Хусейн Азади – Иран. Полная история страны (страница 23)

После смерти Махмуда, наступившей в апреле 1030 года, власть перешла к его младшему сыну, которого он успел назначить преемником. В следующем году Мухаммед был свергнут своим старшим братом Масудом, показавшим себя слабым правителем. В 1033 году пожелал отделиться индийский наместник, а пока Масуд воевал с ним, Хорасан подвергся нашествию сельджуков, к которым примкнули другие огузские племена. После ожесточенного сражения, состоявшегося в декабре 1034 года, сельджуки отступили в степи, но вернулись весной следующего года и теперь одерживали победу за победой. К середине 1040 года, после разгрома газневидской армии у крепости Данданакан близ Мерва, тюрки захватили весь Хорасан. В 1043 году под их власть перешли Хорезм и Систан. Теперь Газневиды правили только Пенджабом[157] и некоторыми прилегавшими к нему территориями.

В 1186 году Газневидское государство пало под натиском Гуридского султаната, таждикского государства, существовавшего на Индийском субконтиненте с 1148 по 1206 год. Его мы касаться не станем, поскольку к истории Ирана Гуридский султанат прямого отношения не имеет.

Сельджуки

Сельджуки были ветвью туркменов, которых тогда называли огузами. Испокон веков они кочевали в бассейне Сырдарьи, но со временем двинулись на запад, потому что в родных степях стало тесно. Разумеется, существует легенда, объясняющая переселение. Согласно ей, Сельджук был сю-баши (главнокомандующим) у верховного правителя огузов Али и пользовался его доверием настолько, что получил высокую должность в возрасте 20 лет или около того. То ли Сельджук влюбился в жену правителя, то ли имел место заговор против Али, в котором Сельджук принял участие, но, так или иначе, ему (а заодно и его сородичам) пришлось спасаться бегством.

Сельджук дал имя своему племени и будущему государству, но больше ничего знаменательного он не совершил. Основателями династии Сельджукидов стали его внуки Тогрул-бек и Чагры-бек. Все началось с Хорезма, который Тогрул-бек отобрал у государства Караханидов. Укрепившись здесь, он с помощью брата Чагры-бека приступил к покорению соседей. Тогрул вел войско, а Чагры-бек правил государством из Хорезма. Сначала был захвачен Хорасан, затем настал черед Балха и Бухары. В 1038 году Тогрул-бек провозгласил себя султаном. Размеры государства Сельджукидов, простиравшегося от индийского Кашмира на востоке до Каспийского моря на западе, давали право на столь пышный титул.

Между 1040 и 1055 годами сельджуки завоевали весь Иран (последним был покорен Азербайджан) и подступили к Багдаду, в котором тогда правил аль-Малик ар-Рахим из клана Буидов, не имевший достаточно сил для сопротивления грозным кочевникам. Войдя в Багдад, Тогрул казнил аль-Малика и вынудил халифа Абдуллаха ибн Ахмад аль-Каима провозгласить его султаном, а впоследствии связал себя с халифом двойным родством. Сначала выдал за него свою племянницу, а затем сам женился на дочери халифа. Родство с потомками Пророка Мухаммеда сильно укрепило позиции Тогрула среди суннитов, к которым относились и сельджуки.

В 1063 году Тогрул умер, успев назначить своим наследником Сулеймана, сына Чагры-бека, скончавшегося 4 годами раньше (сыновей у Тогрула не было). Но вышло так, что власть взял другой сын Чагры-бека – Алп-Арслан[158], при котором государство Сельджукидов значительно расширило свои пределы и достигло максимального могущества.

Башни-близнецы Хараган, построенные в Иране в 1053 году для размещения останков сельджукских князей

Завоевав Закавказье, Алп-Арслан занялся Малой Азией. В августе 1071 года у города Манцикерт (ныне это Малазгирт в Восточной Турции) сельджуки разгромили византийское войско, на стороне которого было численное превосходство, и взяли в плен византийского императора Романа IV Диогена, которому пришлось выкупать свою свободу за полтора миллиона золотых монет. Кроме этого, император обязался выплачивать Алп-Арслану ежегодную дань в 360 000 золотых.

К 1080 году сельджуки захватили почти всю Малую Азию, а на юге их владения заканчивались на Палестине. Сын и преемник Алп-Арслана Малик-шах, правивший с 1072 по 1092 год, успешно продолжал завоевательную политику, присоединив к своему государству, на деле превратившемуся в империю, Мавераннахр и ряд других земель. В конце правления Малик-шаха государство Сельджукидов простиралось от Средиземного и Mpaморного морей на западе до Кашгара[159] на востоке.

