Холли Вебб – Лили и магия перемен (страница 19)

– И чем больше волшебников войдет в хоровод, тем сильнее будет заклинание, – прошептал мистер Пэйтон. – Похоже, они хотят подчинить себе всех собравшихся. Опасная затея, но очень интересная. Они сказали, где будет проходить торжество? – принялся размышлять он вслух. – Было бы неплохо знать точное место. Тогда мы могли бы придумать, как отразить атаку. Или отвлечь внимание королевы, чтобы она не смогла увидеть это представление. Но на все это нужно время!

– И сила, – подсказал дракон. – Сила, которую у вас отобрала жена, ныне запертая в нарисованной башне. Вы с Роуз будете не в силах противостоять заговорщикам.

Мистер Пауэр грузно опустился на хвост дракона. Джорджи присела рядом и вздохнула. Их отец действительно выглядел неважно, а сегодняшнее исчезновение девочек лишь усугубило ситуацию.

– Остаешься лишь ты, – пробурчала Генриетта, ткнувшись в ногу Лили мокрым носом. – Как всегда. И я еще, конечно, куда ты без меня.

– И я, – прорычал Аргентум. – Больше никаких секретов, Лили. Если мы хотим победить такое сильное, продуманное заклинание, придется многим пожертвовать. Можно долго рассуждать на эту тему, но я уже соскучился по темной магии, уж больно она вкусная. Пришло время показать миру, что драконы существуют не только в сказках.

– Я уже устала ждать, – прошептала Джорджи. – Поскорей бы все началось!

На следующий день, ранним утром, на залитом солнечным светом заднем дворе театра Аргентум расправлял крылья, готовясь к полету. На его спине, аккуратно держась за шипы, сидели Лили, Джорджи и Питер. Роуз, закутавшись в плед, вышла во двор с ними попрощаться, а принцесса Джейн не сводила с подруги взволнованного взгляда. Роуз и мистер Пэйтон никуда не летели: они согласились остаться в театре, но с одним условием – им позволят наблюдать за всем происходящим в городе. Они позаимствовали у одного музыканта старенький флюгельгорн, а Питер натер его до блеска. Роуз сказала, что в блеске меди можно увидеть, что происходит в другом доме или даже на другой улице. Репетируя заклинание, Роуз и мистер Пэйтон случайно заглянули в кабинет Даниила, где тот за обе щеки уплетал мелассу[4] – тайная слабость Даниила перестала быть тайной. Мистер Пауэр настаивал, что просто обязан знать, где его дочери и что с ними происходит, чтобы в случае опасности он смог им помочь, чего бы ему это ни стоило. Роуз разделяла его рвение.

Было решено, что когда сознанием Джорджи вновь овладеет темная магия, Лили и Питер пойдут за ней, а Аргентум будет терпеливо дожидаться их на заднем дворе театра. Когда начнется главное действие и по Лондону разольется музыка, Лили мысленно позовет дракона: почувствовав внутри его силу она воспрянет духом и сможет противостоять музыкальному заклинанию, а дракон узнает, где искать друзей.

– Праздник начнется в десять, – сообщил Даниил. Он ходил взад-вперед – насколько это, конечно, было возможно, ведь Аргентум занял собой практически весь двор. – Уже девять. Наверное, ваше выступление будет одним из финальных, иначе вас бы уже созвали.

– Да, – мрачно согласилась Джорджи. Ей казалось, Даниил уже целый час говорит одно и то же.

– Может, все произойдет на параде Конной артиллерии[5] в центре Лондона у реки? – предположил он, нахмурившись. – Хотя нет, это было бы глупо. Вряд ли кто-нибудь захочет устроить бунт прямо под носом у гвардейцев. Да и вряд ли Королевский совет разрешил бы там маскарад с танцами. Что-то все это очень странно. У реки пройдут торжественные шествия, да и только. Королева проплывет на королевской барке, никто из выступающих достать ее просто не сможет, заговорщики ведь будут на суше!

– Даниил, хватит гадать! – выпалила Джорджи. – Я понятия не имею, что где произойдет. Нет смысла это обсуждать.

– Но я не хочу оставаться в неведении! – Он схватил девочку за руку. – Куда, по-твоему, мне идти спасать тебя, если вдруг что произойдет?

– Ты никуда не пойдешь! – не выдержала Лили. – Даниил, ты же не волшебник, ты не сможешь… – Только она собиралась сказать «от тебя не будет никакого толка», как вдруг замолчала. За такое Даниил никогда ее не простит. Лили посмотрела на друга, а потом на Джорджи – ее глаза, устремленные на молодого человека, были полны слез.

– И когда же, интересно, это произошло? – поинтересовалась Генриетта. – Я отвернулась лишь на секунду, и вот на тебе!

– Что? – Лили повернулась к мопсу. Девочка тоже почувствовала некое напряжение между ее сестрой и Даниилом.

– Да ты только посмотри на них! Они же влюбились!

Лили удивленно взглянула на сестру. Джорджи снова плакала, взяв Даниила за руку.

– С ее будущим все решено, осталось только победить заговорщиков и доставить ее к Даниилу целой и невредимой, – серьезно сказала Генриетта.

