Хулия Наварро – Стреляй, я уже мертв (ЛП) (страница 74)

За едой мужчины слушали новости, которые привез Юсуф, и наслаждались рассказом о покорении Дамаска.

— До нас дошли противоречивые слухи о конференции в Париже. Скажи, Юсуф, те силы, что выиграли войну, выполнят свои обязательства перед нами? — спросил Омар Салем.

Юсуф был настроен пессимистично.

— Мне мало что известно, я лишь знаю, что Франция хочет получить мандат на управление Сирией и Ливаном. Она требует Ливан для христиан-маронитов. В Париже давят на Фейсала, чтобы он согласился на раздел, предложенный Сайксом и Пико от имени их правительств, британского и французского, но принц сопротивляется и отстаивает дело, за которое мы боролись — арабское государство. Именно за это мы дрались с турками.

— И они этого добьются? — в тревоге спросил Омар.

— Нет, — заявил Мухаммед, прежде чем Юсуф смог ответить.

— Почему ты так считаешь? — поинтересовался один из гостей Омара.

— Потому что британцы лишь хотят покончить с Османской империей, а не заменить ее на другую. Юсуф уже объяснил, что у французов есть собственные интересы. Кончится тем, что земли разделят.

— С каждым разом в Палестину прибывает все больше евреев, — заметил другой приглашенный.

— Евреи Фейсала не беспокоят, они нам не враги, по крайней мере пока, когда согласны стать частью большого арабского государства. А кроме того, Фейсал встречался с еврейским лидером, доктором Вейцманом, — объяснил Юсуф.

— И они пришли к соглашению? — спросил Омар.

— Ни шарифа Хусейн, ни его сына Фейсала не волнует, что здесь живу евреи. Мы боролись за арабское государство. Если евреи поддержат наши требования, остальное не имеет значения, — снова вмешался Юсуф, устав от того, что друзья больше беспокоятся о Палестине, чем о создании большого арабского государства.

— Британцы дали евреям права на Палестину. Как они посмели? Они говорят, что это будет домом для всех евреев, а ведь это наша земля, — заявил один из гостей.

— Мы сами продали им земли, не стоит винить в этом евреев, — отозвался Мухаммед.

— Ты прав, Мухаммед, — согласился Юсуф, который знал о его близких отношениях с евреями, поселенцами Сада Надежды.

— Значит... — продолжал Омар Салем.

— Тебе следует знать, Омар, что на конференции в Париже Фейсал склонил на нашу сторону президента Вильсона. Американец настаивает на том, что нельзя предпринимать больше ни единого шага без консультаций с нами, и по его совету создали комитет, который займется землями, что желают получить арабы, — объяснил Юсуф.

— И кто входит в этот комитет? — спросил кто-то.

— Американцы: ректор университета, мистер Генри Кинг, и промышленник Чарльз Крейн.

— Это просто потеря времени! Что они такого могут выяснить, чего еще не знают? Шариф Хусейн ясно объяснил причины, по которым мы боролись с турками и помогли выиграть войну. Нам нужно свое государство. Неужели Фейсал это забыл? — гневно поинтересовался один из гостей.

— Насколько я знаю, эти американцы, Крейн и Кинг, уже на пути в Дамаск, — сообщил Юсуф.

— И мы должны принять из рекомендации, невзирая на то, за что боролись? — в голосе Омара звучало раздражение.

Юсуф пожал плечами. Ему больше нечего было сказать, он верил в Фейсала, принц знал, как себя вести.

— Завтра я возвращаюсь в Дамаск. Надеюсь, что в следующий раз привезу вам более отрадные новости.

Вернувшись домой, Мухаммед и Юсуф застали трех женщин за разговором. Юсуфу показалось, что выражение лица Айши переменилось. Это еще не была радость, но и боль страданий немного смягчилась.

Айша держала на руках Рами, и Юсуф растрогался, увидев, как она улыбается сыну, который никак не желал засыпать.

Когда они удалились к себе в комнату, Айша рассказала Юсуфу, что приходили Кася и Марина, чтобы познакомиться с Рами.

— Марина такая красивая... Я была бы счастлива назвать ее своей сестрой.

— Твой отец был прав, Айша. Мухаммеду лучше жениться на женщине, с которой у него общие корни.

— Но чем Марина так уж отличается от нас? — возразила Айша. — Мы знаем друг друга с детства. Она всегда была мне старшей сестрой. Мухаммед влюбился в нее с первого взгляда. И... Признаюсь честно, я уверена, что хотя он и собирается жениться на Сальме, он все еще продолжает ее любить.

— Это не наше с тобой дело, и мы не должны вмешиваться. Мухаммед — ответственный и мужественный человек, он знает, что делает. Поверь мне, он будет счастлив с Сальмой.

— Но намного счастливее он был бы с Мариной, — не сдавалась Айша, которая, казалось, немного ожила.

На рассвете Юсуф отправился в Дамаск, чтобы присоединиться к Фейсалу. Как и Мухаммед, он хотел, чтобы поскорее настал мир, чтобы он мог жить с Айшей. Он не получал удовольствия от своего брака. Арест тестя в день свадьбы омрачил начало совместной жизни с Айшой. Первые дни они провели в тоске, зная, что Ахмеда приговорят. После того как его повесили, Айша впала в депрессию, от которой ее не спало даже рождение Рами. Но Юсуф любил ее и хотел дать время, чтобы зажили раны.

