Хуан Гомес-Хурадо – Эмблема предателя (ЛП) (страница 56)

— Хотите сказать, для еврейки?

Услышав эти слова, человек за стойкой нервно сглотнул.

— Разумеется. Для еврейки. Конечно же.

— Разумеется. Так чего же вы ждете? Приведите ее!

— Сию минуту. Могу я взглянуть на приказ о переводе?

Держащий руки за спиной Пауль с силой сжал кулаки. Он приготовил ответ на этот вопрос. Сейчас возникнет небольшой спор. Если всё получится, они вытащат Алису, сядут в машину и уедут из страны, свободные, как ветер. В противном случае последует телефонный звонок, возможно, и не один. И меньше чем через полчаса они с Манфредом станут почетными гостями лагеря, только совсем в другой одежде.

— Послушайте…

— Фабер. Густав Фабер.

— Послушайте, Фабер. Еще час назад я кувыркался в постели с красоткой из Франкфурта, за которой ухлестывал несколько дней. Несколько дней! И тут внезапно звонит телефон, и знаете, кто говорит?

— Нет.

Пауль наклонился над стойкой и заговорил доверительным тоном.

— Сам Рейнхард Гейдрих. Он сказал: "Юрген, дружище, привези мне ту еврейку, которую мы вчера отправили в Дахау, потому что, похоже, мы из нее еще не всё вытянули". А я отвечаю: "А кто-нибудь другой не может поехать?". А он мне: "Нет, я хочу, чтобы ты поработал с ней по пути. Запугай ее своими особыми методами". Ну вот я и сел в машину и примчался сюда. Всё, что угодно, лишь бы угодить другу. Но это не отменяет того, что он окажется не в духе. Так что приведите сюда эту еврейскую шлюшку, может, я еще успею вернуться к своей подружке, пока она не переспит со всем светом.

— Я весьма сожалею, но…

— Герр Фабер, вам известно, с кем вы разговариваете?

— Нет.

— Я — барон фон Шрёдер.

Услышав эти слова, служащий переменился в лице.

— Почему же вы раньше не сказали? Адольф Эйхманн — мой большой друг. Он много рассказывал мне о вас, — теперь его голос звучал по-дружески тепло. — Я знаю, какую работу вы проделали для герра Гейдриха. Не беспокойтесь, я сейчас приведу эту вашу еврейку.

Он встал и направился в комнату отдыха, а там отдал приказ одному из солдат, который с явным неудовольствием покинул карточный стол. Через несколько секунд он скрылся через дверь, которой Пауль не видел.

Тем временем, служащий вернулся. Он вытащил из стола коричневый формуляр и начал его заполнять.

— Позвольте ваши документы? я должен записать номер вашего удостоверения СС.

Пауль протянул ему кожаный бумажник.

— Всё здесь. Поторопитесь.

Служащий вытащил удостоверение личности и несколько секунд рассматривал фотографию. Пауль внимательно за ним наблюдал. Это был решающий момент. Он заметил, что по лицу служащего мелькнула тень сомнения — он поднял взгляд на Пауля, а потом снова опустил его на фотографию. Нужно было действовать. Отвлечь его, нанести окончательный удар, чтобы он прекратил сомневаться.

— Что такое, не похож? Хотите взглянуть на мой глаз?

Когда служащий удивленно посмотрел на него, Пауль на мгновение поднял повязку и недружелюбно усмехнулся.

— Нет-нет… я… я просто записываю.

Он вернул Паулю бумажник.

— Простите, мне не стоит лезть куда не следует, но… у вас на глазу несколько капель крови.

— О, благодарю вас. Врач как раз сегодня удалил соединительную ткань, которая нарастала в течение многих лет. Он говорит, что можно будет вставить стеклянный глаз. Все эти процедуры весьма болезненны, скажу я вам. Но, так или иначе…

— Уже готово. Подождите, сейчас ее приведут.

За спиной Пауля открылась дверь, та же самая, в которую он вошел, и послышались шаги. Пауль не обернулся, чтобы посмотреть на нее, опасаясь, что при виде Алисы на его лице отразятся чувства, а что еще хуже — она его узнает. Лишь когда ее поставили рядом с ним, он осмелился быстро окинуть ее взглядом.

Алиса, одетая в кое-как пошитый балахон из серой ткани, опустила голову и уставилась в пол. Ноги ее были босы, а на руках наручники.

"Только не думай о том, что с ней сделали, — повторял про себя Пауль. — Думай лишь о том, как вывести ее отсюда живой".

— Ну, если это всё…

— Да. Подпишите здесь и здесь, пожалуйста.

Самозваный барон схватил ручку и подписался неразборчивыми каракулями. Потом взял Алису за руку и развернулся, потащив ее за собой.

— Еще один маленький вопросик.

Пауль обернулся.

— Что еще такое? — раздраженно выкрикнул он.

— Я должен позвонить герру Эйхманну и получить официальное разрешение на изъятие заключенной, поскольку именно он поместил ее сюда.

Пауль в ужасе пытался что-то на это ответить, что угодно, лишь бы этот человек остановился.

— Вы считаете нужным беспокоить Адольфа по таким пустякам?

— Это займет всего минуту, — ответил служащий, уже держа в руке телефонную трубку.

60

"Вот мы и попались," — подумал Пауль.

На его лбу образовалась капелька пота и потекла по лицу, обогнув бровь и задержавшись у здорового глаза. Пауль осторожно моргнул, но эта капля наверняка будет не единственной. В караульной стояла жара, а Пауль находился как раз под освещающей вход лампочкой. Фуражка Юргена была ему маловата и не облегчала положение.

Никто не должен заметить, что он нервничает.

— Герр Эйхман?

Визгливый голос служащего разнесся по всему помещению. Он был одним из тех, кто повышает голос во время телефонного разговора, чтобы было лучше слышно.

— Простите за беспокойство в столь поздний час. Здесь барон фон Шрёдер, он собирается забрать заключенную, которую… Паузы в разговоре были облегчением для слуха, но пыткой для нервов. Пауль всё бы отдал, чтобы услышать, что говорят на другом конце линии.

— Да. Да, именно. Да-да, понимаю.

Тут служащий поднял голову и очень серьезно посмотрел на Пауля. Тот выдержал взгляд, но новая капля пота побежала по пути, открытому первой.

— Да, понял. Будет сделано.

Он медленно повесил трубку.

— Господин барон? — обратился он к Паулю.

— В чем дело?

— Вы не могли бы подождать здесь несколько минут? Я скоро вернусь.

— Хорошо, только поторопитесь!

Служащий снова вышел через дверь, через которую удалился, когда отправился за Алисой. Через стекло Пауль видел, как он подошел к одному из солдат, а тот, в свою очередь, обошел всех остальных.

Нас раскрыли. Они нашли труп Юргена и теперь собираются нас задержать. Если на меня еще не набросились, то только потому что хотят схватить живым. Что ж, этому не бывать.

Пауль был в ужасе. Головная боль парадоксальным образом утихла, наверняка из-за прилива адреналина, который теперь бежал по его венам. Пауль чувствовал, как его рука прикасается к коже Алисы. Она до сих пор так и не подняла голову. В противоположном углу дожидался солдат, который ее привел, нетерпеливо стуча ногой по полу.

Если за нами придут, я ее поцелую.

Служащий вернулся через ту же дверь в сопровождении еще двух солдат. Они обогнули стойку, и Пауль развернулся, чтобы оказаться к ним лицом к лицу, заставив тем самым Алису сделать то же самое.

— Господин барон?