Холли Рене – Охота на наследницу (страница 2)

Потому что никогда еще не хотел защитить кого-то так сильно, как хотел защитить ее. И эта мысль терзала меня, выбивая из колеи. Предательница была последней, кто заслуживал моей защиты.

Едва я подумал об этом, острая боль пронзила грудь, но я стиснул зубы, отгоняя муку.

– Мы разделимся и обыщем каждый уголок королевства. Заглянем под каждый камень, но отыщем ее. Если кто-то ее укрывает – убейте их. Но приведите ее ко мне!

Многие закивали, внимая приказам отца. Но не я. Я найду ее – но не ради него и не ради восстания.

Рид прошептал что-то, наклонившись к отцу, отвлекая его внимание от загомонившей толпы.

Стук сердца отдавался в ушах. Я до боли вонзил ногти в ладони. С каждой мыслью о ней прочно укоренившаяся в душе преданность ускользала все дальше и дальше. Я – сын предводителя восстания, но она разрушила все, что я знал.

В голове моей царил полный хаос. Гнев, предательство, сожаление. Мама пожертвовала всем ради нашего дела, ради восстания. Вся моя жизнь была направлена лишь на грядущую победу, но в сознании раз за разом повторялся лишь один вопрос: «Почему я не пошел с ней?»

Вихрь запутанных, противоречивых, цепляющихся друг за друга мыслей кружил в раскалывающейся голове.

Но одно мне было ясно. Я не позволю отцу найти ее.

Я посмотрел на сестру. Она тоже смотрела на меня, скрестив руки на груди. Под ее пристальным взглядом мне стало не по себе – как будто я шел по натянутой проволоке, готовой лопнуть в любой момент.

– Я найду ее.

Голос мой прозвучал напряженно и решительно. Возможно, даже слишком решительно.

Рен нахмурилась, и жар ее гнева, почти осязаемый, окатил меня.

– Я не хочу, чтобы ты нашел ее. – Она шагнула ко мне, и я почувствовал, как шевельнулся рядом Кай. – Я не хочу, чтобы ты или наш отец к ней приближались.

– Не равняй меня с ним.

– Почему нет? – Рен приподняла бровь и чуть отстранилась, оглядев меня с ног до головы. – Похоже, ты серьезно отнесся к занятиям с ним. Ты начинаешь очень походить на него.

Голос ее так и сочился ядом. Она попала в цель.

Мы оба знали, что я понятия не имею, кем хочу быть в этом мире, но я абсолютно уверен в том, что не хочу уподобляться ему.

Краем глаза я заметил, что отец повернулся в нашу сторону, но постарался не думать об этом.

– Я не он.

– Тогда найди ее. – Рен снова шагнула ко мне и ткнула указательным пальцем мне в грудь. – Найди ее и не смей приводить сюда, Дейкр.

Я уставился на сестру и уже открыл рот, чтобы ответить, но тут нас прервал отец.

– Дейкр, ты пойдешь со мной. – За все эти годы я привык к этому его властному тону.

– Кай, Рен и я как раз обсуждали план поисков, – солгал я, зная, что ни друг, ни сестра не станут опровергать этого.

Рен может злиться на меня сколько угодно, но она всегда поддержит меня.

– Нет. Ты пойдешь со мной. Кай и Рен останутся в городе до нашего возвращения.

Рен расправила плечи, готовясь к новому раунду споров, но посмотрела на меня – и я мягко покачал головой.

Это не тот бой, который нам нужен – сейчас, когда война еще идет.

– И каков план? – спросил я, стараясь, чтобы отец не понял, что я готов спалить все это чертово королевство дотла, только чтобы не дать ему прикоснуться к ней.

Отец прищурился:

– Сперва мы двинемся на север. Принцесса, скорее всего, попытается вернуться во дворец. Мы должны быть готовы остановить ее.

– Она не пойдет во дворец, – брякнул я, не подумав, но, даже если я отправлюсь с отцом, я не мог позволить себе терять время, обшаривая север, зная, что Верена постарается убраться от дворца как можно дальше.

– Она сообщила тебе это, когда ты позволил ей сбежать? – фыркнул отец, раздувая ноздри.

Я стиснул кулаки, сдерживая раздражение.

– Нет, но я знаю ее лучше, чем ты, – ответил я, встретившись с ним взглядом. – Она не глупа. Она знает, что во дворце мы будем искать ее в первую очередь.

