Хельги Толсон – Посейдоника I (страница 19)

Дальше настал черед подкрепить свои силы. Проблема эта встала внезапно и остро еще в самом начале побега. Еще бы, желудок посейдонца в принципе не был приспособлен к твердой земной пище, потому как с рождения ничего, кроме синтезируемой «каши», не видел. Игорю было чуть проще, его пищеварительная система была в целом в норме, хотя за последние десять лет на посейдонском «рационе» тоже немного атрофировалась. Он, помнится, едва попав снова на Землю, кинулся на радостях за всякими вкусностями и даже заказал себе чудесный двойной бургер из «Старбургера», но, откусив первый же кусок, понял свою ошибку. В голове заверещал элсим, выдав гору предупреждений, общая суть которых сводилась к недопустимости употреблять в пищу неорганические соединения. Но на вкус бургер был чудесен, и Игорь совершил вторую ошибку — доел его. Точнее сказать, ошибка была третьей, а второй было то, что он не отключил у элсима реанимационный режим. В итоге электронный симбионт, справедливо полагая, что хозяина насильно травят, включил все доступные ему механизмы защиты. Повезло, что Игорь был в своем номере, а не решил насладиться бургером в заведении. Экстренное опорожнение желудка и кишечника было первым, что осуществил обеспокоенный электронный помощник. Уже потом началась усиленная выработка антител и ферментов, ну и еще всякие мелочи вроде усиленного прогона жидкости через почки. В общем, больше Игорь бургеры не ел. Ни сам, ни на людях.

Дарион, надо отдать ему должное, предпочел оставаться голодным, чем проводить эксперименты с едой. Впрочем, долго голодать не пришлось. Проблему они решили, как ни странно, в спортивном магазине, где приобрели синтетические коктейли для гравирестлеров, а также наборы всевозможных витаминов и добавок, что вкупе с купленным детским питанием позволило смешать более-менее приемлемый для них коктейль. Идеально, конечно, было бы добраться до какого-нибудь синтезатора пищи типа тех, что стоят в ночлежках для бездомных, но к ним дарвинисты категорически запретили даже приближаться (ясно, что СКО осведомлена о пищевых привычках посейдонцев и возьмет подобные пункты под наблюдение), а кроме того, тамошние синтезаторы выдают пищу, пригодную лишь для поддержания жизни, но уж никак не здоровья — кто ж будет тратиться на серьезные синтезаторы для каких-то бродяг. Выполнили социальные обязательства, не дали умереть с голоду — и порядок.

В общем, как раз тот самый чудо-коктейль и варганил Дарион, когда в дверь постучали. Аккуратненько так, даже, можно сказать, стеснительно. Игорь с Дарионом переглянулись. Гостей они не ждали. Хотя если это СКО или полиция, то дверь бы давно вылетела, а в комнате взрывались парализующие гранаты.

Игорь, в сотый раз жалея, что при себе нет никакого оружия, отправился открывать, громко и недовольно осведомившись:

— Кого еще черти принесли?

Стук повторился более настойчиво. Делать было нечего, Игорь открыл дверь.

На пороге стояла девица лет шестнадцати на вид, ярко накрашенная, с короткой стрижкой и огненно-рыжими волосами. Вид у нее был не то чтобы развратный, а скорее с претензией на тот самый разврат. Короткие шорты, чулки, сверху только бюстгальтер и поверх него коротенькая кожаная куртка. Будь она чуток постарше, все было бы по классике — «путана обыкновенная», но на этой девчушке все выглядело скорее несуразно, чем соблазнительно, хотя Игорь отметил, что она довольно симпатичная, правда излишне худовата, на его вкус.

Взгляд у гостьи был испуганный, но она быстро собралась и даже с неким вызовом в голосе, видимо, стараясь копировать слышанные где-то интонации, сказала:

— Развлечься не желаете, мальчики? Можно по одному, можно вдвоем. Две сотни в час.

Девица чуть выставила ногу вперед и, уперев руку в бок, выжидающе смотрела на Игоря.

Да уж, только детской проституции им не хватало. Игорь закатил глаза и уже собирался закрыть дверь, не удостоив девицу ответом, когда она, поняв его намерение, умоляюще затараторила:

— Ну пожалуйста! Хорхе меня побьет, если я ему опять не принесу денег сегодня. У меня мама болеет, а денежек совсем нет. Не прогоняйте, ну пожалуйста!

Игорь, честно говоря, оторопел, не зная, что ответить.

— Брат, кто там? — заканчивая возиться с коктейлем, поинтересовался Дарион.

— Э-э-э… Тебе лучше не знать, дружище, — громко ответил Игорь. — Она уже уходит… Ах ты ж зараза мелкая!

Последняя фраза была обусловлена тем, что девица, воспользовавшись моментом, юркнула в комнату и нахально уселась на кровать, закинув ногу за ногу в эротичной, по ее мнению, позе.

Дарион спокойно пил из блендера коктейль, изучая непрошеную гостью.

— Тебя как зовут? — наконец поинтересовался он.

