Хусейн Азади – Иран. Полная история страны (страница 5)

Военные неудачи на западе способствовали новой вспышке центробежных тенденций. Известно же, что старое полотно рвется сразу в нескольких местах. Геродот пишет о том, что Дарий готовил новый поход на греков, который намеревался возглавить лично, но этим планам помешало восстание в Египте, усмирять которое пришлось сыну и преемнику Дария Ксерксу I.

Дарий Великий умер осенью 486 года до н. э. на 65 году жизни и 36 году правления. Он стал вторым и последним великим правителем из династии Ахеменидов. Дальше начался регресс, закончившийся в 329 году до н. э. падением ахеменидской державы под натиском Александра Македонского.

Держава Ахеменидова

«Дарий разделил державу на двадцать провинций, которые персы называют сатрапиями, – пишет Геродот. – Сделав так и назначив правителей, царь установил подати… В царствование Кира и при Камбисе не было установлено никаких определенных податей, были только добровольные дары [царю]. Из-за обложения податями и других подобных деяний Дария в Персии его называли “торгашом”, Камбиса – “властелином”, а Кира – “отцом”, потому что Дарий все в своем государстве устроил на торгашеский лад, Камбис был жестоким и высокомерным, а Кир был милостив и ему подданные были обязаны всеми благами». При этом персы не облагались податями, такая была у них привилегия.

Сатрапиями управляли наместники-сатрапы. Перед царями всегда и везде стояла одна и та же проблема – нужно было дать наместникам столько полномочий, чтобы обеспечить их лояльность, но не дать им возможности пойти по пути сепаратизма. В державе Ахеменидов эта проблема решалась двумя способами. Во‑первых, неограниченная гражданская власть сатрапов уравновешивалась властью местных военачальников, которые подчинялись не сатрапам, а непосредственно царю. Военные чиновники контролировали гражданских и наоборот. Кроме того, в придворном штате были должности инспекторов, которые разъезжали по империи и следили за соблюдением порядка на местах.

Подати зависели от уровня благосостояния сатрапии. Больше всего выплачивал богатый Вавилон – 1 000 талантов серебра в год[23], что составляло около 7 % всех поступлений в царскую казну. Денежные подати дополнялись натурными, так, например, Киликия[24], помимо 500 талантов серебра, ежегодно посылала царю 360 белых коней. Геродот сообщает, что 140 из 500 талантов дани расходовалось на содержание местного вой– ска, а 360 талантов составляли «чистую прибыль» царя. Вавилон же в дополнение к 1 000 талантов предоставлял 500 оскопленных мальчиков. «А хранил царь свои сокровища так, – пишет Геродот. – Он приказывал лить расплавленный металл в глиняные сосуды, а когда сосуд наполнялся, его разбивали. Всякий раз, когда требовались деньги, царь велел отрубать от слитка столько золота, сколько было нужно». Чеканка золотой монеты была царской привилегией, сатрапы могли чеканить серебряную, а правители более мелкого масштаба – только медную. Чеканить свои деньги в государстве Ахеменидов начали при Дарии, и несколько веков в Передней Азии ходили золотые дарики, весом более восьми граммов – солидная монета.

Золотой дарик. 4 век до н.э

Основу экономического благосостояния державы составляла торговля, для развития которой прокладывались удобные и хорошо охраняемые дороги с царскими стоянками (казенными почтовыми станциями) и постоялыми дворами. Дарий и его преемники стремились к идеалу, который много столетий спустя сформулирует Чингисхан – чтобы девственница с мешком золота могла бы пересечь державу из конца в конец, не утратив при этом ни золота, ни девственности.

Пасаргад, строительство которого было начато в 546 году до н. э. Киром Великим, не устраивал Дария точно так же, как и Сузы, в которые перенес столицу Камбис II. Он построил себе новую столицу – Персеполь. Царские резиденции были также в Вавилоне и древней столице Мидии Экбатане, так что эти города можно было приравнять к столичным.

Широкое распространение получила система откупа, на первый взгляд выглядевшая удобной, но на самом деле пагубная для государства. Правителей привлекали простота и выгода, лежавшие на поверхности. Зачем содержать чиновный аппарат для сбора податей, если можно продать право их сбора частному лицу, которое единовременно выплатит в казну крупную сумму, а затем будет думать, как ему окупить этот расход. Как говорится, упавший с дерева плод предпочтительнее абгушта[25], который нужно готовить. Но откупщики старались вытрясти из плательщиков гораздо больше положенного, в результате чего целые области приходили в разорение.