Но, как известно, с вершины горы есть только один путь – вниз. После смерти Малик-шаха Сельджукидская империя начала клониться к упадку. Первым шагом на этом пути стала междоусобная борьба: за полтора десятка лет на престоле успело посидеть четверо сыновей Малик-шаха. В 1118 году государство было разделено между сыном Малик-шаха Санджаром и внуком Малик-шаха Мухаммедом. Санджару достался Иракский султанат, включавший в себя Западный Иран и Ирак, а Мухаммеду – Хорасан, Хорезм и Мавераннахр, причем он признал себя вассалом Санджара.

Напрашивается вопрос: а что стало с остальными областями обширного сельджукидского государства? Дело в том, что в него еще Тогрул-беком была заложена «мина замедленного действия». Трое родичей правителя получили огромные уделы, которые очень скоро превратились в самостоятельные султанаты, фактически независимые от центральной власти. Керманский султанат включал в себя южную иранскую провинцию Керман, к которой впоследствии добавилась северная часть современного Омана. Сирийский султанат занимал территории современных Сирии и Ливана, а также частично Ирака и Иордании. Конийский султанат, образованный в 1077 году на землях, отнятых у Византии, постепенно расширялся во все стороны и в пору расцвета простирался от Средиземного моря на юге до Черного моря на севере, от Ушака[160] на западе до озера Ван на востоке. Таким образом, после раздела, совершенного Санджаром и Мухаммедом, государство Сельджукидов состояло из 5 самостоятельных частей, а в 1095 году их стало 6, поскольку Сирийский султанат распался на 2 маликства (княжества). Конийский султанат продержался дольше всех сельджукидских владений. В 1307 году он распался на множество осколков, один из которых в будущем вырос в Османскую империю.

В отличие от тех же арабов, сельджуки не создавали единую систему управления на завоеванных землях, а без этого «скелета» государство прочным не бывает – мало собрать земли, их нужно еще и скрепить.

Кульиура Ирана при Тюрках

Если арабы враждебно относились ко всему неарабскому и пытались перекроить жизнь покоренных народов на свой лад, то тюрки не навязывали иранцам свои традиции и свою культуру, которая, будем говорить начистоту, по уровню развития сильно отставала от иранской, уходившей корнями в глубокую древность. Более того, тюрки активно перенимали у иранцев все, что считали полезным, что могло послужить подтверждением величия тюркских правителей. Богато украшенный Южный дворец Махмуда Газневи в афганском Лашкаргахе[161], о котором мы можем судить лишь по описаниям старинных времен, был не чем иным, как торжеством иранского зодчества и иранской живописи, а легенды о Махмуде Газневи стали частью иранского фольклора… Придворным поэтом Махмуда Газневи и его сына Масуда был иранец Абул Хасан ибн Джулух Фаррухи Систани, оставивший нам бесподобный диван[162] из 9 000 стихотворений… Государственным языком державы Сельджукидов был новоперсидский (фарси), на котором писал свои произведения великий Саади.[163]

О муж любви, иди своей тропой, Чуждайся блеска роскоши людской! Иди путем любви! Душой беспечен, Пусть ты погибнешь – дух твой будет вечен. Ведь из зерна и злак не прорастет, Когда само зерно не пропадет. Тогда лишь сможешь истины добиться, Коль от себя сумеешь отрешиться. И знай – ты истины не обретешь, Пока в самозабвенье не впадешь. Как музыка, поют шаги верблюда, Когда тебе любви открыто чудо. И тайну в крыльях мухи не узришь, Когда ты страстью чистою горишь. И, изумленный, в просветленье духа За голову ты схватишься, как муха. Влюбленный плачет, слыша пенье птиц, Хоть небо пасть пред ним готово ниц. Да – истинный певец не умолкает, Но не всегда, не всяк ему внимает. Пусть к нам на пир влюбленные придут И упоенью души предадут![164]

Могила великого Саади в его мавзолее в Ширазе

Во времена тюркского владычества Мерв, Рей, Нишапур, Исфахан и Шираз были центрами иранской культуры. В культурном развитии сыграло определенную роль противостояние между суннитами и шиитами, которое иногда доходило до абсурдных чрезмерностей. Так, например, сунниты отказали шииту Фирдоуси в праве быть похороненным по мусульманскому обряду. Пророк Мухаммед говорил, что тот, кто лишит себя доброты и снисхождения, лишится тех благ, которые мог бы приобрести, обладая этими качествами. Но эти слова относятся к тем, которые часто повторяют, но не спешат им следовать.

XI и XII века стали своеобразным Иранским Ренессансом. В том, что он состоялся, велика заслуга простых иранцев, которые смогли пронести приверженность своим традициям и своей культуре сквозь два столетия мрачного и угнетающего арабского владычества. Культура – это высшая ценность нации, утратив которую нация теряет свою идентичность. Иранцы сохранили свою культуру и потому не исчезли в водовороте времени, подобно арамейцам или филистимлянам.