Хлоя Гонг – Наш неистовый конец (страница 45)

– Значит, это был ты.

– Конечно, я, – ответил Маршалл, и на щеках его показались ямочки. – Кто еще стал бы присматривать за тобой?

У Венедикта пресеклось дыхание. Воздух в комнате сделался неподвижным, а может быть, ему так показалось, потому что воздуха не осталось в его легких.

«Я люблю тебя, – подумал он. – Ты это знаешь? Может, ты всегда это знал? Может, я сам всегда это знал?»

Лоб Маршалла прорезала морщинка, он нерешительно улыбнулся, явно недоумевая. Венедикт смотрел на него, не в силах оторваться, и весь ужас, вся опустошенность, мучившие его эти месяцы, сдавили его горло, словно удавка.

«Ты мог бы коснуться его сейчас. Спросить, любит ли он тебя так же, как ты любишь его».

– Веня, ты в порядке? – спросил Маршалл.

«Если бы он любил меня, разве он бы мне не сказал? Разве он не пришел бы ко мне, несмотря ни на что?»

Венедикт вдруг потянулся к нему, но только затем, чтобы обнять, прижать к себе, как делал это все те годы, что они знали друг друга. Маршалл дернулся, но тут же обнял его в ответ, засмеявшись, когда Венедикт уперся подбородком в его плечо, будто для того, чтобы убедиться, что все это реально, что это правда.

– Никогда больше не поступай так со мной, – пробормотал он. – Никогда больше такого не делай.

Маршалл обнял его еще крепче.

– Мне хватило и одного раза, Веня.

«Он жив, – подумал Венедикт, отстранившись с чуть заметной улыбкой. – Только это и имеет значение».

Рома закашлялся и пришел в себя, перекатившись набок и хрипло дыша. Над ним сияла луна, светя прямо в его слезящиеся глаза. Затылок болел, спина тоже, болели даже его ноги.

Но вакцина лежала рядом, никто не трогал джутовый мешок. И бумаги тоже были на месте.

– Какого черта?

Птицы, сидевшие на электрических проводах, улетели, их вспугнул его кашель. Он не видел, кто вырубил его. Джульетты не было рядом, но не было и следов борьбы, не было крови, нигде не валялась даже блестка от ее платья.

Рома встал на ноги. Оставалось предположить, что это был кто-то из Алых и что Джульетта либо как-то исправила ситуацию, либо увела врагов. Значит, теперь он должен просто доставить вакцину Лауренсу, как и собирался.

Он побрел прочь.

В переулке птицы не сели обратно на провода, а улетели, ибо в Ченхуанмяо появились другие существа, движущиеся на двух ногах. Если бы люди на рынке были внимательнее, они бы, наверное, тоже убрались прочь. Но никому в Ченхуанмяо не пришло в голову убежать, пока не послышались крики и люди не увидели, что мимо несутся пятеро чудовищ.

Джульетта вошла в парадную дверь дома и скинула пальто в руки подошедшей служанке. Одна из родственниц Цаев зашла на кухню, чтобы подкрепиться перед сном, оттуда в темную гостиную проникал свет.

– Иди спать, – сказала Джульетта служанке, когда та повесила ее пальто на вешалку. – Уже поздно.

– Сначала я принесу вам тапочки, – ответила служанка. Она была немолода и, похоже, у нее были дети – об этом можно было судить по тому, как недовольно она нахмурилась, когда Джульетта сбросила с ног свои туфли на непрактичных шпильках.

Джульетта вздохнула и боком плюхнулась на диван.

– Xié xié![34]

– Āiyā, – пожурила ее служанка, уже выходя из гостиной. – Bù yào shâ.

Служанка исчезла в коридоре. Если бы только кто-то из обширной империи Алых мог видеть Джульетту сейчас. Она была похожа на бумажную куклу, а не на грозную наследницу.

В эту минуту парадная дверь дома распахнулась, и Джульетта тут же вскочила, готовая к бою. В гостиную ворвалось холодное дыхание ветра, за ним последовал Тайлер, который тащил за собой какую-то фигуру. Когда он подошел ближе и на его пленницу упал свет, оказалось, что это Кэтлин.

– Что тут происходит? – резко спросила Джульетта и обняла Кэтлин за плечи. – Ты не пострадала?

– Нет, со мной все в порядке, – ответила Кэтлин, бросив на Тайлера испепеляющий взгляд, и потерла свою руку выше локтя. – У твоего кузена в голове каша вместо мозгов.

