Хилимончик Руслан – Открой глаза громче (страница 5)

– Слушай, – наливал Виктор кофе. – Давай начистоту. Это была не самая лучшая машина. И он, наверняка, планировал нечто подобное.

– Сейчас речь не об этом. Сейчас речь о слабом звене. Понятное дело, мы тут не при делах и все случайно, но ведь одно слово и начнутся разбирательства.

– Зачем ему это делать? – усмехнулся Виктор. – Он же себя в первую очередь будет подставлять.

– А что мне, махнуть рукой? Осадочек останется и не понятно, когда все восстановится.

– Согласен. Это будет неприятно, – выдохнул Виктор и налив капучино себе, присел и расслабленно откинулся на спинку кресла.

– У тебя не кабинет, а какие–то апартаменты.

– Потому что с душами работаем – необходим комфорт.

– Конечно же за счет больницы.

– Вообще-то да, но кому какое дело?

– Это верно, – отхлебнул Игорь. – Хорош, как всегда. Стабильность, однако.

– Естественно, все делается четко и по граммам. А уж на кофе я не скуплюсь.

– Я это знаю. Но это не самая большая проблема.

– Слушаю.

– Ничего ведь окончательно не решилось. Ты точно внятно с ней разговаривал и тебя правильно поняли?

– Как мог, так и разговаривал. Надо быть полной тупицей, чтобы не понять этот знак. Куда уж конкретнее? Ну… может плохо намекнул.

– Стоп, а ты вообще разговаривал с ней потом?

– Это было давно.

– Не, ну а как еще? Это же был явный намек.

– Или случайность, которая временно выбила ее из колеи.

– Но ведь сработало.

– Она слишком любопытная. Может, она захочет посмотреть, что там и как там.

– Надо узнать ее настроение.

– Как? Вызову и спрошу?

– Нет, конечно. Стань чуть ближе, – улыбнулся Игорь.

– Да ну, как–то не хочется.

– А тебя никто не спрашивает. Твое дело стать доверительным для нее человеком. Это самое простое, что можно сейчас придумать. Тут не до сантиментов. Или она, или наша свобода. Выбор очевидный – придется защищать. Или ты в себе сомневаешься?

– На спор берешь?

– Беру.

– Ладно, пусть так. Это будет даже забавно, – решительно встал Виктор и протянул руку Игорю.

На том и сошлись. И вот теперь, накануне Дня медика, все должно было у него в квартире блестеть. Стечение обстоятельств – идеальное. Вот тебе и повод, и возможности. А то, что он вернется к себе домой не один, Виктор даже не сомневался.

Вот она входит и так исподтишка оценивает обстановку. Входит и осматривается – так, что тут можно сказать о человеке? Бинго! Закоренелый холостяк! Можно делать все, что хочется. Мммм… Хороший вкус. Да, перспективный. А это значит, она реально будет вкладываться. Все почему? А потому что нет ни малейшего признака присутствия другой женщины. Есть ли соперница? Помнит ли? Или хочет забыть? Или вообще выбросил из жизни? Нет, вроде бы ничего о ней не напоминает. Только какие–то безделушки на полках. Ну, у каждого мальчишки они должны быть. Вроде ерунда, но проходит так возле полочек и невзначай все вопросы задает: «Ух ты, а это что? А это откуда?». Тут главное терпение – рассказываешь, вспоминаешь. Да, я такой, много люблю ездить. И если она не дура, у нее уже в голове начинает строиться коварный план, как они в самый ближайший праздник съездят куда-нибудь в Европу.

Идет дальше, смотрит и все норовит придраться к чему-нибудь. Но нет, не получится – все выверено до мелочей – все на месте и по делу. Фотографий же нет никаких. Никто не раздражает. Даже если по полкам начать искать – ничего не найдет. Вещдоки у него, естественно не здесь – в гараже. В коробке от масла. Все эти сказочные альбомы. Может и надо бы выбросить, но как-то жалко. Хорошее время было. Даже все эти фотосессии и то часть жизни. По ним тоже ведь можно жизнь вспоминать. Не, не такую, где были и что видели, а как это все организовывалось. «Да, хорошо, милая, согласен на съемку. Ну, ты же понимаешь, что я занят чаще всего? Работка там всякая. Так что сама». И тут начинается бурная деятельность – выбрать фотографа, выбрать локацию, выбрать образ для себя, всех одновременно напрячь – она ведь должна быть красивая, не так ли?! Ну, и волосы подстричь, покрасить, бровки, ноготочки… и реснички, и депиляция, и обновки… Да, надо же что–то новенькое – ведь в старом мы уже фотографировались. И только она знает, чего ей все это стоило. Ну и вишенка на торте – одеть его самого. Спрашивать его, конечно, не вариант – ведь по красоте все она должна делать. Да и занят он, собственно говоря. В общем, сам виноват – что не уютно все как–то и вообще не очень–то хочется. А она уже на измене – «я столько сил на все это потратила! Ты что? Не хочешь нашей совместной сказки?!» И вот смотришь на эти фотографии, а в голове – вот тут за час я орал как бешеный, а вот тогда я хотел просто ее придушить. Ну, да, эмоции все это и надо засунуть их куда подальше и создавать сказку. Это же их совместное дело. Вот и идешь, и улыбаешься. А она потом такая: «Мог бы и поучиться улыбаться». Может поэтому не любит теперь Виктор заходить слишком далеко, когда уже приперт к стенке и деваться некуда. Семья – это все для молодежи, пусть сами проходят все эти этапы.

