Hydra Dominatus – 40к способов подохнуть. Том 5 (страница 25)

— Вот что такое жизнь! — воскликнул я, изрыгнув из обожжённой глотки серый дым. — Огонь, что горит так ярко, что тускнеет всё остальное!

Отдавая этому огню всё больше, я продолжал делать один шаг за другим, хромая и опираясь на свой посох. Всё моё мастерство и знания библиария направляли безудержные потоки энергии. Вся решимость Алора заставляла судорожно сокращающиеся мышцы нести это бренное тело к цели. Ярко сверкала и гордыня Мордреда, о которую с шипением разбивались капли яда.

И никакой жалости я не испытывал ни к себе, ни к врагу, как это делал Юртен, для которого не существовало ничего кроме одной единственной цели, что равнялась приказу. Даже слегка удивился Лекс, когда вопреки его пессимизму волна за волной огонь сжигал преграды, а тысячи демонов стремительно начинали отступать и прыгать в эту магистраль, чтобы помешать тому, что не должно было случиться.

Словно потоп вся собранная мощь хлынула на меня, но было поздно.

— Здесь только у меня есть право решать, — засовывая руки в гнилостное пульсирующее сердце прохрипел я, передав посох тени Торквемады. — Я судья и палач. И приговор мой никогда не обжалуется.

И нащупав проклятую книгу я с силой его захлопнул, после чего схлопнулись и два мира. Под заливистый смех Тзинча случилось нечто, что смогло заставить смеяться и Слаанеш вместе со своим врагом. Ведь вероятность случившегося была невероятно мала и даже Тзинч делал ставку на совершенно иной исход.

— Так даже лучше… — усмехнулся Тзинч, утерев слёзы у девяносто девять своих лиц. — Умеют же смертные удивлять… к несчастью для него, только что этим он подписал приговор миллиардам невинных… так и остался всё тем же дураком, что не может усвоить самое главное правило…

— Не надо спорить с Богами… — раздался и шепот Слаанеш, что сверкнула своим Оком, делая вид, что давно раскусила замысел Тзинча.

А Тзинч в этот раз решил промолчать, чем ещё сильнее запутал Слаанеш. Но куда важнее было то, что эти волнения в варпе уловили не только другие из Четвёрки, но и некоторые иные сущности, что начали действовать, разгоняя маятник войны.

Это понял даже я, когда захлопнул книгу. Но было уже слишком поздно, ведь Ящик Пандоры был открыт и теперь ничего нельзя было изменить. Оставалось лишь сетовать на собственную самоуверенность… или думать о том, как разгрести последующие последствия.

Дальше будет много эльдарок, потому что… в шестом томе будет Комморра. Ведь на бусти уже аж 250+ глав и там уже реально очень далёкое тёмное будущее.

Глава 160

Жуткий хрип раздался среди могильной тишины и тысяч трупов, после чего хрип стал невероятно жадным и продолжительным вдохом.

— Сюда! — заметив движение среди тел, закричал один из солдат. — Ещё выживший!

И какого же было удивление бойцов, когда убрав одно из тел они увидели стальную руку, что продолжала держать болт-пистолет, тянущийся стволом к небу. А ещё через два трупа уже показалось и лицо живого Сиберуса, полностью покрытого запёкшейся кровь врагов, товарищей и своей. И первыми его словами стали:

— Доложите обстановку.

— Мы… мы выстояли…

Но Сиберус прямо слышал как сочилась неуверенность и сомнения из слов солдата. Боец не верил в то, что говорил, как и Сиберус выбравшись из-под трупов не мог понять, каким образом они были ещё живы? Почему враги перестали наступать? Они же сломили оборону и прорвались, им не было числа, а теперь…

Сиберус направил взгляд к выходу из туннеля, в который начали падать солнечные лучи. Не осталось ни одного живого демона или культиста. Все они будто бы в один миг взяли и исчезли. А вместе с ними пропал и страх, что сковывал души новобранцев, что слабо улыбались. Им было жаль товарищей, но… они радовались, что выжили сами и… кажется спасли этот мир?

— ПЕРЕГРУППИРОВАТЬСЯ!!! — тут же рявкнул Сиберус, что впервые за последние сто пятьдесят лет чувствовал… спокойствие?

Комиссар даже не мог точно сказать спокойствие ли это или умиротворение, может быть… расслабленность? Но одно он знал точно, произошло нечто непоправимое и вероятно крайне ужасное. И поэтому он отдал новый приказ, после чего с перегруппировавшимися тремя дюжинами бойцов начал уходить прочь от солнца, вглубь туннеля к центральной магистрали, где также не раздавались выстрелы.

Зловоние трупов било в нос, перешагивать приходилось сотни тел и разбитая техника продолжала гореть, но не слышно было голосов и яд не капал с потолка. Как и… даже после лицезрения жуткой поле битвы никто не дрогнул. И хоть Сиберус уважал каждого солдата и понимал на какие жертвы идут эти юнцы, что не видели до сегодняшнего дня крови и смерти, но… даже они сейчас казались бесстрашными, чего быть не могло.

