Хейзел М. – Образец «MEDUZA» (страница 4)

– Мы не оставим его, – твердо сказал Лидер. – Но теперь мы знаем. Этот бункер – не убежище. Это склеп. И мы заперты здесь не только снаружи, но и изнутри. И наше время на исходе.

Они стояли в зале с машинами, и тишина давила на них тяжелее, чем когда-либо. Теперь они знали, что бункер – это не просто убежище, а ловушка, наполненная смертельной угрозой изнутри.

– Нам нужно заблокировать тот проход, – сказал Лидер, прерывая молчание. – И быстро. Пока эта тварь не выбралась полностью.

Штурмовик кивнул, его взгляд скользнул по бронетранспортеру. – Мы можем использовать одну из этих машин. Загнать ее перед лифтовой шахтой. Перекрыть проход.

– Это может сработать, – согласился Лидер. – Но нам нужно действовать тихо. Мы не знаем, насколько чувствительны эти существа к звуку.

Медик указала на планшет в руках Лидера. – Сначала нам нужно найти схему бункера. Мы должны знать, есть ли другие пути на этот уровень. Если мы заблокируем один, они могут найти другой.

Они быстро вернулись в штабную зону со столом и шкафом. Начали лихорадочно обыскивать ящики стола и полки шкафа. И тут медик нашла то, что искали: в нижнем ящике стола лежала папка с схемами бункера. Они развернули ее на столе, смахнули пыль.

Бункер действительно был многоуровневым. Уровень 1, где они находились, включал гараж, штабную зону и склады. Уровень 2 – жилые отсеки и лаборатории. Уровень 3 – инженерные системы и хранилища. Лифтовая шахта соединяла все уровни, но также были и аварийные лестницы в противоположном конце бункера.

– Вот, – указал Лидер на схему. – Аварийные лестницы здесь. Если эти твари находятся на нижних уровнях, они могут подняться по лестницам. Нам нужно забаррикадировать и их.

– На это уйдет время, которого у нас нет, – мрачно заметил штурмовик. – Давайте сначала заблокируем лифтовую шахту. Затем проверим лестницы.

Они вернулись в зал с машинами. Штурмовик выбрал бронетранспортер, который стоял ближе к лифтовой шахте. Он забрался в кабину, нашел ключи в замке зажигания. С молитвой на устах он повернул ключ. Двигатель рыкнул, затем заглох. Он попробовал снова – на этот раз двигатель завелся с низким урчанием. Топливо было, аккумуляторы работали.

Осторожно, он начал двигать бронетранспортер к лифтовой шахте. Лидер и медик шли рядом, освещая путь фонарями и следя за щупальцами в шахте. Они все еще шевелились, но не проявляли признаков агрессии – пока что.

Штурмовик подъехал к самому краю шахты, развернул бронетранспортер боком, чтобы перекрыть как можно больше пространства. Затем он заглушил двигатель и выпрыгнул наружу.

– Этого должно хватить, чтобы сдержать ее, – сказал он, вытирая пот со лба. – Но нам нужно что-то еще, чтобы заблокировать зазоры.

Они начали таскать ящики, обломки металла и все, что могли найти, засовывая под броню и в щели между транспортером и стенами. Работали молча, в напряженной тишине, постоянно поглядывая на шахту. Щупальца иногда шевелились, словно ощупывая новое препятствие, но не пытались атаковать.

Пока они работали, медик вдруг остановилась, прислушалась.

– Вы слышите?

Они замерли. Из-за баррикады доносился слабый, шелестящий звук. Но не скрежет, а скорее… приглушенные щелчки.

– Это не она, – прошептала медик. – Это что-то другое.

Лидер подошел к баррикаде, приложил ухо к броне. Звук стал четче: множество быстрых, сухих щелчков, как будто по металлу бегут десятки маленьких, твердых ног.

– Назад! – крикнул он, отскакивая.

Из-под бронетранспортера, через щели в баррикаде, выползли они. Десятки существ размером с кошку, похожих на помесь паука и скорпиона. Их тела были черными, блестящими, с множеством острых конечностей и хвостом с жалом на конце. Они двигались стремительно, беспорядочно, и их щелкающие челюсти издавали тот самый звук.

– Отродия! – закричал штурмовик, открывая огонь.

Автоматная очередь разнесла нескольких существ, но их было слишком много. Они разбегались в разные стороны, некоторые направились прямо к ним.

Медик отступила, доставая пистолет. Лидер присоединился к штурмовику, стреляя в ползущих тварей. Но чем больше они убивали, тем больше появлялось из-под баррикады.

– Они используют щупальца как прикрытие! – крикнул Лидер. – Пока мы отвлекались на медузу, эти твари подобрались!

Баррикада была не полностью герметична. Маленькие существа могли пролезть через щели. И теперь они были на уровне 1.

Они отступали, ведя огонь, но твари расползались по залу, исчезая в тени, за машинами. Не все были убиты. Некоторые скрылись во тьме.

Когда последнее из видимых существ было уничтожено, они стояли, тяжело дыша, в запахе пороха и странного, сладковатого запаха, который исходил от разорванных тел тварей.

