Хэйфорд Пирс – Искра Жизни (страница 9)
— Разве? А что бы он создал?
— Точно сказать не могу, но, скорее всего, силовой цилиндр диаметром в четыре фута и длиной в девять.
— Но я бы все равно находилась в его центре?
— Угу. Причем, в полной безопасности, как в доме.
— Но ведь дома иногда горят!
— Только не дома Ларри Мэдигана. Ну, как, порядок?
Она раздраженно пожала плечами.
— Тебе виднее, тем более что теперь я упакована, как средневековый рыцарь.
Я улыбнулся и повел ее к выходу.
Завет находился на высоте 17600 футов. Вез кислородных браслетов здесь дышалось бы слишком тяжело. С невероятно синего неба ярко светило солнце, и казалось бы не так холодно, если бы не ледяной ветер. Все здания в городе прятались под высокими черными крышами. Их окна представляли собой пластины из тонкого транспара, а стены — толстые блоки термопака. Выглядело все это довольно уныло. Кое-где на узеньких улочках росли корявые деревца с покрытой пылью листвой на кривых ветвях, неизвестно как выжившие в таких условиях. По улицам двигались исключительно пешеходы, лишь время от времени проносились пассажирские пузыри. Встречные ноты отличались удивительным разнообразием цвета кожи и расовых признаков, правда, преобладали представительницы монголоидной расы. Все они, мужчины и женщины, носили тускло-синюю или черную одежду, настолько строгую, что она производила впечатление военной формы. Женщины, как я кисло отметил про себя, одевались в длинные балахоны или пальто с застегивающимся на пуговицы рукавом, решающим проблему платиновой цепочки, предписанной к ношению Господом. Представители обоих полов выглядели молчаливыми, неулыбчивыми и целеустремленными, спеша так, будто их ждет какое-то крайне важное дело. На нас никто не обращал ни малейшего внимания.
На ходу Эрика весело крутила цепочку.
Хотя было еще только 14.25, солнце внезапно скрылось за высящейся над городом горой. Стало еще холоднее.
— Пора на встречу, — я повернул к группе общественных зданий.
— Неужели с самим Его придурковатостью преподобным Шемом?
— Нет, это я так брякнул, для пограничников. А вообще-то, у меня нет ни малейшего представления, кто он такой, догадываюсь только, что это главный придурок в здешнем сумасшедшем доме. Сейчас нам предстоит встреча с сыном Ноя по имени Жерар Рафидо.
Жерар Рафидо именовал себя мастером богоугодных дел, что я в уме перевел как «министр общественных работ», а может и «руководитель секретной службы». У него имелся небольшой угловой офис в самом высоком из виденных нами в Завете зданий — целых четыре этажа — с великолепным видом на Гималаи. Жерар оказался негроидом с черной блестящей кожей, густыми курчавыми волосами и почти все время поджатыми губами. Появление Эрики его явно смутило.
— Она — мой партнер и главный специалист по термодинамике, — заявил я.
— Понятно, — чиновник еще сильнее поджал губы. — Просто я не ожидал, что это будет… женщина.
— Насколько я помню, они составляют целую половину человеческой расы. По крайней мере, там, откуда мы прибыли.
— Понятно, — он угрюмо оглядел нас, как будто сомневаясь, принадлежим ли мы вообще к человеческой расе — по крайней мере, с точки зрения Сыновей Ноя. Эрика одарила его обворожительной улыбкой и игриво покрутила свою цепочку. Наконец, Рафидо, по-видимому, принял решение. — Хорошо, — неохотно выдавил он. — Я уверен, что истинная вера на самом деле не запрещает участие женщины в данном проекте. Тем не менее, я должен обсудить этот вопрос с самим преподобным Шемом. А теперь, мистер Мэдиган, я вкратце объясню вам, чего именно мы бы от вас хотели. Может быть, посмотрим на месте? Это сэкономит нам кучу времени. А миссис Велхевен подождет нас здесь, в кабинете. Я распоряжусь, чтобы ей принесли чай и фрукты.
— Миссис Велхевен для меня — совершенно незаменимый специалист по термодинамике. Без нее компания просто не сможет функционировать. Так что она отправится с нами.
Мастер богоугодных дел явно рассердился, но ему пришлось уступить. Он пожал плечами.
— Ну, хорошо. Следуйте за мной.
Мы уселись в небольшой синий министерский пузырь, стоявший позади здания. Эрика крепко стиснула мою руку. Мы степенно вылетели за пределы города, а затем резко рванули вверх, и перевалили через высоченную отвесную скальную стену. Наверху нас буквально ослепило яркое солнце, и мы увидели сверкающее снежное поле, тянущееся, наверное, миль на восемь по направлению к вершине горы Нампа. Пузырь развернулся и заскользил над снежным полем.
