Хуберт Зайпель – Власть Путина. Зачем Европе Россия? (страница 8)

Глава 4

Европа в поисках согласия

Визит канцлера в Москву в начале 2020 года приходится на довольно сложный момент в мировой политической истории. Накануне президент США Дональд Трамп приказал ликвидировать иранского генерала Касема Сулеймани в ходе ночного авиаудара в Ираке. Генерал Сулеймани осуществлял командование бригадами «Аль-Кудс» – иранских военных подразделений, действующих за границей. За убийство лидера Иран поклялся отомстить. Единоличное решение Трампа, вызвавшее обострение конфликта с Тегераном, в очередной раз застало европейцев врасплох. С этого момента и без того нестабильная ситуация на Ближнем Востоке стала еще более опасной.

Сирия, Ирак, Иран и Ливия – лишь несколько из множества кризисных зон, где в любую минуту может начаться обострение конфликта. При этом ни в одном другом вопросе позиции Берлина и Вашингтона не расходятся настолько сильно, как в отношении Ирана. Заметим, что незадолго до упомянутой ракетной атаки Германия отклонила предложение США принять участие в военной операции на побережье Ирана под руководством Америки.

Новый союз между Германией и Россией – это начало новой реальной политики, необходимость которой продиктована не столько личной привязанностью, сколько самой политической ситуацией.

Ангела Меркель рассчитывает на переговоры, в том числе с Ираном, и для этого Россия нужна канцлеру Германии как никогда раньше. При Путине авторитет России на Ближнем Востоке, и в том числе влияние на несговорчивый Иран, выросли. Накануне саммита глав Германии и России Путин вернулся в Москву из четырехдневной ознакомительной поездки – в дни православного Рождества в Дамаске и Стамбуле он встретился с президентом Сирии Башаром Асадом и президентом Турции Реджепом Эрдоганом и изучил их позиции в свете будущих переговоров с Меркель.

«Добро пожаловать в новый мировой беспорядок!» – так называется статья в журнале Foreign Affairs, самом авторитетном издании США, занимающемся вопросами внешней политики. Мировой порядок, определявший международную политику с момента окончания Второй мировой войны, рушится на глазах. По мнению автора статьи, Америка перестала быть гарантом стабильности. Так, наряду с плохими парнями из России и Китая найден новый зачинщик глобального хаоса, которого зовут Дональд Трамп. Издание указывает на то, что Трамп не только игнорирует правила, которые Америка сама когда-то навязала в отношении мировой торговли и в вопросах различных военных объединений, но еще и отдаляется от союзников, невзирая на их убытки. Так, Германия стала мишенью номер один[31].

Летом 2018 года в интервью телерадиокомпании CBS американский президент резюмировал свою внешнеполитическую концепцию в нескольких коротких предложениях. На вопрос репортера, кого в мире он видит в качестве главных противников США, Дональд Трамп отвечает, не колеблясь: «Ну, я думаю, что у нас много противников. Я думаю, что Евросоюз – это противник в силу того, что они делают с нами в торговле. Россия в определенном отношении тоже является противником. Я считаю, что Китай, безусловно, противник».

Затем, находясь в Шотландии на собственном поле для гольфа, американский президент дает свою эксклюзивную оценку Германии. По словам Трампа, страна «полностью контролируется Россией» и является «заложником Москвы», раз немцы вместе с Россией реализуют проект газопровода «Северный поток-2». «Ведь, знаете, многие возмущены тем фактом, что Германия платит россиянам миллиарды. Это довольно досадно. Это очень нехорошо со стороны Германии», – заявил Трамп репортеру[32].

Сенат в Вашингтоне, однако, еще до публичного порицания проекта, большинством голосов от демократов и республиканцев успел одобрить масштабные санкции президента в отношении всех участников строительства трубопровода – как немецких, так и европейских компаний. Это было сделано не только из-за русофобии – наследия времен холодной войны, но и из экономических интересов. Дело в том, что американские компании намерены транспортировать свой газ в Европу. Так, предполагается, что немцы будут покупать сжиженный газ из Техаса, а не природный газ из Сибири.

В отношении России президент США безоговорочно ссылается на политические традиции последних десятилетий и вводит одни санкции за другими: по причине предполагаемого вмешательства в выборы, из-за Украины и, наконец, в целом «из-за злонамеренных действий»[33].

И если Германия в обозримом будущем не выполнит пожеланий американского президента, то, как сообщил Ангеле Меркель Трамп, наличие немецких автомобилей в США вполне может рассматриваться как угроза национальной безопасности. В этом случае канцлеру следует быть готовой к высоким пошлинам на товары немецкого производства.