– Я знаю, что это сделала ты, Джульетта, – со злостью сказал Тайлер. – Там везде витал запах твоих духов. Зачем тебе это? Ты сделала это ради денег? Ради власти?

Джульетта переглянулась с Кэтлин, которая пожала плечами, тоже оторопев.

– О чем ты? – спросила Джульетта.

Лицо Тайлера исказила ярость.

– Зачем ты изображаешь неведение?

– Я действительно ничего не знаю – в чем именно ты меня обвиняешь?

– Там были чудовища! В лабораторию ворвались чудовища и унесли всю вакцину!

Охваченная ужасом, Джульетта попятилась, и ее ноги ударились о диван. Ее прошиб холодный пот.

Чудовища? Сразу после того, как она устроила кражу? В тот же вечер? Это не могло быть совпадением.

Вернулась служанка, неся тапочки Джульетты, но, увидев Тайлера, поставила их на пол у входа на кухню и быстро удалилась. Дверь в коридор, щелкнув, затворилась, подвеска на люстре звякнула от дуновения ветра.

– Вы что-то видели? – спросила Джульетта. – Они все были там?

– Да, все пятеро, – ответила Кэтлин. – Мы видели, как они скрылись из виду, но Тайлер все равно считает, что я к этому причастна, несмотря на то что он поймал меня через три улицы от лаборатории до того, как чудовища напали на нее.

Видимо, Кэтлин сделала все, как и обещала. Она отвлекла Тайлера, чтобы Рома и Джульетта могли спокойно уйти. Но кто мог знать, что в это уравнение добавятся еще и чудовища?

Конечно… конечно, это устроил шантажист.

– Почему ты вообще была там? – заорал Тайлер.

– Это мое дело, Цай Тайлер! – вскричала Кэтлин. – Ты же нашел меня за пределами Ченхуанмяо. Ты видел, как далеко я находилась от этих чудовищ!

– Это не могло помешать тебе призвать их. И тебе тоже. – Он ткнул пальцем в Джульетту.

Кэтлин покачала головой.

– Ты мелешь чепуху. Я приведу господина Цая, чтобы он в этом разобрался.

Прежде чем Тайлер успел возразить, она вышла в коридор и начала подниматься по лестнице. В гостиной повисло молчание – Тайлер внимательно смотрел на Джульетту, ища на ее лице признаки вины, а Джульетта ломала голову над тем, как шантажист смог нанести свой удар в то же время, когда она нанесла свой. Это не могли быть Белые цветы. Рома в тот момент лежал в переулке без чувств, а Венедикт Монтеков находился с ней. Никто не знал о ее планах, если только Рома не приказал своим людям следить за ним, чего она не могла себе представить, ведь тогда ему бы пришлось объяснять им, откуда он узнал о вакцине.

Так что же произошло?

– Послушай, – сказал Тайлер, понизив голос. – Если ты во всем сознаешься, я смогу тебе помочь. Нет ничего стыдного в том, чтобы признать, что тебя обманули.

Джульетта покачала головой.

– Сколько раз мне повторять, что я тут ни при чем?

– Я не хочу слышать, будто бы ты ни при чем. Я пытаюсь убедить тебя сделать то, что правильно. Почему ты никак не хочешь этого понять?

Сверху послышались шаги – возможно, Кэтлин ходила по комнатам, возможно, это были слуги. Джульетта была так раздражена, что мгновение не могла произнести ни слова.

– То, что правильно? Твое представление о том, что правильно, не истина в последней инстанции, – наконец выдавила она из себя. Она мысленно уже видела жителей Шанхая, раздирающих собственную плоть из-за помешательства, которое можно было бы предотвратить. И все из-за того, что сильным мира сего – тем, кто живет в этом самом доме, – все равно. – Да кто ты такой, чтобы говорить мне, что правильно, а что нет?

– Я твоя семья, – огрызнулся он. – Если я не буду сдерживать тебя, то кто?

– Эй!

Это был голос Кэтлин. Она наклонилась над перилами лестницы на втором этаже, так что видна была лишь ее голова.

– Твоего отца нет дома, – сказала она, встретившись взглядом с Джульеттой. – А ведь уже почти одиннадцать часов.

Джульетта заморгала.

– Lái rén!

Почти сразу вернулась давешняя служанка – похоже, она ждала в коридоре под дверью.

– Хотите я позвоню, чтобы выяснить, где ваш отец, мисс Цай?