Хисаси Касивай – Ресторанчик Камогава. Записки с кухни (страница 24)

– А вы знаете сеть рамэнных «Синсэн Кёити»?

– Конечно. Когда я учился в университете, это было небольшое заведение, а теперь – крупная фирма. Они даже лапшу быстрого приготовления производят. Ее и в Токио можно найти во всех круглосуточных магазинчиках – я беру иногда, чтобы поностальгировать о былых временах.

– Канэхара – их директор. Мне удалось с ним встретиться. Я был уверен, что он откажет – человек все-таки очень занятой, но, узнав, что я хочу поговорить о господине Ясумото, он тут же согласился. – Нагарэ на мгновение остановился, чтобы отпить еще глоток и перевести дух. – Онодэра, ждавший продолжения, немного наклонился вперед, продолжая держать в руке пустую кружку. – Оказалось, что Ясумото учил Канэхару. Как готовить бульон, варить лапшу, чем приправлять свинину – он все ему подробно объяснил. Правда, Ясумото запретил ему слепо копировать свои рецепты. На основе этих знаний Канэхара и начал готовить свой рамэн.

– Вот это да! Не может быть, чтобы старичок из уличной палатки наставлял владельца «Синсэн Кёити»…

– Бывает же такое! – Коиси подлила Онодэре еще чая.

– Да, Канэхаре и правда удалось обрети популярность за короткий срок. Он прекрасно помнит рецепт лапши в китайском стиле, которую подавал в своей палатке Ясумото. Канэхаре любезно поделился им и добавил, что это блюдо актуально и по сей день. Я приготовил все в соответствии с его рекомендациями, и вот что получилось. – Нагарэ бросил быстрый взгляд на миску с остатками супа.

– Вот как, значит? – Онодэра медленно допил бульон, взяв миску в руку.

– Главное, что Ясумото передал Канэхаре, – это умение следовать за своей мечтой, – поднимая чашку, заметил Нагарэ.

– А что стало с вашими друзьями, с которыми вы вместе репетировали? – полюбопытствовала Коиси.

– Кунисуэ устроился на производство электротоваров. Его несколько раз сокращали, и он переходил с одного места на другое. В свободное время занимается в любительской театральной труппе. Четыре или пять раз в год они выступают на концертных площадках в пригороде. Он несколько раз присылал мне пригласительный билет, но я так туда и не съездил. Ясака стал профессиональным актером, но карьера его не сложилась. Пять лет назад он скончался.

– Получается, что вы первым отказались от своей мечты и, таким образом, больше всего добились в жизни, – подытожил Нагарэ. – Онодэра лишь молча продолжал вертеть в руках чашку. – Я сам однажды отказался от мечты, так что похвастаться мне нечем. Но однажды мне сказали: что бы ни случилось, нужно всегда продолжать трудиться. Изо всех сил. – Нагарэ посмотрел прямо в глаза Онодэре.

– И что же из этого выйдет? – Онодэра на секунду замолчал и вновь продолжил: – Трудись в молодости – отдохнешь в старости, как принято говорить. Но у меня, кажется, есть свое мнение на этот счет.

– И какое же? – склонил голову набок Нагарэ.

– Мечтай в молодости – не растеряй к старости.

– И то верно. Храним все здесь! – Нагарэ стукнул себя кулаком в грудь.

– Надо записать, а то забуду. – Коиси сделал заметку на уголке газеты.

– Да я же только что это выдумал. Зачем вам? – засмеялся Онодэра.

– Вы ведь и сами ненароком в это поверили. Рецепт я для вас записал. Господин Канэхара передал, что все необходимые ингредиенты вы сможете найти и в Токио. – Улыбаясь, Нагарэ положил папку в бумажный пакет.

– Сколько с меня? Вместе с предыдущим разом. – Онодэра достал бумажник.

– Сможете перевести вот сюда? Сколько посчитаете нужным, не более того. – Коиси протянула ему листок с номером счета.

– Понял. Сделаю, как только вернусь в Токио. – Онодэра сложил его вдвое и убрал в бумажник.

– А все-таки какая жара! – хмуро заметил Нагарэ, открывая раздвижную дверь.

– Киото есть Киото.

Стоило Онодэре переступить порог, как к нему тут же подбежал Хирунэ.