– Но она же еще маленькая, какая любовь?! – Лили встревоженно посмотрела на отца, но тот лишь грустно улыбался.

– Ей уже почти четырнадцать, – напомнила ей Генриетта. – А Даниил лишь на три года старше. Может, хотя бы балерины перестанут к нему липнуть.

– А за Джорджи перестанут увиваться жонглеры, – прорычал Аргентум.

Лили ойкнула. Кажется, она снова все пропустила, но вдруг вспомнила, что сейчас есть дела поважнее.

– Джорджи!.. – обратился к ней Даниил. С его лица сошла улыбка, а в глазах читалась паника. – Лили, ей плохо!

– Что такое?!

Сидя на драконе, Лили наклонилась вперед и заглянула в лицо сестры. Увидев, что взгляд Джорджианны не выражал ровным счетом ничего, а глаза засеребрились, словно зеркало, Лили вздрогнула. Джорджи спрыгнула с дракона и, словно во сне, зашагала по дворику. Ворота специально оставили открытыми. Джорджианна распахнула калитку и вышла на главную улицу.

Лили, подхватив Генриетту и на прощание чмокнув отца, бросилась за сестрой.

– Не забывай, что темная магия – это всего лишь черная нить! – крикнул он ей вслед. – Вспомни гобелен. Мы сможем ее спасти, я уверен, что сможем! Ты сможешь, Лили, – разочарованно добавил он.

Лили кивнула, хотя не могла полностью согласиться с отцом: она прекрасно помнила гобелен и темную нить, только вот та была не тонкой, а двойной, очень толстой и прошла сквозь всю жизнь Джорджи, чуть ее не убив.

Тем же самым путем, что и в первый раз, Джорджи направилась к белому дому, а Лили, Даниил и Питер пошли за ней. Казалось, весь Лондон высыпал на улицы. Дамы надели свои лучшие платья, мужчины – парадные костюмы, и у всех на груди блестели розетки из ленточек.

– Подождите снаружи, хорошо? – попросила Лили мальчиков, пробираясь сквозь толпу детей. Те сгрудились у палатки, явно намереваясь купить английский флаг за один пенни. – Постойте на улице, внутрь вас не пустят, – добавила она. Хотя Лили не была уверена, пустят ли ее саму, но эта мысль не остановила девочку, и она взбежала по каменным ступенькам вслед за сестрой. К дому подошли несколько других детей с отсутствующим выражением лица – как и Джорджи, они все были заколдованы. Дверь никто не охранял, детей никто не встречал, и Лили просто зашла внутрь.

– Я знаю, где все произойдет. – Генриетта семенила в комнату, где в прошлый раз танцевал хоровод.

Лили удивленно посмотрела на мопса:

– Что? Откуда? Ты что-то услышала?

Она, например, ничего не слышала: в комнате царила гробовая тишина.

– Нет, я вдруг просто поняла. Странно, что раньше об этом не подумала. Помнишь, Даниил сказал, что королева проплывет на барке? Этот дом ведь выходит к реке. Заговорщики решили поставить номер не на суше, как мы думали, а на воде. У них наверняка есть лодка. Я уверена, что есть! Она пришвартована недалеко от дома. Они поплывут рядом с королевой. И утопят нас всех…

– Хочешь сказать – все дети утонут? – ужаснулась Лили и посмотрела на Джорджи: та пошла за ширму переодеваться.

– Конечно. Об этом и говорил твой отец. Если во время заклинания убить кого-либо, темная магия становится сильнее. Дети, возможно, даже не подозревают, что их ждет.

– Я читала про королевскую барку, – прошептала Лили. – В параде будут принимать участие несколько сотен лодок. Это же так много! Если музыка завладеет сознанием всех этих людей, случится катастрофа!

– Во время бедствия намного проще захватить власть, ведь во имя наведения порядка люди согласятся на что угодно. – Генриетта важно посмотрела на Лили. – Именно это и нужно заговорщикам, верно? Они все очень хорошо продумали. Уверена, власть перейдет к ним.

– Нет! – Лили отрицательно покачала головой. – Мы им не позволим!

– Конечно, мы попытаемся их остановить, – неуверенно ответила Генриетта.

Переодевшись в разноцветные туники, дети вышли из-за ширмы. В руках они держали ракушки и водоросли, а несколько мальчиков несли модели кораблей, словно собирались спустить их на воду в парке. По зеленому газону, что вел прямо к реке, ребята направились вниз, а Лили и Генриетта побежали за ними. Увидев недалеко от дома странный небольшой причал, рядом с которым была пришвартована барка, украшенная флагами, Генриетта бросила на Лили многозначительный и горделивый взгляд.

– Кажется, нас с тобой на борт не пустят… – прошептала Лили.

Судя по всему, на барке каждому ребенку было отведено определенное место. Джорджи, в красивой розовой тунике, встала на колени рядом с близняшками Дисар. На сестру она не обратила ни малейшего внимания.

– Почему я сразу об этом не подумала?! – упрекнула себя Лили и обернулась. Позади нее стояла женщина. Лили улыбнулась. – Подскажите, пожалуйста, где будет лучше всего видно представление? Мне очень хочется посмотреть!