Хлоя Пеньяранда – Трон из пепла (страница 23)

Фейт задумчиво молчала, глядя через балкон на ночное небо. Созерцание этого мирного вида помогало обуздать ее гнев по отношению к кому-то, кого уже даже не было в живых. Что бы ни сделал его дядя, заставив Рейлана сорваться, она была абсолютно уверена, что это оправдывало результат.

– Это говорит мне о том, что ты выжившая жертва, – сказала она наконец. И когда снова посмотрела на него, ее взгляд был полон решимости. Фейт заставит Рейлана поверить, что его прошлое, это не он сам. – Можешь перестать пытаться убедить меня, что ты злодей. У всех нас есть демоны, каждый делал трудный выбор. Иногда нужно, чтобы кто-то другой увидел их и дал понять, что они не определяют нас.

Что-то в его храбрых синих глазах изменилось. В них мелькнуло ощущение свободы. Каким бы слабым оно ни было, прежде чем снова исчезнуть.

– Я доверяю тебе, Рейлан. И всегда буду доверять.

Рейлан опустил глаза и покачал головой:

– Боги, я это знаю, Фейт. Но боялся, что тебе не стоит этого делать и пытался отдалиться. – Фейт не смогла возразить, когда при мысли об этом в горле образовался ком. – Может, это делает меня эгоистом, но я не могу. Не могу держаться от тебя подальше. Я вернулся из Фенхера раньше, чем обычно, потому что невероятно боюсь, что не смогу защитить тебя. Не могу думать о том, что твоя безопасность будет зависеть от кого-то другого.

– Рейлан. – Имя сорвалось с ее губ на выдохе неверия из-за того, что он так волновался за нее даже в безопасных стенах замка. – Меня не нужно все время защищать. Я могу о себе позаботиться.

Рейлан встал и отошел на несколько шагов, Фейт пришлось последовать за ним. Он обошел пианино, но, когда она уже решила, что он собирается покинуть комнату, обернулся к ней. Рейлан без предупреждения направился туда, где она стояла. От удивления Фейт попятилась, но наткнулась на пианино за спиной. Рейлан встал прямо перед ней, заставляя сердце биться быстрее. Когда он наклонился, Фейт откинула руки назад, чтобы опереться, дыхание участилось, когда его пальцы коснулись ее. В памяти вспыхнул первый раз, когда они стояли, застыв в таком же положении.

Даже в тот момент, в Хай-Фэрроу, когда они были едва знакомы, его мощная фигура не вызывала у нее ожидаемого страха. Рейлан был сильным и опасно притягательным, но Фейт никогда не верила, что он действительно причинит ей вред. Возможно, это делало ее наивной дурочкой. Но Фейт было все равно.

В сапфировых океанах что-то вспыхнуло – то, что она уже видела прежде. Пытливая и загадочная жажда обладания. Его тело было так близко, что ей страстно хотелось прижаться к нему. Рейлан заговорил как раз в тот момент, когда Фейт уже готова была проклясть последствия и сама сделать последний шаг.

– Никогда не думал, что встречу кого-то вроде тебя, Фейт. – В его глазах читались внутренние противоречия. Он вглядывался в ее лицо, словно пытался запомнить каждую черту или разгадать головоломку. Она поймала его взгляд, задержавшийся на ее губах секундой дольше. – Ты видишь меня настоящим, знаешь все, что я сделал, и все же ты еще здесь.

– И всегда буду рядом, – пообещала она едва дыша.

– Почему?

– Ты правда должен спрашивать?

– Да. – Ответ слетел с губ подобно мольбе, когда на его лбу пролегли морщины.

Сердце Фейт разбилось вдребезги при виде ранимости в его глазах. Но они также были суровыми, полными решимости поднять стальную защиту, которую он возвел от мира, чтобы скрывать то, что лежало под ней.

– Ты видел меня и слышал с первого дня нашей встречи. Твое прошлое не меняет того, что я вижу в тебе, Рейлан. Я тебя не оставлю.

Воздух вокруг них был словно наэлектризован. Сапфир отразился в золоте, притяжение между ними было подобно гравитации. Фейт прекрасно понимала, что верхние пуговицы халата расстегнулись, из-под него выглядывала изящная полоса шелка, обрамляющая изгибы ее грудей в глубоком вырезе. Если бы он посмотрел вниз, то обнаружил бы, что они покрыты мурашками, и, вероятно, решил бы, что виноват холод, а не волны желания, обдувавшие ее кожу от его близости. Слова Рейлана проникли в самое сердце, и Фейт никогда не чувствовала себя ближе к нему сейчас, когда он раскрыл душу, обнажая то, что прежде довелось видеть совсем немногим. Фейт была очарована этими сапфирами, полностью отдавшись в их власть.

Как раз в тот момент, когда ей показалось, что лицо Рейлана приблизилось, что их мысли и желания совпали… Он полностью отстранился. Фейт моргнула, приходя в себя, и скрыла разочарование. Он опустил глаза. Возможно, его воля была сильнее ее, а может, она просто была изнемогающей дурой, считывающей несуществующие сигналы. Рейлан был мужчиной чести и долга и, может, всегда смотрел на нее только как на человека, которого должен защищать по приказу своего короля.

