Хлоя Уолш – Приручить 7-го (страница 12)

– Хью, ну пожалуйста, – заныла я, ерзая под одеялом. – Всего пять минуточек!

– Нет. Твои пять минуточек обычно растягиваются на все сорок, а мне выходить через десять. – С каждой секундой в его голосе звучало все больше нетерпения.

– Продолжай болтать, и я точно вырублюсь.

– Да ради бога. Только учти, когда мама снова заведет шарманку, почему ты не работаешь, даже не надейся свалить вину на меня, принцесса. – После долгой паузы голос брата за дверью загремел снова: – Кстати, передай этому оленю, что он уже два часа как должен заниматься в спортзале с Кэпом.

Это сработало.

Я распахнула глаза, соскочила с кровати – и бумерангом полетела обратно, поскольку рука не последовала за телом.

Оно и неудивительно.

Она была намертво прикована к крепкой руке парня.

– Всего пять минуточек, детка, – повторил мою недавнюю реплику Джерард из-под горы подушек и плюшевых медведей. – Хочу еще немного поваляться.

– Ну же, вставай! – простонала я, отчаянно пытаясь высвободить руку, но тщетно. – Хью караулит под дверью, а тебе давно пора в тренажерку.

Без малейших усилий, даже не открывая глаз, Джерард заставил меня сесть на кровать.

– В задницу тренажерку, – пробормотал он, переворачиваясь на бок и прижимаясь ко мне. – Гребаный Кав.

– Джерард!

От близости его большого тела в груди затрепетало множество диких бабочек.

– Обнимать медвежонка Клэр равно счастливый Гибси. Нареза́ть круги на беговой дорожке, пока не стошнит, равно несчастный Гибси. Вопрос приоритетов, детка.

– Получается, я у тебя в приоритете? – поддразнила я.

– Всегда, – сонно заверил он, крепче обняв меня за талию.

Господи.

Дыхание перехватило, но я постаралась медленно выдохнуть и хоть как-то унять кувыркание в животе. Ощущение, словно меня подбросило на кочке и внутри все перевернулось.

С недавних пор наши отношения изменились. Стали более яркими. Более взрослыми. Хотя Джерард оставался тем самым мальчиком, которого я обожала с детства, внешне он уже не выглядел таковым.

Да, его серебристо-серые глаза по-прежнему лучились мальчишеским озорством, но детская мягкость живота исчезла. Вместо пухлых щечек красовались высокие скулы и четко очерченный подбородок, поросшие легкой щетиной.

Безусловно, Джерард Гибсон стал мужчиной, и это открытие заставило что-то всколыхнуться во мне.

Я поняла, что мне это нравится – может быть, даже больше чем просто нравится.

Тело реагировало на его присутствие: меня бросало в жар, пульс зашкаливал.

– Расслабься, – сонно пробормотал Джерард и, не потрудившись разлепить веки, обхватил меня могучим бицепсом, увлекая обратно на матрас. – Мм… – одобрительно заурчал он, едва мы снова прижались друг к другу всем телом. – Так-то лучше.

Не в силах сдержать прокатившуюся по коже дрожь наслаждения, я расслабилась рядом с ним, хоть и понимала – зря: за дверью топтался Хью, а… хм… утренняя лесенка Джерарда неуклонно поднималась, однако искушение было слишком велико.

Устроившись поудобнее, Джерард прижался грудью к моей спине, уткнулся лицом мне в затылок и, глубоко вдохнув, прошептал на ухо:

– Останься со мной.

О господи.

– Джонни с тебя шкуру спустит, – предупредила я, подавив сладкую истому, когда его губы коснулись моей шеи – легонько и совершенно случайно, но сердце все равно екнуло. – Кроме того, ты весь потный.

– Кав не обидится. – Дыхание Джерарда щекотало мне шею. – А потею я всегда после… ну ты знаешь.

Да, мне ли не знать, что после ночных кошмаров он просыпался весь в поту.

Прошлая ночь выдалась тяжелой и ярко запечатлелась в памяти.

От его кожи веяло жаром.

Пот струился с шеи на плечо.

Я наблюдала, как блестящая бисеринка катится вниз.

Скользя по обнаженной плоти, она отделилась от тела, с которым мне никогда по-настоящему не сблизиться.

Осталось немного.

Крик не заставит себя ждать.

Он являлся вслед за панической атакой, низводя Джерарда к задыхающемуся, сломленному семилетнему мальчику.

Я как сейчас помнила день, когда это случилось впервые.

Еще бы, ведь мне довелось наблюдать все воочию.

Травму.

Опустошение.

Не успела я додумать мысль до конца, как из его горла вырвался крик – надрывный, пронзительный, агонизирующий вопль, навеянный воспоминаниями, которые мне так и не удалось изгнать.

– Нет! – Беспомощно забившись, он скатился с кровати и опрокинул тумбочку в попытке освободиться от ночных демонов. – Пожалуйста, не…

– Джерард!

Много лет я наблюдала его приступы и твердо усвоила – Джерарда ни в коем случае нельзя оставлять одного. Поэтому я торопливо выбралась из постели и бросилась к нему:

– Ш-ш-ш. Это я. Я здесь.

Даже во сне он угадывал мое прикосновение и безропотно позволял себя обнять. Джерард обливался потом, однако меня это не смущало.

Я прильнула к нему, потерлась щекой о его щеку.

– Ш-ш-ш, Джерард. Все хорошо.

– Нет, нет, нет. – Страдальческие стоны сменились приглушенными всхлипами. Даже в плену сновидений он лихорадочно искал моего прикосновения. – Не могу это прекратить.

– Все позади, – уверяла я, обхватив его лицо ладонями. – Тебе просто снится кошмар.

Его учащенное, прерывистое дыхание переросло в судорожные, панические вздохи.

Как будто легким не хватало кислорода.

Как будто он тонул.

Вместе с ними.

– Я с тобой, – шептала я, прижимаясь все теснее, заведомо зная – это единственный способ вытащить его из пропасти. Избавить от боли. – Я рядом.

Он постепенно расслаблялся, впитывая, вдыхая меня, внимая моим словам, втягивая мой аромат, пока мы не стали единым целым. Пока не стали сами собой и он не очутился в безопасности.

– Клэр? – Джерард напрягся, а значит, проснулся. – Клэр… Клэр?

– Это я. – Прерывисто вздохнув, я крепче стиснула его в объятиях и уткнулась лицом ему в шею. – Я с тобой, Джерард. Все хорошо.

– Знаю, – шепнула я, отогнав воспоминания о минувшей ночи, когда он в слепой панике вломился ко мне в спальню. – Но стало гораздо хуже.

Он кивнул.

С недавних пор его кошмары повторялись почти каждую ночь. Ситуация вселяла тревогу и разбивала сердце. Джерард отчаянно сражался со своими демонами – или, лучше сказать, с призраками. Призраками из детства, о которых он наотрез отказывался говорить.