Хусеин Байрамкулов – Тень от красного света (страница 6)

― Не знаю… Мне даже не обидно, но это он заварил всю кашу. Мама и Джасмит говорят, что он был жадным. Что ж. Хотя бы на рождественских подарках мне он сэкономил.

И тут он улыбнулся, а затем его глаза увлажнились.

― Но… Но отец очень подавлен. Мать его утешает, он грустит… Нет, не плачет, но он забывает что хотел сказать, роняет вещи и замолкает посреди реплики. Он будто не здесь…

Я чуть ли не раскрыла рот от удивления прямо перед ним. Чёрт! Минами ты дура! Этого следовало ожидать! Так, соберись! Что нужно сделать?! Делаешь глубокий вдох. Отлично!

― Ты очень внимателен к отцу…

― Да, но что толку?

― А как ты сам справляешься с тем, что он отсутствует?

― Я не знаю. Я и пришёл чтобы спросить: что мне делать? Как ему помочь?

А вот это снова было неожиданно. Что ж… Я не могу помочь человеку, если он сам не захочет. Никто не сможет…

― Фрэнки… Нельзя помочь человеку, если он сам не осознает, что помощь ему нужна. И он должен либо справиться сам, либо обратиться к специалисту.

― Предлагаете притащить его сюда? Я мигом, мой новый робот хоть на руках его притащит!

Он снова улыбался. Затем вытер слёзы и шмыгнул носом.

― Фрэнки! Он должен сам захотеть! Тогда и притаскивать никого не нужно! Я предлагаю сделать то, что у тебя получается лучше всех на нашей планете - поддержать. Поговори с ним. Спроси что он чувствует.

― Может и правда нужно с ним поговорить… А почему это я лучше всех поддерживаю всех на нашей планете?

― Ты очень хорошо помог де Буру и Аяне, когда умерла бабушка Катрин… Я ценю это, мы все ценим…

― А это… Это было год назад. А потом Аяне на уши сел этот Вигги. Постоянно говорил как он её понимает, приезжал и обнимал её да так и стоял…

― Надо же? А вот этого я не знала!

Чёрт! Опять этот Вигги! Он умело выстроил эмоциональную связь, но выглядит это не здорово. Очень и очень не здорово! Нужно будет с ним тоже потолковать наедине… Так, вернись снова к Фрэнку, вон он как внимательно смотрит!

― А что ты чувствуешь? Какого тебе - быть частью этой боли?

― Я не знаю. Но спасибо вам миссис Ёсикава. Я кажется понял для себя кое-что важное.

И с этими словами он поднялся, поклонился и вышел из кабинета. Не попрощался - как всегда. Он почему-то никогда и ни с кем не прощался.

***

За следующие две недели, или как говорила Аяна - полторы декады ничего не происходило интересного. К слову, с Аяной была и связана третья плохая новость: она все эти дни была грустной и подавленной. Избегала общения со всеми, включая меня и Фрэнка. Алёна мне сказала, что слышала, как она плачет в подушку. Что ж, нам нужно было только ждать, мы не имели право давить. В тоже время доктор Сингх за эти две недели уже оправился. Дороти мне рассказала, что он больше переживал, что не успел помириться с отцом. А потом от осознания, что он не смог бы заслужить прощения от него, чтобы он не делал. Вечером я собиралась уже пойти в свой офис, покинуть кабинет школьного психолога, но тут услышала три стука в дверь. Не успела я ответить, как дверь резко отворилась и с громкими словами «Можно войти?!» в кабинет без разрешения вошёл молодой парень. Я одела очки снова и наконец разглядела кто это - Вигги.

― Слушаю вас.

― Вы должны мне помочь! Аяна меня игнорирует! Она настаивает на разрыве! Она перестала отвечать на мои звонки!

― Так, Вигги. Сперва сделайте глубокий вдох и давайте по порядку.

Вигги начал вращать двумя стеклянными шариками в руках. Они были плотными, наполненными какой-то жидкостью и звякали от трения друг об друга. Что раздражало. И он начал:

― Она решила разорвать отношения!

― Почему?

― Она ничего не говорит! Сказала, что всё!

― Вигги… понимаю, что сложно пережить отвержение, особенно если оно просто так, без объяснения причин.

― Да! Она перестала даже отвечать на мои звонки!

Он показал свои сделанные вызовы. Затем сообщения.

― Погодите, вы совершали звонки в три часа ночи

― Ну и что?! Мне же плохо!

― Вигги, никто не говорит, что вам не может быть плохо, но время… вы же понимаете, что оно совсем удачное?

― Всегда удачное время, для того, кого ты любишь!

― Ну… Как бы сказать, она точно вас ценит, вон сообщении она извинилась, сказала что спала…

Он замолчал и тяжело дышал, буравя меня сердитым взглядом. Он снова звякал своими шариками. Молчание было слишком долгим, я нарушила тишину:

― Итак, она ни с того ни с сего решила разорвать, так?

― Да! Именно так!

― А почему ты уверен, что она решила разорвать? Извини что я перехожу на «ты».

― Ничего док, разрешаю переходить на «ты» - вам виднее. Вы же считаетесь профессионалом!

Ха, значит только считаюсь? Ну спасибо! И отдельное спасибо за разрешение!

― И всё-таки… С чего ты решил, что она хочет разорвать с тобой отношения?

― Она сама так сказала!

― Вигги, что именно она сказала?

― Она… она сказала что она не сможет быть с тем, кто ей изменил…

Ах вот оно что! Получается, что он изменил ей и она узнала, но жертвой считает себя! Интересно, очень интересно! И дело обретает скверный оборот. Теперь ясно, почему Аяна была такой подавленной - этот парень не давал ей спать и будил ночами своим звонками и сообщениями!

― Вигги, что случилось?

― Да особо ничего… Она застала меня с Мари… Но она… она ничего для меня не значит! Это просто секс!

― А что ты думаешь про Мари?

― А зачем вообще про неё думать?! Я сказал ей пару ласковых слов и она растаяла как мороженое на жаре!

― Вигги… ей же тоже может быть больно…

― Это мне больно!

― От чего тебе больно, Вигги?

― Аяна… Она не имеет права так со мной поступать!

Его шарики начали звякать чаще, он явно нервничал. Что ж, он сам изменил ей с Мари, которая на месяц старше Аяны, но себя нисколько не считает виноватым.

―Вигги... ты считаешь, что Аяна не имеет права на разрыв?

―Нет! То есть... она может, но не так!

― А как?

― Ну... она должна была дать мне шанс! Объяснить! Поговорить!

— Но ты же с ней говорил…

― Да, она не отвечает ночами, отвечает не на все сообщения, но всё время твердит, что не может мне больше доверять!

― А ты пробовал вернуть её доверие?