– Что… что это было? – спросила медик, дрожащей рукой вставляя новый магазин в пистолет.

– Еще один сюрприз из нижних уровней, – мрачно ответил штурмовик. – Наверное, питомник этих тварей.

Лидер подошел к одному из убитых существ, толкнул его ногой. Его жало было покрытой той же черной слизью, что и щупальца медузы.

– Они похожи. Может, это их молодняк? Или другой вид?

– Неважно, – сказал штурмовик. – Теперь у нас есть еще одна проблема. Эти штуки ползают где-то здесь, в темноте. И мы не знаем, сколько их.

Они посмотрели вокруг. Тени стали еще более угрожающими. Каждая из них могла скрывать опасность. А из-за баррикады доносилось тихое шипение и шевеление щупалец. Баррикада сдерживала большую тварь, но теперь они столкнулись с новой, более коварной угрозой.

И тогда из штабной зоны, где они оставили Степана, донесся его крик. На этот раз не от боли, а от ужаса.

– Они с ним! – крикнула медик, и они бросились бежать назад, к лагерю.

Шипение маленьких тварей, разбегающихся по темным углам, заставило кровь стынуть в жилах. Но крик Степана был острее любого лезвия. Они бросились назад, к своему лагерю, сердце выскакивало из груди.

Степaн лежал, выгибаясь в неестественной судороге. Его глаза были закатаны, а из горла вырывались хриплые, нечленораздельные звуки. Но самое ужасное было впереди. По его телу, как по трассе, продвигались несколько тех самых пауко-скорпионов. Одно из них, большее, уже впилось жалом в его незабинтованную руку. Кожа вокруг мгновенно почернела и покрылась пузырями.

– От него! Прочь! – закричала медик, открывая огонь из пистолета.

Пуля разнесла тварь в клочья, но яд уже сделал свое дело. Остальные существа, словно по команде, мгновенно скрылись в тенях, оставив после себя лишь мертвый шелест.

Они подбежали к Степану. Его тело билось в конвульсиях, изо рта шла пена. Рана на животе, казалось, пульсировала, и черные прожилки от нее расползались по телу, как молнии.

– Держи его! – крикнула медик, уже набирая в шприц очередную дозу морфия. Но ее рука дрожала. – Это не просто яд… Это… заражение. Его тело меняется.

Морфий едва подействовал. Степан затих, но его дыхание стало прерывистым, хриплым. Кожа приобрела сероватый, восковой оттенок. Он был жив, но уже не казался человеком.

– Мы не можем здесь оставаться, – сквозь зубы проговорил штурмовик, вглядываясь в окружающую их тьму. – Эти твари повсюду. Они как разведчики. А та, большая, в шахте… она их мать. Она их направляет.

Лидер смотрел на умирающего товарища, на его почерневшую руку. В его голове складывался чудовищный пазл.

– Они не просто охотятся, – тихо сказал он. – Они… колонизируют. Заражают. Степан для них – не еда. Он… инкубатор.

Медик содрогнулась, отшатнувшись.

– Ты хочешь сказать, что внутри него… растет одна из этих тварей?

– Или он сам превращается в нечто иное, – мрачно подтвердил Лидер. – Планшет… «образцы "Медуза"». Что, если это не отдельные существа? Что, если это единый организм, разумный рой? Большая медуза – матка, мозг. А эти пауки – ее глаза, ее руки, ее солдаты. Они разносят ее яд, ее генетический материал, чтобы все превратить в часть себя.

Ошеломленные ужасом, они смотрели на Степана. Он больше не был их товарищем. Он был полем боя, которое они проигрывали.

– Что нам делать? – спросила медик, и в ее голосе впервые прозвучала беспомощность. – Мы не можем его бросить. Но мы не можем и остаться.

Решение пришло от штурмовика. Его лицо окаменело.

– Мы даем ему шанс. Последний. – Он посмотрел на Лидера. – Ты сказал, машины на ходу. Мы грузим его в бронетранспортер. Прорываемся через ворота. Ищем другое место. Если мы умрем, то умрем в бою, под солнцем. А не в этой могиле, в темноте.

Лидер колебался лишь мгновение. Он посмотрел на карту, на красный крест. Этот бункер был ловушкой. Лабораторией, которая стала ульем. Они были частью эксперимента, который вышел из-под контроля.

– Хорошо, – кивнул он. – Готовимся к прорыву. Быстро. Мы не знаем, сколько у нас времени.

Они бросились к бронетранспортеру. Штурмовик занял место водителя. Лидер и медик, прикрываясь огнем, перенесли бесчувственное тело Степана в десантное отделение. Степан был легким, почти невесомым, и это было пугающе.

Двигатель рыкнул, оживая. Фары бронетранспортера врезались в тьму, выхватывая из нее убегающие тени пауко-скорпионов. Они собирались в стаи, наблюдая.

– Приготовиться! – крикнул штурмовик, переводя бронетранспортер на передачу.

Он направил его к массивным воротам, которые когда-то были их спасением. С разгона, с ревом мотора, многотонная машина ударила в сталь.