Хлоя Пеньяранда – Королева у власти (страница 73)
Фейт упала на жесткую скамью, потеряв силы бороться. В любом случае это было бесполезно. Она была человеком, слабым низшим созданием. Она пыталась держаться, но боялась, что скоро ее дух будет безвозвратно сломлен.
– Спи, Фейт, – проворковал Варис. – Увидимся внутри. – Его последние слова отозвались мрачным смешком, и она почувствовала, как веки отяжелели.
Она потерпела неудачу, проиграла, и теперь ее собственный разум станет игровой площадкой для самого порочного существа.
Глава 50
Николас
Николас расхаживал по комнате, распыляясь от ярости. Четверо стражников стояли у двери и еще шестеро под балконом, и у него хватало ума не сопротивляться. Он не сомневался, что, если осмелится сбежать, к ним быстро присоединятся остальные.
Нет – физически он был в меньшинстве. Но не абсолютно бессилен в своем заключении. Последние семь ночей он сразу погружался в бессознательное состояние, набираясь сил и давая отдых разуму. У него могли отнять все, кроме способностей ночного странника. И он планировал воспользоваться ими, чтобы незаметно отомстить королю Хай-Фэрроу.
Он был готов.
Этой ночью он не стал готовиться ко сну. Лежа полностью одетым, Ник глубоко вздохнул, прежде чем закрыть глаза и задремать. И уже стоял в черно-серых завитках своего подсознания, но, прежде чем направиться к королю, нужно было сделать одну остановку. Хотя он не мог мысленно разговаривать с Торией, как это было с Фейт, но просматривал ее воспоминания – чтобы унять тревоги и удостовериться, что она в порядке.
Но что-то останавливало его. При мысли о человеческой девушке, которая украла его сердце… внутри все оборвалось. Он подвел Фейт. И будет нести на себе этот позор и вину всю свою бессмертную жизнь. Последние четыре дня он жил в отрицании, не в силах смириться с тем, что она больше не дышит, поскольку опасался полностью развалиться на части и так и не отомстить.
Но затем ему в душу закралась отвратительная надежда.
Сомнение.
Этого было достаточно, чтобы изменить планы. Ник отчаянно нуждался в подтверждении, но страшился встретить только пустую тьму. Он не мог остановиться. Несмотря на боль от ее гибели, Ник поймал себя на том, что представляет Фейт, а затем пытается проникнуть в ее сознание.
Он наткнулся на черную стену. Это почти подкосило его, пока…
Что-то было не так. Его встретила не пустота, как он ожидал, там скрывалось что-то еще. Его захлестнула волна облегчения, и он поторопился внутрь. Он ощупал все вокруг в поисках щели или пролома в прочном барьере. Ощущение было знакомым, но он не мог точно определить его. Не похоже, чтобы она была в глубоком, бессознательном сне. И не отгораживалась от него. Что-то еще помешало ему проникнуть внутрь.
Осознание нахлынуло на него, и Ник похолодел. Он уже чувствовал это прежде, когда другой Ночной странник захватывал намеченную цель. Паника пронзила грудь. Ему не нужно было гадать, поскольку он точно знал, кого встретит внутри – того, кто выполнял все самые мерзкие приказы короля.
Капитан Варис.
Ник и раньше бросал вызов другим Ночным странникам и побеждал, получая доступ к информации первым. Но для хозяина это всегда заканчивалось плохо. Он рискнул бы жизнью Фейт и попытался бы проникнуть внутрь, чтобы изгнать капитана, не обладающего большой скрытностью и тем более силой. Хотя все равно не был полностью уверен, что не навредит разуму Фейт. Но нельзя было оставлять ее в лапах злобного зверя, и в глубине души он знал, что, будь у Фейт выбор, она бы умоляла его попробовать, несмотря на опасность для нее.
И все же Ник медлил. Тошнотворная мысль, что она может умереть, не давала ему покоя. Если он попытается и потерпит неудачу, то чуть ли не убьет ее сам. Это сокрушало, но было эгоистично бросать ее в руках капитана. Она не заслуживала такой участи, и он не позволит Варису получить то, чего тот желал с самого первого дня: возможности забрать жизнь Фейт.
Ему нужно больше времени. Он чувствовал в себе силы прорваться сквозь защиту разума, если бы не нужно было проявлять осторожность, отправляясь туда. Но в случае с Фейт нужно суметь проникнуть внутрь так, чтобы капитан не сразу это почувствовал, и, что более важно, не причинить вреда самой Фейт. Задача была сложной и требовала проверки его способностей. Он не мог позволить себе даже легкое волнение или любые необузданные эмоции.
