Хельга Дюран – Грубиян (страница 9)
Я остановилась на лестнице и посмотрела вниз. Чисто! Морозов, наверное, крылья уплетает? Не до меня ему.
Повернувшись спиной к ступенькам, я начала спускаться вниз, стаскивая за собой чемодан. Тяжелый, зараза! Саша нес его с такой легкостью, что побег казался мне совершенно не сложным.
Насчитала тридцать ступенек, пока спустилась. Теперь я поняла, для чего нужен мужик рядом. Ну, и для секса иногда. У меня такое чувство, что я на всю жизнь сегодня натрахалась! Да и с чемоданом совладала, так что потребность в мужчине снова встала под вопрос.
– Далеко собралась, баба Таня? – прогремел голос Романа за моей спиной.
Я аж на месте подскочила от неожиданности. Подкрался незаметно! Я обернулась и сдула прядь волос со лба. Морозов, мать его! Собственной персоной! Прикатил на кресле. Он сидел в метре от меня, преграждая мне путь, и, судя по его красивой, но недовольной роже, был очень зол. Что ж, придется все же попрощаться!
– Подальше от тебя, хамло ты этакое! – вскинув подбородок, грозно сказала я.
– Договор где? – нервно постукивая пальцами по подлокотнику кресла, спросил Морозов.
– Я не понимаю, о чем вы, Роман Николаевич! – тоненьким голоском, с издевочкой, ответила я.
– Щас я тебе, сучка мелкая, объясню! – рыкнул он и крутанул колеса кресла в мою сторону.
– Дай пройти! – гневно закричала я на Морозова, вцепившись в ручку чемодана.
– Не дам! – Морозов подъехал вплотную ко мне и сложил руки на груди. –Думаешь, если поимела меня, я тебя спокойно выпущу на все четыре стороны? Я жду объяснений, Танюша!
– Именно так я и думаю! Прощайте, Роман Николаевич! Приятно было познакомиться!
Силой меня держать не получится, да и невозможно это. Я дернулась к входной двери, пытаясь обогнуть коляску Романа, но он успел вцепиться мне в руку. Рывок, и я уже сижу у него на коленях.
– Пусти! – завизжала я, как резаная. – Я на тебя заявление накатаю! Совсем охренел?
– Тихо, Танюша, тихо! – зашипел мне в ухо Морозов. Одной рукой он обхватил оба мои запястья, а другой прижал к себе намертво. – Давай поговорим! Ну, что ты, в самом деле? Шуток не понимаешь? Разыграли мы тебя вместе с Борисовыми. Пранканули!
– Что-о-о? – еще больше возмутилась я. – Пошел ты на хрен, со своими шутками!
Ничего себе шуточки! Секс тоже часть шутки? Ай, да, Борисовы! Ай, да, молодцы! Нет, это не может быть правдой! Не может! А что, если и деньги мне не приходили на карту, а это тоже шутка такая? Вот это будет уже не смешно! Все в голове смешалось. Я сегодня так стрессанула, что уже вообще ничего не понимала!
Пофиг! Даже если это все пранк, мне тут больше делать нечего! Я задрыгалась с новыми силами, пытаясь укусить Морозова за руку.
– Таню-ю-юша! – уже с раздражением протянул Роман. – Ну, давай поговорим! Обсудим дальнейшее сотрудничество! Обещаю больше не жесить!
– Ты самый мерзкий мужик, кого я знаю! – задыхаясь от безуспешной борьбы, верещала я. – Никакого сотрудничества!
– Мерзкий? – услышала я смешок в свой затылок. – А это не твоя киса чуть мне дом не затопила? Визжала так, что я чуть не оглох!
– Да пошел ты!
– Прекрати, а? – устало сказал Морозов. – Только подумай, как нам будет хорошо вместе!
– Ты грубое животное! – едва не плача от бессилия выпалила я.
– Я же и нежно могу, Танюша! Ты чего? Хочешь, вылижу тебя? Ты только попроси, сладкая!
У меня все резко сжалось между ног, едва я представила, как Роман меня вылизывает, да еще и нежно. Нет, боже! Нет!
Я изловчилась и цапнула Морозова за руку.
– Ауч! – воскликнул он и ослабил хватку.
Этого хватило, чтобы я вырвалась из капкана его лапищ. Я отскочила от Морозова на пару шагов и попыталась отдышаться, не сводя с него глаз. Только отвлекись, снова схватит, к гадалке не ходи!
– Да, уж! – протянул Роман, потирая прокушенное запястье. – Тебе палец в рот не клади!
Он тяжело вздохнул и подкатился к моему чемодану. Да и хрен с ним! Уйду налегке! Заберу вещи с полицией! Ничего страшного.
– Останься хотя бы до завтра, – попросил Морозов. – Поужинаем, поговорим? Просто так, без договоров и шуток? Трахну тебя еще раз! Хочешь, всю ночь тебя буду вертеть? Проси, что пожелаешь!