— Комиссар Сиберус Карфакс, что тут произошло⁈ — как всегда громко говорил комиссар, обращаясь к выжившей свите инквизитора.

— Враг был сокрушён, — хмуро ответила Алисия, что помогала оказывать помощь раненым.

— Каким образом⁈

— Не знаю, — без особого интереса ответила Алисия.

На лице её лежал такой мрак, который даже на войне Сиберус редко видел. Время от времени взгляд Алисии также становился словно бы… стеклянным. Взгляд на две тысячи ярдов, несфокусированный взгляд в пустоту, полная отрешенность и кажется даже потеря связи с реальностью. Видно было, что эта девушка обладала сильной волей, но от того Сиберус напрягся ещё больше.

В свитку инквизиторов набирались лучшие из лучших, и если здесь произошло нечто, что смогло надломить таких бесчувственных машин, как и сам комиссар…

— Тьма… — прошептал Сиберус, встав у края Центральной Магистрали и направив взгляд вниз. — И тишина… Инквизитор справился?

— Проницательности вам не занимать, — съязвила Алисия, что было хорошим знаком.

Так или иначе связь ещё не была восстановлена, поэтому оставив пару бойцов с указаниями доложить обстановку командованию, когда вокс оживёт, Сиберус отправился со своим отрядом вниз по спиральной лестнице. Шагая по металлу он вслушивался в каждый шаг, но не видел угрозы и не чувствовала страха. При чём не чувствовала его не за себя, нет, этот страх давно покинул Сиберуса, но страх за бойцов, за этот мир, за людей и будущее Империума… он тоже исчез. Это чувство пьянило даже Сиберуса, что уж говорить про простых бойцов.

— Грёбанные демоны… — раздался шёпот в тенях лишённого освещения спуска, после чего начали раздаваться ещё какие-то странные щелчки. — Грёбанные парии…

После загорелся огонёк и стало видно лицо Оливера, который дрожащими руками всё же смог прикурить.

— В глаза не свети, дай отдышаться, — рыкнул Оливер, закрыв лицо рукой. — Вниз не пойду, даже не просите. У меня приказ вот… этого дурня охранять.

Рядом с Оливером сидел и Молчун, который тоже как-то грустно смотрел в пол. Хотел поиграть в героя, но несмотря на его ген парии… что-то очень сильно пошло не так и у него. Так или иначе Сиберус был вынужден ещё оставить пару бойцов. Одни остались с выжившими, другие отправились обратно к Алисии с докладом. Сам же Сиберус был полон решимости найти либо живого инквизитора, либо мёртвого, а также докопаться до истины. Ведь комиссар понимал, что от этого зависит… наверное судьба всего Империума.

Конечно, хотелось считать случившееся чудом, но слишком долго жил Сиберус на этом свете и слишком много дерьма повидал. Хорошо — это когда плохо. А вот когда тебе кажется, что всё хорошо, то значит всё очень-очень плохо. Ну а очень-очень плохо как правило не имело никаких других трактовок и действительно являлось только самим собой.

И вот всё ниже спускался Сиберус, как вдруг начал слышать чужие шаги впереди. Без лишних слов, одним лишь взглядом отдав приказ бойцам, он и весь отряд заняли позиции и наставили оружие в сторону появления потенциального врага. Но спустя долгие мгновения медленно и нерасторопно из-за поворота начал показываться сначала один силуэт, а затем уже два.

— Мне… мне срочно надо в собор… а лучше на корабль… — говорил я, то и дело теряя связь с реальностью.

— Я это уже поняла, но надо сначала подняться на поверхность, — отвечала Эридия, которая была единственной причиной почему я ещё не упал.

Сознание моё раскалывалось, я одновременно находился и в физическом мире, и всё ещё в варпе, который не отпускал меня. Эти голоса… они были повсюду, а океан эмоций и чувств постоянно их сменял. Зря я коснулся этой книги, отпустить которую теперь просто не мог. Пальцы мои с невероятным остервенением сжимали её, прижимая к груди, ведь это было… эта книга была всем.

Нельзя было её терять, нельзя было отпускать, если она попадёт не в те руки… её нужно уничтожить, но хватит ли у меня сил? Хватит ли их хоть у кого-нибудь в этом мире? Может быть у Бога-Императора? Смешно, скорее Золотой Трон взорвётся, чем меня пустят с этим в Солнечную Систему, не то что на Терру и тем более в Золотой Дворец. Это невозможно.

Вокруг доносились голоса… Сиберус о чём-то говорил с Эридией и я вроде слушал эти слова, тело моё восстановилось и ран было меньше, чем у той же Эридии. Но уловить сути я не мог. Внимание моё было разрезано, а психика продолжала накаляться, перегружая нервную систему и сознание. Книга поглощала всё моё внимание, отвернуться не получалось, но даже если бы я мог, то имел бы я право так поступить?

— Нет… нельзя… — говорил я, прижимая книгу ещё ближе и заставляя бойцов шарахаться от меня.