– Не испачкай гостю одежду! – Нагнувшись, Коиси подхватила кота на руки.

– Спасибо вам за все.

Низко поклонившись, Онодэра направился на запад.

– Берегите себя! – С котом на руках Коиси поклонилась в ответ.

– Господин Онодэра! – крикнул ему Нагарэ. Онодэра замедлил шаг и обернулся. – Название вашей труппы…

– А что с ним?

– «Мальчишки-редиски»?

– Ну как же, ведь плохих актеров у нас в Киото называют редисками.

– Я так и думал, – улыбнулся Нагарэ.

Прищурившись, Онодэра двинулся дальше.

Когда его фигура исчезла вдалеке, Коиси отпустила кота и вслед за Нагарэ вернулась в ресторанчик.

– Что-то в господине Онодэра все-таки переменилось.

– Может, переменилось, а может и нет. Не все ли равно?

Скинув с шеи полотенце, Нагарэ устроился на алюминиевом стуле.

– Пап, это ведь дедушка тебе передал эту мудрость? – Коиси села рядом.

– Давно это было, я уже и не припомню, – холодно ответил Нагарэ.

– Но ведь он так говорил? Хотел, чтобы ты продолжил его дело?

– Вовсе нет. Он вообще никогда меня ни к чему не принуждал. Нет, впрочем, было раз.

– Это когда же?

– В тот день, когда я привел Кикуко знакомиться с дедушкой и бабушкой, они мне сказали так: береги ее больше всего на свете.

– Правда? – Коиси бросила взгляд на домашний алтарь.

– И я последовал этому наставлению. Хоть и продлилась наша история недолго. – Нагарэ прошел в комнату и опустился на колени перед алтарем.

– Мама, а ты знала об этом? – Коиси присела рядом с отцом и зажгла палочку благовоний.

– Откуда? – Смущенно улыбнувшись, Нагарэ развел сложенные вместе руки.

– Хоть он тебе этого и не говорил, все равно это чувство передалось и тебе, – пробормотала Коиси, соединив ладони у груди.

– Я решил, что одной лапши нам будет мало, и закупил все для гёдза[88]. Сможешь разогреть противень? А то я умираю от жары.

– Гёдза – это здорово! Надеюсь, еще осталось пиво. – Коиси открыла холодильник.

– Я попросил Хиро захватить по пути разливного. Он скоро будет.

– Правда? Надеюсь, возьмет на троих. – Коиси закатала рукава.

– На четверых! А то Кикуко разозлится. – С этими словами Нагарэ обернулся к алтарю.

Глава 6

Рис с тэмпурой

1

Скоро должна была наступить весна. Впрочем, до нее было еще достаточно далеко. Когда Кэйко Фудзикава выходила со станции Киото, ледяной ветер сорвал с ее головы черную широкополую шляпу, и она в панике бросилась ее ловить.

Она много слышала о погоде в Киото, но теперь по-настоящему ощутила, что пронизывающий холод этого горда гораздо хуже, чем в ее родном городке Исиномаки. Мороз пробирал до костей, проникал сквозь черные кожаные перчатки. Кэйко надвинула шляпу до самых глаз и, подышав на ладони, покинула станцию.

Она была одета в толстое серое пальто и меховой шарф. Мода прошлого столетия – так Кэйко, которой в прошлом году исполнилось пятьдесят, посмеивалась сама над собой. Держа в одной руке карту, она двинулась по улице Карасума-доори прямо от станции. Прохожие не обращали на нее никакого внимания. Может, это из-за солнцезащитных очков? Кэйко словно пропадал из воспоминаний окружающих, стоило ей выйти из их поля зрения.

Миновав улицу Ситидзё-доори, она пошла по Сёмэн-доори на восток и наконец оказалась перед зданием, которое искала.

– Кажется, здесь.

Сняв очки, Кэйко рассматривала двухэтажный домишко, стены которого были покрыты известью.

Вывески не было, да и строение в целом напоминало обычный жилой дом, но изнутри доносились характерные для ресторана запахи еды.

– Добро пожаловать! – Открыв раздвижную дверь, Коиси Камогава с сомнением посмотрела на Кэйко.

– Я разыскиваю одно блюдо. – Пройдя внутрь и сняв перчатки, Кэйко осмотрелась.