Итак, с тех пор как Трамп провозгласил девиз «Америка прежде всего», канцлер Германии снова пытается сблизиться с Россией – довольно необычный ход для бывшей гражданки ГДР, восторженно смотрящей в сторону Америки. Необычность хода подчеркивает заявление канцлера, сделанное в мае 2017 года: «Время, когда мы могли полностью положиться на других, прошло. Это я осознала за прошедшие дни. И потому я могу только сказать: мы, европейцы, действительно должны сами распоряжаться собственной судьбой, она в наших руках».

Место для этого выступления было выбрано, похоже, случайно – пивной шатер в мюнхенском районе Трудеринг. Это был первый публичный вызов президенту США со стороны канцлера Германии. «Речь Меркель, – написала тогда газета Washington Post, – не была импульсивной реакцией. Меркель пытается сформировать другой Европейский союз, более сильный и независимый, менее склонный рассчитывать на лидерство США»[34].

Когда в одном из наших разговоров речь заходит об этом заявлении Ангелы Меркель, Владимир Путин лишь пожимает плечами: «Ангела Меркель сейчас с запозданием переживает опыт, с которым я сталкивался в течение многих лет. Теперь она передает иными словами все то, о чем в 2007 году я рассказывал в Мюнхене». Владимир Путин тогда сетовал на распространение НАТО и упрекал Соединенные Штаты в том, что они перешагнули «свои границы почти во всех сферах», как в политике, так и в экономике. Монополия и доминирование одного хозяина никогда не позволят решить проблему. Как заявил тогда Путин, мир становится все более небезопасным.

Нахождение общего знаменателя

Нужно сказать, что с момента своего заявления Ангела Меркель находится под давлением, и не только из-за разногласий по поводу газа из России. Европа разделена сейчас сильнее, чем когда-либо, и не только по причине коронавируса. Так, в книге «Свет, который погас» болгарский политолог Иван Крастев и его соавтор, юрист Стивен Холмс, говорят о появлении новой линии фронта. Конфронтация капитализма и коммунизма сменилась конфронтацией либералов и их разочарованных подражателей. В кратчайшие сроки обществам на востоке были навязаны лошадиные дозы экономических благ, их снабдили потребительскими товарами, сетями быстрого питания и множеством советов в отношении морали. Авторы описывают реструктуризацию Восточного блока как процесс, «продвигаемый и контролируемый Западом»[35].

По мнению авторов, западные европейцы считают себя самыми прогрессивными людьми на земле, в то время как восточные европейцы после распада Советского Союза переживают новую травму. Ведь на этот раз распадается уже не абстрактная империя, а собственная жизнь. Крастев и Холмс наблюдают в Европе глубокий раскол. И это не просто социальное расслоение на богатых и бедных или территориальное разделение севера и юга. Сегодня страны вновь отгородились друг от друга, закрывшись в своих национальных сообществах. Европейский разлом «проходит между людьми, пережившими крах коммунизма, распад некогда мощного коммунистического блока, и жителями западных стран, не затронутых этими травмирующими событиями».

Советы по преодолению нового размежевания довольно редки и противоречивы. Как, например, заявление американского политолога Марка Лилла, согласно которому возможность каких-либо изменений в стране могут дать только конкретные политические действия и работа политических институтов, а не продвижение идеи личной оптимизации и насаждение моральных установок наподобие одной из маниакальных идей западного мира, в которой все политическое – это часть личной идентичности, и поэтому остальные обязаны разделять такую точку зрения. В своем интервью газете Zeit американский ученый утверждает, что тот, кто хочет изменить свою страну, должен идентифицировать себя с ней. На Западе заявление политолога воспринимается как особая форма национализма. На востоке Европы оно звучит вполне однозначно[36].

На данный момент каждый десятый житель Болгарии уехал из своей страны, более трех миллионов румын живут и работают за границей, аналогичная ситуация наблюдается в Польше и Литве. И дело тут не только в заработках, которые настолько невысоки, что едва ли кто-то из западных жителей захочет заниматься подобным трудом, например, работать строителем, конвейерным мясником на немецкой скотобойне, соцработником или сборщиком урожая. Одним из тех, кто в сложные коронавирусные времена прибыл собирать спаржу за копейки. То же касается тысяч врачей. Они обучались на Востоке и теперь пытаются найти счастье на Западе. Покидая свою родину, они оставляют в обществе ощутимую брешь.