Хорхе Борхес – Собрание Сочинений. Том 4. Произведения 1980-1986 годов. (страница 56)
АРТУР МЭЧЕН
«ТРИ ОБМАНЩИКА»{203}
В начале того, что один голландский историк{204} туманно именует Новым временем, всю Европу обошло заглавие книги «De tribus impostoribus»[172], героями которой выступали Моисей, Христос и Магомет и которую встревоженные власти мечтали найти и уничтожить. Этого не случилось по той простой причине, что подобной книги не существовало в природе. Книга-химера оказала заметное влияние на многих, хотя единственным ее достоинством был заголовок и то, что этот заголовок подразумевал, а вовсе не отсутствующие страницы.
По ее подобию книга, лежащая сейчас перед читателем, тоже называется «Три обманщика». Опираясь на Стивенсона, Артур Мэчен написал ее в непринужденной манере, вполне достойной прославленного мастера. События развиваются в том Лондоне чудесных и чудовищных возможностей, который открыт Стивенсоном в «New Arabian Nights»[173], а позже исследован Честертоном в хрониках отца Брауна. Знание того, что рассказы всех трех героев — выдумка, нисколько не уменьшает настоящего ужаса, которым дышат страницы книги. В конце концов, всякая литература — выдумка; важно чувствовать, что воспринимаешь этот сон взаправду. В других вещах — «The House of Souls», «The Shining Pyramid», «Things Near and Far»[174] — догадываешься, что автор не верит собственным рассказам; про страницы меланхолического «Hill of Dreams»[175], ожидающие читателя ниже, такого не скажешь. Почти на каждой из них, как в некоторых других текстах и в «Дон Кихоте», есть сны во сне, погружающие в игру зеркал. Иногда попадаешь в полный хаос; распад сознания оборачивается распадом плоти. Мэчен придумывает легенду об Ангелах из Монса{205}, в самый тяжелый период Первой мировой войны спасших британские войска. Теперь эта легенда — часть народных поверий и ходит по устам простых людей, которые и знать не знают о ее создателе. Оказаться долговечней своего земного имени — думаю, ему бы это понравилось.
Он перевел с французского двенадцать томов не во всем достоверных и отнюдь не всегда распутных «Мемуаров» венецианца Казановы.
Артур Мэчен (1863–1947) родился в горах Уэльса, колыбели «Matière de Bretagne», чьи сны разошлись по всей земле.
В литературах мира немало кратких, почти потайных шедевров. «Три обманщика» — из их числа.
ФРАЙ ЛУИС ДЕ ЛЕОН
«ПЕСНЬ ПЕСНЕЙ. ПЕРЕЛОЖЕНИЕ КНИГИ ИОВА»
Слово «Библия» — по-гречески это множественное число — означает «книги». Это и вправду библиотека основополагающих книг еврейского народа, составленная без особого хронологического порядка и приписанная Духу, Руах. Она включает в себя космогонию, историю, поэзию, притчи, размышления и пророческое неистовство. Разные авторы относятся к разным эпохам и обитают в разных местах. Для благочестивого читателя все они — лишь писцы на службе Духа, которым проникнуто здесь каждое слово, а если верить каббалистам, то и каждая буква, ее числовое значение и все ее сочетания, как возможные, так и предопределенные. Самый поразительный из этих текстов — «Книга Иова».
Фрауд{206} в 1853 году предсказывал, что в положенный срок эту книгу назовут вершиной всего написанного человеком. Ее тема, вечная тема — несчастья праведника. Иов посреди гноища жалуется и клянет свою судьбу, а друзья пытаются его утешить. Мы ждем доводов, но доводы, дорогие разуму греков, совершенно чужды еврейской душе, и книга ограничивается великолепными метафорами. Спор высок и неукротим. В заключительных главах раздается глас Бога, говорящего из бури и предающего проклятию как тех, кто его винил, так и тех, кто оправдывал. Он говорит, что непостижим и, пользуясь косвенными средствами, уподобляет себя самым диковинным существам: слону (Бегемоту, чье имя, как и в случае с Библией, отсылает ко множественному числу и означает животных, до того он огромен) и киту, или Левиафану. Макс Брод разобрал этот пассаж в «Иудаизме и христианстве». В основе мира — загадка.
Точное время написания этой книги неизвестно. Герберт Уэллс видел в ней великий отклик еврейства на платоновские диалоги.
Ниже публикуется дословный перевод фрая Луиса, его толкование каждого стиха и переложение книги рифмованным восьмисложником в тогдашней итальянской манере. По большей части проза Луиса де Леона отличается образцовой чистотой; еврейскому оригиналу он придает могучую музыку: «При гласе трубы он восклицает „гу-гу“ и уже издали чует битву, крики военачальников и рев солдат».
В настоящий том включена также «Песнь песней», или, как переводит фрай Луис, «Песнь всех песней». Он считает ее пастушеской эклогой и придает ей аллегорический смысл. Жених здесь — пророческий образ Христа, невеста — Церкви. Земная любовь — эмблема Любви небесной. Думаю, не стоит напоминать, что самые пылкие страницы испанской словесности — а они принадлежат Сан-Хуану де ла Крусу — берут свое начало в этой книге.