Еще одна ложь ради маленькой предательницы.

Я не должен лгать ради нее. Меня вообще не должно заботить, где она сейчас, но ведь, черт побери, заботит.

Отец посуровел.

– Долго она не протянет. Мы найдем ее. Не остановимся, пока не схватим ее и не вернем сюда.

– Да.

Я согласился с отцом впервые за очень долгое время. Да, я собираюсь найти ее – да только вот не собираюсь возвращать.

Глава 2

Верена

Ноги протестующе кричали, когда я взбиралась на очередной крутой холм. Пот лился по лбу, щипал глаза. Но все это ничто по сравнению с ноющей болью, крутящей живот так, что перехватывало дыхание.

Я знала, что долго мне не продержаться, что нужно найти укрытие и еду прежде, чем изнеможение и голод одержат надо мной верх. Три дня я шагала без отдыха и пищи, и теперь тело яростно протестовало.

Но я продолжала двигаться, медленно, осторожно, озирая горизонт в поисках признаков цивилизации. Вдалеке в воздух поднимались тонкие столбы дыма, и означать это могло лишь одно: там деревня.

Я ускорила шаг, спускаясь по склону. Сердце колотилось от надежды и предвкушения. Дым становился все гуще, все заметнее.

Останавливаться рискованно, но если я в ближайшее время не найду что-нибудь перекусить, риск только увеличится.

Не так давно я попыталась подстрелить из лука кролика, но потерпела сокрушительную неудачу, не знаю уж, то ли из-за того, что мне трудно было свыкнуться с идеей необходимости отнять чью-то жизнь, то ли из-за элементарного недостатка опыта.

А может, из-за того, что мысли мои постоянно возвращались к Дейкру. К тому, как он касался меня, когда учил пользоваться луком.

Так или иначе, но я осталась без кролика и с растущим чувством голода.

Я была все в тех же кожаных доспехах, в которых покинула потаенный город. В которых покинула Дейкра. По этой одежде все сразу поймут, что я не обычная путешественница. Я выгляжу так, словно принадлежу восстанию. Восстанию, которое, уверена, уже ищет меня.

Он ищет меня.

Мой отец – враг восстания. А теперь и я стала их врагом.

Деревня угнездилась в маленькой лощине. Разрозненную кучку домов окружал густой лес. Над трубами вился дымок, и до меня доносились тихие голоса.

Приблизившись к поселку, я замешкалась в нерешительности. Сердце дико колотилось в груди.

Я шла, опустив голову, стараясь смешаться с толпой деревенских, занимающихся своими повседневными делами. Пожилая женщина, склонившаяся над грядкой с овощами, с руками, измазанными той же грязью, что и ее драный фартук, бросила на меня взгляд, когда я проходила мимо, и наши глаза на миг встретились. Потом я поспешно потупилась.

Я не хотела проблем; мне просто нужна была еда и пара минут отдыха, чтобы поразмыслить, что мне делать дальше.

Шаги отдавались эхом, разносящимся по узким извилистым улочкам, и каждый шаг напоминал о растущей в животе боли. Я шла на самый густой столб дыма – ноги сами несли меня к его источнику. Дверь таверны оказалась приоткрыта, маня обещанием пищи и отдыха.

Я вошла внутрь, и меня тут же накрыли теплые затхлые запахи эля и пота. Плохо освещенная комната, уставленная скудно накрытыми столами, полнилась тихим гулом разговоров. Я осмотрелась.

За стойкой, протирая ее, стоял крупный мужчина, заросший буйной бородой. Глянув на меня с любопытством, он вернулся к клиенту, сидящему на старом высоком табурете, упираясь локтями в стойку, – кажется, только это и удерживало его в вертикальном положении.

Глубоко вздохнув, успокаивая расшалившиеся нервы, я неловко двинулась к бару, пытаясь скрыть дрожь в руках и неуверенность.

С бешено колотящимся сердцем я отодвинула табурет и села.

Сунула руку в карман, нащупав единственную оставшуюся у меня монету. Сегодня я потрачу ее.

– Чем могу служить? – Трактирщик остановился напротив меня, положив грубые руки на стойку, и откашлялся, привлекая мое внимание. Я подняла на него взгляд. Тонкие морщинки вокруг глаз, морщинки, порожденные улыбкой, казались неуместными на этом зловещем бородатом лице.

– Чем могу служить? – грубовато повторил он, постаравшись, впрочем, смягчить тон.