Где–то тогда он начал понимать, что его совсем не устраивает привычный подход – лицемерный он какой–то получается. И начинают мысли появляться: «Кому мы врем? И главное – зачем?» Чтобы получить эти лайки и все говорили: «Ой, вы такие молодцы»? А они–то уж давно не молодцы. И ничего кроме альбома между ними уже нет. И внутри какая–то пустота и подкрадывается ощущение, что нет уже никаких шансов выстроить что-либо. Но ведь веришь, хочется, чтобы все вернулось. Надеешься, как последний дурак. А становится все хуже.

Сложно, когда один требует постоянно себе праздника, а другой как бы должен на время забыть об этом празднике и немного поработать… Так что никаких фотографий дома! Потому что в какой–то момент, когда в душе мир опять восстановится, придет вот такая чистая душа и будет пристально смотреть по сторонам – стоит ли ей волноваться или можно мечтать? Первое свидание дома – это такой важный шаг, это такое доверие. Ммм… Это фейерверк эмоций, после которых не хочется подниматься с постели, но хочется быстрее вскочить и начать ее поражать дальше. Все, она готова принимать правила игры! Они не то, что идут навстречу друг другу – они летят друг к другу, ничего не замечая вокруг. И вот тут мелочей не бывает. Все должно быть продумано. Ну, вот надо сесть и немного все организовать. Ну, вот даже с Катей как все получилось? Отмахнуть пару лет назад и ведь все по-другому, все иначе, хочется себя вывернуть на изнанку. «Вот она, символ его помешательства и безумия», – Виктор взял в руки картину. Все дело в деталях. Женщину надо уметь слушать. Говорит, вот, например: «Подруга в гостях была у одного художника. Очень известен в Европе, а у нас нет. Представляешь?». А я такой: да, жаль у нас люди еще не научились ценить настоящее искусство. А она добавляет, что выставка у него будет как-то на неделе. И она, кстати, с этой подругой идут на открытие и вернисаж. Или как там эта «пати» называется. А сам Виктор на следующий день находит этого художника, покупает картину. И вот она такая вся вдохновленная от увиденного, заходит после открытия к нему домой и видит эту картину. «Это же он!» А я якобы не понимаю: кто он? «Ну, тот самый художник». Да, возможно, может и тот самый, а мне вот просто картина нравится, она несет для меня положительный заряд… Ах, какие глаза были! С блюдца. Целый вечер не могла в себя прийти. Само собой она осталась. Получается, с этой вот картины все и началось. И потом уже по накатанной – заполнение ею его жизни. Это было так мило…

Прежде всего надо задать себе один простой вопрос: «Чего хочет женщина?». Не «что ты хочешь от нее» – это очевидно и не слишком интересно, а именно этот самый популярный вопрос. И вот как только ты его себе задашь, вдруг оказывается, что ты уже пытаешься ее понять. Теперь постепенно и не спеша, не надо останавливаться и думай дальше. Сначала ей хочется внимания. Ну, вот чтобы на нее смотрели. Хорошо, сидишь там на работе или в кафе и смотришь. Да, ей приятно, но толку от этого мало, не так ли? Вот тут наступает главный момент – надо действовать. Да, пригласить куда или подарить что-то – все это из банального списка для людей с отсутствием мозговой деятельности. А надо – всего лишь сесть и подумать. Ну, раз бабочки летают – изволь потрудиться, сделай так, чтобы это запомнилось навсегда.

Ну, как еще можно было выделиться из толпы и доказать, что ты единственный? Виктор взял доску с магнитами. Вот он в Европе. До нее – Аня, кажется, тогда была – чуть ли не 2тысячи километров. Они перезваниваются в Вайбере. Возвращаться собирался недели через две. И что-то ему в голосе ее не понравилось. «Будь сколько тебе надо», – равнодушно сказала она. Чего?! «Ага, ну, хорошо, посмотрим, как ты меня ждешь», – решает тогда Виктор и, срываясь, едет к ней. Без остановок. В каждом городе покупает магнитик. Приехал, купил ирисов там самых простых и ждет после работы. Ах, да, и мороженное. Ее любимое. Она выходит и тут он сзади идет. «Девушка, может вы мороженного хотите?». Надо было видеть ее лицо. Первые ее слова: «Ты что, издеваешься?». А он ей эти магнитики – нет, вот мы вчера разговаривали, а вот он тут. «Но зачем?» Да потому что хотел увидеть! Причем больше всего на свете! Чтобы показать, что она центр его мира. Только такая, как она, может обратить все внимание на тебя одного. И тогда ты получаешь ее всю сполна. Виктор улыбнулся и взял модель автомобиля.