ДЖОЗЕФ КОНРАД
«СЕРДЦЕ ТЬМЫ.
СМЕРТЕЛЬНАЯ ОПАСНОСТЬ»
Вдохновленная божественной мощью, высшей мудростью и, как ни странно, первой любовью, самая известная среди литературных преисподних — я говорю про дантовский ад — это карательное учреждение в виде поставленной на острие пирамиды, одушевленной тенями итальянских героев и бессмертным одиннадцатисложным стихом. Куда страшней преисподняя из «Heart of Darkness»[176], африканская река, к верховьям которой между тянущихся по берегам развалин и непроходимых чащ поднимается капитан Марлоу и в которой можно угадать перевернутую проекцию отвратительного Курца — цели всего пути. В 1889 году Теодор Юзеф Конрад Коженёвский поднялся по реке Конго до водопада Стенли; в 1902-м уже знаменитый Джозеф Конрад опубликовал в Лондоне «Heart of Darkness», может быть самую захватывающую повесть из всех когда-либо созданных воображением человека. Этой повестью и открывается наш том.
Далее следует не менее драматичная история «The End of the Tether»[177]. Ключ к ней — событие, которое я не стану раскрывать и о котором читателю предстоит шаг за шагом догадываться. Намеки на него есть уже на первых страницах.
Г. Л. Менкен{207}, обычно не щедрый на похвалы, называет «The End of the Tether» одним из самых поразительных рассказов — как коротких, так и длинных, как новых, так и старых — во всей англоязычной словесности. Он сравнивает две повести, составившие нашу книгу, с музыкальными композициями Баха.
По свидетельству Уэллса, устный английский Конрада был довольно топорным. Но на письме — а это для нас и важно — его язык великолепен и отличается тонким мастерством.
Сын польского повстанца, Конрад родился в ссылке, на Украине, в 1857 году. Умер он в графстве Кент в 1924-м.
АНРИ МИШО
«ВАРВАР В АЗИИ»
С Анри Мишо мы познакомились в 1935 году в Буэнос-Айресе. Я запомнил его приветливым, улыбчивым человеком острого ума, разговаривающим охотно, но без восторженности, слегка ироничным. Ни одного из предрассудков той поры он не разделял. С подозрением относился к Парижу, литературным кружкам, повсеместному тогда культу Пикассо. С тем же беспристрастием и недоверием относился он и к восточной мудрости. Свидетельство тому — его книга «Un barbare en Asie»[178]{208}, перевод которой на испанский был для меня не долгом, а игрой. Мишо имел обыкновение пугать нас неприятными известиями из Боливии, где некоторое времяжил. В те годы он не подозревал, сколько ему подарит или, верней, каким-то чудом уже подарил Восток. Восхищался картинами Пауля Клее и Джорджо Де Кирико.
Его долгая жизнь была отдана двум искусствам: живописи и литературе. В поздних книгах они идут рука об руку. Китайское и японское понимание поэтических идеограмм, которые создаются не только для уха, но и для глаза, толкнуло его на любопытные поиски. Как и Олдос Хаксли, он пробовал на себе действие наркотиков и проникал в края кошмарных видений, вдохновлявших потом его перо и кисть. В 1941 году Андре Жид выпустил книжечку под названием «Откроем Анри Мишо».
В 1982 году Мишо навестил меня в Париже. Мы обменялись обычными фразами; в его голосе слышалась усталость. Я почувствовал, что этот наш разговор, вероятно, последний.
Даты его рождения и смерти — 1899 и 1984.
ГЕРМАН ГЕССЕ
«ИГРА В БИСЕР»
Взявшись году в 1917-м учить немецкий, я нашел в антологии Бенцмана стихотворение Германа Гессе. Путник проводит ночь на постоялом дворе. Там есть источник. Наутро путник отправляется в дорогу и думает, что вода будет все так же течь после его ухода, а он — вспоминать о ней в далеком краю. Сегодня в Буэнос-Айресе я вспоминаю то стихотворение Гессе. Его книги пришли поздней.
Герман Гессе родился в Вюртемберге в 1877 году. Его родители проповедовали в Индии учение пиетистов. Он побывал механиком и книгопродавцом, служил в антикварной лавке. Как множество других молодых людей, повторял нерешительный гамлетовский монолог и готовился уйти из жизни. В 1899 году вышла его первая книга, сборник стихов; в 1904-м — автобиографический роман «Петер Каменцинд». Современник реализма, символизма и экспрессионизма, Гессе не присягнул ни одной из этих школ. В его творчестве преобладает так называемый Bildungsroman[179], иными словами, роман, предмет которого — формирование духа. В 1911 году писатель отправился в Индию, или, точнее сказать, вернулся в нее, ведь он столько лет мечтал об этой стране. В 1912-м обосновался в Швейцарии, в Бернском кантоне. Во время войны Гессе был пацифистом, как Ромен Роллан и Бертран Расселл. Физически и морально поддерживал пленных, интернированных немцами в Швейцарию. В 1919 году вышел его роман «Последнее лето Клингзора», в 1921-м — «Сиддхартха», в 1926-м — «Степной волк». Тремя годами позже Гессе принял швейцарское гражданство. Он умер в Монтаньоле, неподалеку от Лугано, в 1962 году.