— Ее зовут Случайный Прохожий, Который Уже Уходит, — ответил за девушку Игорь.

— Ну пожалуйста, не прогоняйте меня! Я ж объясняла, меня Хорхе побьет! Неужели я вам совсем не нравлюсь? Ни капельки? Я здорова, у меня и справка есть. — Девица начала рыться у себя в сумочке, которая, оказывается, висела сзади через плечо. Ее голос был совсем уж жалким, Игорь не выдержал и начал шарить у себя по карманам в поисках денег.

— Сколько тебе нужно? Двести? Давай мы так их тебе дадим, а ты пойдешь по своим делам, хорошо? Дар, у тебя есть наличность?

Некоторое время они разбирались с пластиковыми купюрами, и, наконец набрав две сотни, Игорь обернулся к девице и протянул ей деньги.

— Вот! Возьми, и не нужно никаких…

Закончить фразу Игорю помешал огромный пистолет, направленный на них той самой девушкой. «Странно, как он поместился в такой небольшой сумочке?» — было последней мыслью Игоря, прежде чем рыжая с извиняющимся выражением лица нажала на спуск, и в Игоря с Дарионом ударил синеватый луч парализатора.

Глава 17

«Готовность 30 секунд». Алекс на автомате в сотый раз поправил страховочную раму десантного кресла и бросил взгляд на своих бойцов. Мерцающий красный свет боевой тревоги действовал на нервы.

«Ну вот что за дурная традиция! — думал он. — На кой черт перед высадкой все должно мигать и моргать, будто корабль вот-вот развалится?! И так не большое удовольствие сидеть в железном гробу на тридцать человек и надеяться, что никакая шальная ракета не отправит вас всех на тот свет. Ей пофигу ваши тренировки, скафандры, навыки рукопашного боя, все потраченные на вас миллионы. Разнесет в космическую пыль, просто если истребители прикрытия чего-то недосмотрели. В общем, нервы и так шалят, а пилоты еще и освещение аварийное врубили. Нет, ей-богу, вернемся на „Центурион“ — набью им морды, а может, даже…» Закончить мысль Алексу помешали визг предстыковочной сирены и последовавший за этим толчок, означающий, что их штурмовой бот воткнулся в борт вражеского корабля.

Как только лампа абордажного шлюза стала зеленой, Алекс заорал во всю глотку: «Вперед!» — и сам первым ринулся в отскочившую перед ним дверь.

Темнота.

— Включить инфракрасный режим.

Большой зал. Это плохо. Покатые стены, какие-то столы, шкафы, полки… Видимо, столовая или библиотека. Неважно. Три выхода: на двенадцать, три и восемь часов.

— Лаки, бери свое отделение и блокируй дверь на двенадцать, Бейкер — ты на три, остальные — за мной.

Первое отделение, гремя скафандрами, с изяществом стада носорогов рвануло к двери прямо по курсу, разворачиваясь на бегу веером, после того как второе отделение заняло позицию у двери справа. Алекс повел оставшиеся два десятка бойцов к двери по левую руку. Она была значительно больше остальных и, согласно предположительному плану корабля, должна была вести в сектор «С», который им следовало блокировать. Паршиво, что пришлось оставить треть людей прикрывать спину, но вариантов не было, позволить повредить десантный бот они не могли.

— Два «шланга» вперед! — скомандовал Алекс бойцам, вооруженным полевыми охладителями, которые солдаты с ходу прозвали «шлангами» из-за характерного внешнего вида.

Распыляя на дистанцию до сорока метров специальный состав, который мгновенно охлаждал все поверхности до абсолютного нуля, полевой охладитель был достаточно эффективной заменой огнеметам, применять которые в абордажных боях было неразумно. Кроме того, он позволял нейтрализовать аэрозольные противолазерные завесы, что в их случае оказывалось особенно актуальным, поскольку вся штурмовая группа была вооружена только энергетическим оружием. По непонятным причинам кинетические винтовки брать запретили.

— Поехали! Не залипаем! Идем, идем, идем!!!

Группа шла максимально быстро, благо просторный коридор, почти пять метров шириной и столько же высотой, позволял идти, не сильно теснясь.

— Это Лаки. У нас контакт. Три цели. Пытаются прорваться. Держим их на дистанции.

«Твою ж мать! Быстро они сообразили что к чему. Значит, скоро и у нас танцы начнутся». Словно в ответ на эти мысли из дальней части коридора ударили несколько лазерных лучей.

— Поставить занавес! Двадцать пять метров!

Двое идущих впереди бойцов отстрелили штатные системы защиты десантных скафандров, и в паре десятков метров перед ними образовалась плотная аэрозольная завеса, ослаблявшая лазерные лучи до мощности детских указок.

— Пошли-пошли! Двинуть завесу еще на двадцать метров!

Следующие бойцы, приблизившись к облаку, также отстрелили аэрозольные гранаты, создавая впереди, ближе к противнику, второй заслон. «Надеюсь, там нет пулеметов!»