На полпути к вершине мы неожиданно остановились — показалась цель нашего полета. Большое круглое здание из белого мрамора почти сливалось с окружающими снегами. Его возвели в неоклассическом стиле, по периметру стояли рифленые колонны, тянулись фризы, а ко входу вели широкие ступени. Скальный уступ, на котором высилось здание, очистили от снега, позволяя видеть бесконечные ряды горных вершин, будто уходящих в бесконечность. Тут до меня впервые дошло, почему эти места называют Крышей мира…
Мы с Эрикой уставились на фигуру, лежащую в мавзолее под куполом на массивном мраморном блоке в центре зала. Лицо представляло собой бесформенную массу сморщенной бурой кожи, и определить пол этой мумии не представлялось бы возможным, если бы не явно искусственные седая борода и усы. Скрюченные руки были сложены на груди, а на самой мумии красовалось расшитое золотом пурпурное одеяние.
— Это, — с благоговением в голосе произнес мастер богоугодных дел, — благословенный Отец Ной.
— Настоящий? — спросил я, стараясь скрыть свой скептицизм.
— Настоящий. Как вам, возможно, известно, остатки Ковчега впервые обнаружил преподобный Шем девяносто три года назад в пещере на склоне горы Арарат и перенес их сюда, в святилище на горе Нампа. Тот храм — он называется Свидетель Ковчега — находится на другой стороне горы, и мы посетим его следующим. Со времени находки Ковчега мы, Сыновья Ноя, неустанно искали останки самого благословенного Отца Ноя. В прошлом году благодаря чудесному божественному озарению преподобный Шем точно узнал, где Отец Ной отдыхал столько веков. После этого мы предприняли необходимые шаги, чтобы перевезти его сюда, где он обрел заслуженный вечный покой.
— Понятно. — Я едва удерживался от смеха, глядя на его честное лицо, но работа есть работа. — А в будущем Отец Ной по-прежнему будет оставаться на… всеобщем или частичном обозрении, как сейчас?
— Да. По крайней мере, для Сыновей Ноя и других соответствующим образом аккредитованных пилигримов. Такова воля божья, открытая нам преподобным Шемом.
— Так значит, вы хотите максимально защитить его и весь этот храм — Свидетель Отца Ноя — от любых враждебных действий… неверующих?
Мастер богоугодных дел кивнул так, будто мои слова прозвучали почти как его собственные.
— От любых возможных враждебных действий, вплоть до происков самого Сатаны. И этот храм, и Свидетель Ковчега. Системы, установленные здесь, действуют уже больше сорока лет.
— Хорошо. — Я с серьезным видом повернулся к своему — как я ее там назвал? — старшему специалисту по термодинамике. — Думаю, вы уже составили предварительное представление о здешних охранных системах, мисс Велхевен. А теперь давайте изучим их более подробно.
Глава 10. Урок генетики
— Нет, — объяснил преподобный Шем следующим утром, — это мой дед, первый Шем, получил откровение господне, позволившее ему найти Ковчег. И это именно он нашел место, где сейчас находится клав Нампа. Я уже третий в этом ряду. — Его глаза за стеклами очков в золотой оправе сверкнули. — В отличие от нашего благословенного Отца Ноя, мы — нынешние смертные — не можем рассчитывать дожить до ста пятидесяти лет.
— Да, думаю, вряд ли, — согласился я, глядя на то, что сходило за мумифицированные останки самого благословенного Отца. Интересно, кто же сварганил эту нелепую куклу из кожи, бороды и костей и втюхал ее легковерным придуркам. Потом я снова продолжил слушать нынешнего духовного отца Сыновей Ноя.
Когда мастер богоугодных дел благоговейным тоном внезапно проинформировал, что нас ожидает великая честь встретиться с самим преподобным Шемом, я предположил, что карикатурная версия ветхозаветного патриарха появится из пузыря, высокая и худая, с горящими глазами, длинной седой бородой, и в длинном белом одеянии. К моему удивлению, преподобный Шем оказался невысоким полным человечком без бороды, в джемпере и простой серой накидке, очень любезным, с добрыми карими глазами, постоянно моргающими за толстыми стеклами старомодных очков. Из-под редких волос мышиного цвета торчали оттопыренные уши, а говорил он мягким ласковым голосом. Ни разу в жизни я еще не встречал человека настолько не похожего на безумца.
И, тем не менее, он явно был безумен.
— Нам требуется от вас, мистер Мэдиган, абсолютная защита от любых неожиданностей примерно лет на сто. Не больше.
Я обвел взглядом искусно изукрашенный и, на мой взгляд, очень надежно построенный мавзолей. Он выглядел так, будто мог простоять целую вечность.
— Значит, через какое-то время вы намерены переместить… э-э, благословенного Отца Ноя?
Когда преподобный Шем выходил из пузыря, помимо дюжины одетых в форму охранников, которые сейчас то входили, то выходили из Свидетеля Отца Ноя, его сопровождали еще три широкоплечих джентльмена с мясистыми руками и холодными темными глазами. Они явно старались не подпускать меня слишком близко. Сейчас телохранители мрачно уставились на меня, очевидно пораженные моим невежеством. Сам же Шем, однако, лишь широко улыбнулся. Он понял: это прекрасная возможность просветить безбожника.