Это невероятно огорчало и злило Ника, поскольку приходилось оставлять ее на милость монстра еще на какое-то время. Неохотно он заставил себя полностью погрузиться в собственные мысли. Дверь в забытье манила его. Он отдыхал, успокаивался и сосредотачивался до тех пор, пока не почувствовал уверенность в своих силах, чтобы достичь цели и сохранить жизнь Фейт.
Ник пробормотал безмолвную молитву Духам, чтобы Фейт продержалась достаточно долго и он смог спасти ее.
Глава 51
Фейт
Фейт угодила в западню. Парализованная в собственном подсознании. Не в состоянии двигаться в своем бело-золотом тумане. Все, что она могла, это с ужасом смотреть на капитана Вариса, когда тот вторгся в ее разум. Но она все равно продолжала бороться изо всех сил, пытаясь скрыть от него самое главное.
Король не должен заполучить руину – и не только потому, что это означало гибель Унгардии, попади она в руки Марвеллас. Гораздо больше ее пугало то, что если он найдет ее, то поймает Джейкона и Марлоу.
Если они послушались ее, то сейчас уже должны быть далеко от Фэрроухолда. И хотя она не знала их точного местонахождения, но понимала, что это лишь вопрос времени, когда королю удастся выследить друзей.
От усилий, потребовавшихся, чтобы скрыть информацию, раскалывалась голова, и она уже почти полностью погрузилась во тьму, когда капитан ворвался в ее мысли и воспоминания, рыская повсюду.
– Наследный принц Хай-Фэрроу, – размышлял он, стоя к ней спиной и просматривая картины ее прошлого. – Я всегда знал, что он питает к тебе слабость, но это? – Он обернулся и похотливо ухмыльнулся.
Фейт посмотрела вверх, стоя на коленях, и едва не разрыдалась. Не от боли и горечи, а потому что на мгновение почувствовала покой, заглянув в изумрудные глаза. Сцена изменилась, и теперь они лежали на траве в Вечном лесу, беззаботно смеясь. Он поцеловал ее. День, который словно относился к другой жизни. Тогда она любила его, и это чувство никуда не исчезло, просто изменилось.
Затем видение растворилось в тумане. Не по ее воле, а по приказу капитана. Она подняла голову и смотрела, как он приближается. Капитан опустился на колени и схватил ее за подбородок. Она не могла сопротивляться, не могла бороться, каким бы отвратительным ни было его прикосновение. Вместо этого Фейт вложила всю ненависть в свой взгляд, посмотрев на демона.
– Теперь я знаю
Она оторвала взгляд от искаженного надменностью лица принца. Они оказались в тронном зале, но некогда безупречное светлое помещение стало заброшенным и пугающим. На огромной люстре висела паутина, искажая форму и делая похожей на шар с пойманными в ловушку призраками – возможно, теми жертвами, чья кровь окрасила помост в тошнотворный багровый цвет и заполнила шрамы на потрескавшемся каменном полу. В нос ударил отвратительный запах, от которого у нее скручивало живот: смерть.
Ник встал, но не отвел от нее глаз, продолжая злобно ухмыляться, пока возвращался к отцу, лениво восседавшему на троне. Затем ее взгляд упал на Торию, полностью одетую в королевский синий без намека на яркие зеленые цвета Фенстеда. Она не сидела на троне рядом с королем. А стояла рядом, положив руку ему на плечо и соблазнительно скользя вниз по предплечью, в то время как тоже не сводила глаз с Фейт, на лице застыла лукавая злорадная улыбка.
Фейт пошатнулась при виде этого зрелища. Тория никогда бы не полюбила короля, который прямо у нее на глазах убил свою супругу – мать Ника. Ей хотелось кричать, чтобы друзья очнулись от транса.
В порыве недоумения Фейт вспомнила, что это она попала под чары. Уловки
– Фейт.
Услышав знакомый надломленный голос, она резко повернулась и тут же зарыдала при виде Джейкона, окровавленного и безжалостно избитого.
– Помоги нам, Фейт.
Она повернула голову в другую сторону, к Марлоу, напоминавшую призрака, некогда блестящие светлые волосы потускнели и растрепались, лицо побледнело, а на выступающих костях почти не осталось синяков.