Хе-хе! Вот это зацепило мужика! Полцарства готов жаловать! И это все страшненькой бабе Тане!
– Не хочу больше ничего! Спасибо! – сквозь зубы процедила я. – Отдай чемодан!
Роман помолчал немного, почесал затылок и поднялся на ноги. Что он удумал на этот раз? Я напряглась, осторожно пятясь к выходу.
– Провожу тебя тогда, – вздохнул с сожалением Роман. – Такси вызвала?
– Нет еще, – зачем-то призналась я.
Морозов взялся за ручку чемодана и покатил его к дверям. Я все так же пятилась спиной, сверля его взглядом. Снова хочет меня схватить? Хрен-то там!
Прихрамывая, Морозов прошел половину пути, тоже не спуская с меня глаз.
– Может быть, мы будем встречаться? – неожиданно произнес он, неторопливо, учитывая его состояние здоровья, вышагивая по направлению ко мне. – Приезжай в гости, Танюша!
Я было открыла рот, чтобы снова сказать Морозову о том, какой он говнюк, как вдруг он пошатнулся и начал медленно оседать вниз. А потом и вовсе рухнул на пол всей своей массой, неуклюже подогнув ногу.
Это тоже шутка? Хочет, чтобы я бросилась к нему, а он меня схватит? Хитро!
Я постояла пару секунд, переминаясь с ноги на ногу, а потом подкралась к лежащему на полу мужчине. Хватаю чемодан и бегу! Есть у меня фора в несколько секунд! Я без труда забрала свой багаж, потому что Морозов не предпринимал никаких попыток вскочить или помешать моему уходу. Он вообще не шевелился. Надо же так натурально притворяться! Да и черт с ним!
Громыхая чемоданом я доскакала до дверей в пару прыжков, а затем все же обернулась. Лежит. Придурок чертов!
Нет, ну я так не могу! Это все-таки человек? Я с ним трахалась, между прочим! Мы не чужие люди теперь!
А если он не притворяется? Да, черт!
Я вернулась и пнула его ногу. Лежит. Тут уж я напугалась не на шутку, всматриваясь в бледное, безжизненное лицо мужчины.
Опустилась перед Морозовым на колени, щелкнула его по лицу ладошкой со всей дури! Заслужил! Даже народный артист бы уже вскочил или поморщился, а этот ни-ни!
– Роман! – затрясла я Морозова вцепившись в футболку.
Тщетно! Что делать, мамочки? Что делать?
11. Роман
Нет, ну, а что мне еще оставалось? Баба Таня феноменальная девушка! Сломала все мои стереотипы о ней, да и о женщинах в целом! Пусть она и далека от моих идеалов красоты, зато характер, что надо! А страсти в ней на всех моих бывших хватит, да еще и останется! Думал, порвет меня эта пигалица, пока я ее тарабанил!
В жизни так ярко и мощно не трахался! Думал, всю кухню спермой залью! Екатерина Ивановна бы меня прибила за такое. А потом бы уволилась.
Вот и баба Таня лыжи намазюкала! А как она вкусно готовит! Я успел попробовать ее стряпню, прежде, чем заподозрил неладное. Крылышки бесподобны! И куда же я теперь ее отпущу? Не могу я с Танюшей попрощаться! Я и так один-одинешенек! Это уже ни в какие ворота!
Девчонка оказалась умной, хитрой, наглой и целеустремленной! Мои методы на нее не подействовали. Что мне оставалось? На войне, как на войне! А у нас тут целые баталии развернулись, как видите!
Баба Таня могла тупо перешагнуть через мое бездыханное тело, да еще и прихватить чего-нибудь, что плохо лежит, в качестве компенсации за моё свинское поведение, но она этого не сделала. Есть в ней жалость и сострадание ко мне, значит, не все потеряно, не последний я мудак.
А как она мне по морде зарядила? Я чуть не заржал! Больно, конечно, но я по фейсу получать привыкший, и не от мелких пигалиц, а от мужиков здоровых, поэтому кроме дикого желания прыснуть со смеху, ничего ее шлепок не вызвал.
– Ромочка, миленький, очнись! – причитала Танюша, тормоша меня изо всех сил.
Другое дело!
Я театрально застонал и пошевелился. Переигрывать мне тоже не с руки. Танюшка не дура, как я уже выяснил. А то ведь возьмет еще и скорую вызовет. Оно мне надо, людей от работы отвлекать? Пока я тут балуюсь, может реально человек погибнуть.
– Слава богу! – радостно воскликнула беглянка-неудачница, когда я открыл глаза.
Надо мной замельтешило ее обеспокоенное, растерянное личико. Она так напряженно всматривалась в мою рожу, что моя вера в то, что я поступаю правильно, только укрепилась.
– Что случилось? – простонал я.
– Ты... Ты сознание потерял! – сбивчиво объяснила Танюша.
– Опять?