да желательно тоже с продолжительным снятием, чтобы я успел освоится с ними заново, да адаптировать кое-что, дабы не повторить прошлых ошибок.

— Забавно, да? Такой простой вопрос, на который надо дать простой ответ: либо "да", либо "нет", — с тактом, с чувством, с расстановкой произнёс я, уже довольно соскучившись по компании красноволосой дьяволицы.

Был в ней некий шарм, который отсутствовал в любой девушке моего гарема. Шарм связанный не столько с животным инстинктами или страстью, сколько с… скорее социальной составляющей. Ведь Кристина М. была как раз незаменима и уникальна. Опасна и желанна, умна и красива, ужасна и неповторима… от того её мнение перевешивало четыре миллиарда мнений всех других женщин, что были похожи друг на друга из-за того, что в целом люди все были похожи, как того требовало природа.

Ну в случае с Кристиной М., как и многими из верхушки Фонда, природа и её законы ушли на второй план. Это олицетворялось не только в ярких волосах, но и в характере. И её я мог хотя бы за примерно равного считать, ну или хотя бы достойного оппонента.

— Так что же, не ответишь? Секретная информация? — Кристина М. не скрывала того, что явно мало знает о Совете О5, о том что случилось в прошлом и чем же я связан с Этюдом, на моей ненависти к которому выросла и вся моя ненависть уже ко всему Фонду.

— Почему же? Отвечу… просто выжидаю пять секунд, чтобы дать максимально понятную и корректную формулировку, — ответил я, присаживаясь напротив. — Скажем так… порой жизнь очень сильно удивляет и твои единственным другом в какой-то момент становится заклятый враг. Работает и наоборот. Не могу назвать Этюда другом, но боюсь… он один из немногих, кто меня в принципе понимал.

— Ты говоришь в прошедшем времени.

— Потому что время прошло и я с ним давно не общался. Поменялся сам. Поменялся он. Поменялось время. Возможно и он уже меня не понимает, а возможно… возможно стал понимать ещё больше, не знаю.

— И ты его всё равно убьёшь?

— Если возможность появится и сил хватит, что маловероятно.

— Мне не понятна природа вашего конфликта. Но неужели нельзя как-то его решить? Ты же не такой уж и монстр, вполне человечен, хоть и не без греха, как и все люди. Так почему же нельзя провести работу над собой, унять слабости, позволить помочь сделать тебя сильнее морально и этически, а затем объединить усилия? Ты же не хочешь смерти Человечества? Насилие ради насилия тебя тоже не интересуется. Как и серьёзных дефектов, которые не можешь контролировать, у тебя тоже нет. В чём проблема? Сугубо в личном конфликте?

— Проблема на самом деле проста. И заключается в том, что Фонд просто не может меня контролировать. А то что Фонд не может контролировать… Фонд уничтожает. Совет О5 боится меня, боится моих возможностей, потенциала и того, что я могу сделать. Я как… как ядерное оружие, только которое само решает когда взорваться. Фонд этого принципиально не приемлет, а я не приемлю такого отношения. В результате даже если отринуть личный конфликт… всё придёт к тому, что рано или поздно Фонд найдёт способ меня подчинить, а я… я не дам этого сделать, ведь моя жизнь, как ты понимаешь, в моих руках. И как только я буду загнан в ещё более тесный угол, чем сейчас… это наконец-то закончится.

— Когда я взялась за эту задачу, то была уверена, что найду способ разрешить эту проблему, — сложив руки на коленях и слегка отъехав назад на своём офисном стуле, произнесла Кристина М.

— И как прогресс? — сидя к боком к столу и не поворачивая головы, направляя лишь взгляд влево, спрашивал с лёгкой ироничной улыбкой.

— Этюд сразу сказал, что это невозможно. Но я сочла иначе.

— Значит это урок смирения. Даже Совет О5 не всесилен. Это надо помнить, особенно когда метишь в одно из их кресел.

— Или урок о том, что всё меняется. Ты же сам об этом говорил.

В этот раз я уже улыбнулся. Широко и искренне, даже повернул голову и посмотрел на Кристину М., которая была также серьёзна, как и опасна.

— Поэтому мне и нравится твоя компания. Ты такая юная и живая… жаль только скоро эти слабости в тебе раздавит Фонд, после чего ты станешь такой же как Этюд и займёшь его место. Тогда и поймёшь, что сейчас ты всё ещё в раю, хоть и считаешь иначе. Ведь на том, предфинальным уровне, где находятся директора О5, ты познаешь ад. Ад, в который ты ввергнешь себя сама, своими мыслями и целями, а также пониманием того, что… что всё при этом будет правильным, логичным и рациональным. От этого ты не сможешь спать, но после привыкнешь. И тогда станешь настоящим членом Тринадцати.

Да уж, самым худшим в человеческом развитии был тот момент, когда ты доходил до уровня осознания. Осознания того, что всё это зло вокруг родилось не из-за дьявола, Бога ещё там какой-нибудь аномальной штуки, а из-за… из-за людей. Что это абсолютно нормально, естественно, сколь бы жутко не выглядел забитый детьми котёнок. И ещё сложнее принять это, отринуть всякую чушь, что на поступки человека может что-то влиять извне.

Нет, всё зло делается намеренно, согласно вполне себе предсказуемому сценарию, по до боли человеческим мотивам и ради всегда великих целей, пусть и в контексте одного или нескольких человек. И это зачастую необходимо, ведь если бы не было зла, то как на его фоне добро могло бы сиять?

Если бы не нацисты, то вокруг чего бы объединился весь другой мир? Если бы маньяки не совершали бы своих преступлений, то на чьём примере бы объяснили, что это плохо? А человек-то, только на своих ошибках и учится. И выходило так, что зло было нужно, а все страдания лишённых спокойствия — оправданы.

И оставалось только сидеть и рыдать из-за этого осознания, что всё случилось не по ошибке и не случайности, а потому что… потому что так было надо, так было правильно, так было рационально. И таким образом из-за лишения ты даже будешь лишён права злиться на случившееся, ведь… а на что злится? На то что у маньяка генетическое отклонение? То что вор не вписался в социум и не нашёл места? С таким же успехом можете злиться на тумбочку, о которую ударились пальцам.

Она же виновата, да?

Вот примерно в таком мире я жил. И в таком же жил Фонд. В мире, где ты понимаешь каждое действие, где нет виноватых, а есть лишь следствия и причины. Где не найти козла отпущения, а выбор сводится к одному варианту: тебе просто надо принять случившееся, прямо как ты каждый день принимаешь то, что дождь идёт и солнце светит. С одной лишь разницей…

Ни дождь, ни солнце не отняли у тебя всё то, ради чего стоило жить. И страшнее всего становится в тот момент, когда ты уже понимаешь, что не сможешь этого принять, других вариантов нет и ты просто… просто смотришь в будущее, видишь идеально ровную дорогу, которая срывается прямо в бездну. А ты мчишься туда, зная что не будешь поворачивать и зная чем это закончится, что ничего уже не изменишь, но… продолжаешь поддавать газу.

— Может ты и прав, а может твой горизонт событий ещё достигнет тех вещей, что заставят тебя сменить точку зрения, — нейтрально произнесла Кристина М., которая ты уже была повязана по рукам и ногам пониманием отсутствия всякого выбора и того, что знает каждый свой следующий шаг. — Останавливаться тоже ведь нельзя.