– Тебе нужно поспать.

Ее отчаяние вырвалось наружу, когда Фейт увидела, что он собирается уходить.

– Постой, – выдавила она. – Я не могу.

Плечи Рейлана напряглись, когда он остановился.

– Я пыталась. Пыталась убедить себя, что нахожусь в Райенелле, что Орлон и Варис мертвы, а я в безопасности… – Фейт было стыдно признаваться в своих слабостях. – Но на самом деле я так и осталась в том тронном зале. Даже спустя столько месяцев, даже в другом королевстве, я все еще там. Каждую ночь, а иногда и среди дня. Я наблюдаю, как друзья умирают из-за моего провала; вижу свою трусость и беспомощность что-либо изменить. Защитить их. И я боюсь… Боюсь, что так будет всегда, потому что это правда. – Фейт излила все, что так долго ее терзало, и осмелилась взглянуть на генерала, чтобы оценить реакцию.

Лицо Рейлана изменилось, на смену печали пришли неопределенные эмоции. Ярость, боль, поражение – его грудь глубоко поднималась и опускалась, в то время как он стоял неподвижно. Фейт почувствовала вину. Ей не следовало перекладывать на него свои заботы. Это была не его проблема, и ему, казалось, хватало своих собственных страданий, с которыми нужно было справляться.

– Почему ты не сказала мне раньше?

Фейт плотнее запахнула хлопковый халат и скрестила руки на груди, защищаясь от холода. Не могла вынести его тоскливый взгляд, словно он решил, что она не хочет ему доверять.

– Надеялась, что это пройдет, но становится только хуже. Ночи, когда я вижу Каяса… Вижу его… – Фейт с трудом сглотнула. – Это длится бесконечно. Он умирает снова и снова, и каждое видение служит напоминанием, что я стала тому причиной. – Фейт стиснула зубы, проклиная навернувшиеся слезы и случайно упавшую каплю. И сердито смахнула их, глядя на залитый лунным светом горизонт.

– Фейт. – Рейлан выдохнул ее имя, но ничего больше не добавил.

Они не говорили об этом после приезда в Райенелл. Фейт отодвинула это на задворки разума, чтобы освободить место для нового в королевстве феникса. Она прятала эту гору переживаний за слабым барьером, угрожающим раздавить ее, допусти она хоть одну неверную мысль. Фейт задрожала, но не знала, от холода или от страха, что плотина вот-вот прорвется. Здесь, с Рейланом, столкнувшись лицом к лицу со своими страхами, она, как никогда, старалась сдержать все это.

Фейт покачала головой:

– Это должна была быть я. Каяс был бойцом, мечтателем. А я… Я никому не могу помочь. – В горле продолжал нарастать комок горя, и она испугалась, что может задохнуться.

Рейлан подошел к ней, и в тот момент, когда он молча прижал ее к своей груди… все мучительные мысли и терзания разрушились.

Фейт разразилась не слезами, а скорее сухим рыданием. Воздух – ей не хватало воздуха, и, возможно, ее разум действительно верил, что она тонет. Девушка в панике гадала, возможно ли умереть исключительно от тяжести своих эмоций. Рейлан обнял ее, окутывая теплом, которого она не заслуживала, но так отчаянно впитывала, чтобы найти облегчение. Когда он заговорил, Фейт настроилась только на нежный гул его голоса, который удерживал ее на земле, в настоящем. Ее колени ослабли, угрожая подкоситься, но Рейлан притянул ее к себе. Прижавшись ухом к его груди, она слышала громкое биение сердца – мелодию, которую хотела запомнить до последней ноты. Фейт сосредоточилась на ударах, позволяя замедлиться собственному сердцебиению и наслаждаясь твердостью его тела и ощущением безопасности.

– Никогда не допускай подобной мысли, – решительно сказал он. – Ты и Каяс… Ваши мечты совпадали. Он отдал свою жизнь, чтобы ты могла воплотить их, увидеть, как они исполнятся. Ты сражалась и выжила. Ты заслуживаешь жить, Фейт. Живи и сделай так, чтобы каждая жизнь, отнятая слишком рано, чего-то стоила. Так мы и будем жить дальше.

Буря, которая грозила погубить ее, была укрощена, пока она вслушивалась в вибрации его голоса. Фейт закрыла глаза, впитывая каждое слово, позволяя Рейлану не только успокоить ее печаль, но и наполнить новой силой, в которой она так отчаянно нуждалась. Фейт отстранилась и слабо улыбнулась, но не хотела отдаляться. Эти несколько секунд растянулись в вечность. И она не могла быть уверена, какие мысли скрываются за его встревоженным взглядом.

Когда Рейлан отпустил ее, Фейт поникла от разочарования. Он повернулся и зашагал по спальне. Она почти поверила, что генерал собирается вот так молча бросить ее, но поспешила за ним, глядя, как тот направляется к креслам у незажженного камина. Рейлан взял лежавшее там одеяло и протянул ей. Тревоги рассеялись, когда она с благодарностью приняла его и накинула на плечи, пока Рейлан опустился на колени и начал высекать огонь.