Жизнь в прежнем доме была для Айши лучшим лекарством. Мать и бабушка баловали ее, как в детстве. Ее единственной заботой было наблюдать, как стареет бабушка — та почти не вставала и потеряла аппетит. Айша боялась, что она умрет, и молилась Аллаху, чтобы позволили Саиде прожить еще несколько лет.

Айша начала получать удовольствие от общения с сыном. Она винила себя не только в том, что ей не хватает молока, но и в том, что не любит его так же безумно, как другие матери своих детей. Всё еще пребывая в печали после гибели отца, она делала все машинально, не замечая ничего вокруг. Но теперь постоянно находилась рядом с Рами, и мальчик прибавлял в весе день ото дня и начал улыбаться.

Она возобновила отношения с Мариной, каждый вечер поджидая ее у дверей лаборатории. Марине нравилось брать на руки Рами, она пела ему и щекотала, чтобы мальчик засмеялся.

— Ты любишь Игоря? — спросила однажды Айша.

— Достаточно, чтобы выйти за него замуж, — честно ответила Марина.

— А я почему-то думала, что ты выйдешь замуж за Михаила, — призналась Айша.

— За Михаила? Да, он очень красив, и я ему сначала понравилась, но с тех пор, как он увидел Ясмин, он больше ни на кого не смотрит.

— А тебе он нравился? — не отставала Айша.

— Да, он хороший парень, но с ним довольно трудно. А впрочем, это неважно. Так или иначе, а я выхожу замуж за Игоря.

— Думаю, вы будете счастливы. Мама говорит, что Игорь очень серьезный и ответственный, и что он будет о тебе заботиться.

Время от времени они вспоминали отцов, Ахмеда и Якова, и это их еще больше сплачивало. Оба погибли по вине разгромленной Османской империи, Айша, как и Марина, ненавидела всех турков.

Они не осмеливались заговорить только о Мухаммеде. Айше хотелось бы этого, но она знала, что может причинить Марине боль, и потому ничего не рассказывала о приготовлениях к его свадьбе с Сальмой.

Мухаммед уже давно был бы женат, если бы не война. Ее брату уже исполнилось двадцать семь лет, как и Марине.

— Мухаммед хочет попросить Самуэля, чтобы тот позволил ему расширить дом, — сообщила Дина дочери.

— Расширить? Но, по-моему, здесь и так достаточно места.

— Боюсь, что уже недостаточно, — ответила мать. — Собственно говоря, это идея твоей бабушки, и, между прочим, совершенно правильная. Сальме не помешало бы иметь парочку собственных комнат, чтобы не натыкаться на нас на каждом шагу.

— Но ведь они будут жить с нами! Мы же будем одной семьей! — возмутилась Айша, вспомнив, что и сама когда-то жила со свекровью.

— Да, мы будем жить одной семьей, но это не значит, что у Сальмы не должно быть своего личного пространства. И знаешь, дочка, что я тебе скажу? Конечно, это давняя традиция — чтобы невестка жила в доме свекрови, но вот сама я не уверена, так ли это хорошо, — призналась Дина.

Айша была совершенно с этим согласна, когда речь шла о ее свекрови, но когда дело касалось Дины, она даже представить себе не могла, что может быть лучше, чем жизнь под крылышком ее матери.

Мухаммед ухаживал за садом и работал в карьере. Но в отличие от отца он не трудился от рассвета до заката, таская камни — Иеремия сделал его бухгалтером.

— Мне нужен человек, которому я могу доверять, чтобы занимался продажей камня и вел счета. Ты учился в Стамбуле, знаешь законы и можешь выполнять эти функции.

Для Мухаммеда это оказалось удачей. Не потому, что он боялся тяжелой работы, в конце концов, на войне он привык к трудностям, но потому что знал — это понравилось бы отцу. Игорь хорошо воспринял это новое разделение обязанностей. Каждый был на своем месте, они хорошо ладили, хотя и не были друзьями. Но оба потеряли отцов от рук турков, и это создало между ними связь даже вопреки собственным желаниям.

Однажды вечером Мухаммед отправился в Сад Надежды, чтобы поговорить с Самуэлем. Рут и Кася уговаривали его остаться на ужин, и он согласился. Он по-прежнему чувствовал неловкость в присутствии Марины, в особенности, когда видел ее рядом с Игорем, но прилагал усилия, чтобы вести себя естественно, как и она.

Ночь была теплой, и после ужина Самуэль пригласил Мухаммеда прогуляться и выкурить по сигарете.

Мухаммед ценил и уважал Самуэля, как и его отец. Ахмед считал его щедрым другом и справедливым человеком.

— Через несколько недель я женюсь.

— Знаю, и от всего сердца желаю тебе счастья. Отец гордился бы тобой. Иеремия не перестает тебя расхваливать, говорит, что дела пошли гораздо лучше, когда ты занялся счетами и переговорами с клиентами.