Иранские племена поклонялись Ахурамазде, которого пророк Заратуштра провозгласил единым богом, но при этом подданным державы Ахеменидов не возбранялось поклоняться другим богам. В служителях религиозных культов правители видели одну из наиболее надежных опор своей власти и потому оказывали покровительство всем. В Бехистунской надписи сказано: «Да будет счастье и в жизни, и после смерти тому, кто почитает Ахурамазду». Вообще в ней Ахурамазда упоминается часто, но наряду с этим Дарий пишет о том, что он восстановил святилища, разрушенные «магом Гауматой», и речь идет о святилищах «чужих» богов.

Присущий Ахеменидам мультикультурализм, точнее, отсутствие желания устанавливать единые культурные стандарты в столь разноплеменной державе наглядно проявлялся в отношении к языкам. Персидский язык не стал государственным языком империи несмотря на то, что его носители доминировали в системе управления. Государственным языком, на котором составлялись документы и велась деловая переписка, был арамейский язык, наряду с которым также могли употребляться эламский и вавилонский языки, а в Египте – египетский.

Зороастризм

Религией древних иранцев был маздаизм, который часто и ошибочно отождествляют с зороастризмом, но поступать так все равно что путать золото с медью. Маздаизм был политеистической религией с тремя главными божествами – Ахурамаздой, Митрой и Анахитой или Астартой, и множеством богов более низкого ранга. Суть маздаизма можно выразить следующим образом: «Основа всего – справедливость, боги проявляют ее по отношению к человеку и человек должен утверждать справедливость своими делами». Можно сказать и проще: «За плохие поступки человека ждет наказание, а за хорошие – награда».

Рафаэль Санти. Заратуштра держит небесную сферу. 1509

Пророк Заратуштра (Зардушт, Зороастр), время жизни которого определяется второй половиной VII века – первой половиной VI века до нашей эры, усовершенствовал маздаизм, превратив его в монотеистическую религию, которая получила название зороастризма. Суть осталась той же – свободный нравственный выбор человека, но многое из того, чем обросла эта суть за многие века существования маздаизма, было отброшено за ненадобностью. Усовершенствование Заратуштры заключалось в том, что он, с одной стороны, упростил культ, а с другой – поднял его на новый уровень.

Согласно постулатам зороастризма есть один бог Ахурамазда, творец всего сущего и воплощение мудрости. Пророк тоже один – Заратуштра. Есть два начала – Добро и Зло, или Порядок и Хаос, пребывающие в вечном противоборстве. Человеку дана способность отличать добро от зла и право выбора. Праведные люди, поддерживаемые Ахурамаздой, борются с неправедными, которые несут миру зло. Праведность в зороастризме не означает аскетизма и, вообще, отказа от каких-либо материальных благ и удовольствий мира. Важно только одно – получать блага и удовольствия праведным путем. В конечном итоге Добро одержит победу над Злом. Праведных после смерти ждет райское блаженство, а неправедные обречены терпеть муки в аду.

Свет является физическим воплощением Ахурамазды. Зороастрийцы совершают молитвы, обратившись лицом к свету, к солнечному или к свету пламени. Зороастрийцев называют «огнепоклонниками», поскольку в их святилищах всегда горит огонь, но правильнее было бы называть их «светопоклонниками». Жизнь в представлении зороастрийцев – это огонь, горящий в теле. Огонь – символ нравственной чистоты. Как тьма отступает перед огнем, так и Зло отступает перед добром.

Священная книга зороастрийцев называется Авестой (Уложением). Она представляет собой наиболее ранний памятник древнеиранской литературы, написанный на особом языке, который называется «авестийским». Мы не знаем, откуда пришел и куда уходит[26] этот язык. Предположительно на нем когда-то очень давно разговаривали далекие предки иранцев, кочевавшие к востоку от Каспийского моря. Согласно преданиям, божественное откровение, полученное Заратуштрой от Ахурамазды, было записано золотыми чернилами на 12 000 воловьих шкур по повелению царя Виштаспы, покровителя Заратуштры. Александр Македонский во время завоевания державы Ахеменидов уничтожил обе копии Авесты, которые хранились в святилищах. Сохранилась примерно четвертая часть священных текстов, которую Александр велел перевести на греческий язык. Восстановление собрания священных текстов растянулось на несколько столетий и было завершено в III веке нашей эры. А в первой половине IV века мобедан мобед[27] Адурбад Махраспандан окончательно отредактировал восстановленный материал и перевел его на среднеперсидский язык. Этот перевод известен под названием «Занд», что в переводе с авестийского означает «знание».