Хелена Хейл – Холодный кофе, или Одиночество Офелии Коулман (страница 8)

– Кто? – Брианна в испуге осмотрела спальню.

– Беннет…

– Э-э, ну, его окно закрыто шторами. – Брианна сощурилась на соседний дом. – А что произошло?!

– Бри, завтра же мы едем за жалюзи. – Я резко поднялась с пола. – Возьмем с собой Джоша, пусть устанавливает их сам, – на выдохе закончила я.

– Ничего себе… – словно и не слыша меня, Брианна подошла ближе. – У тебя тут кровь… на лбу.

Так и закончился мой второй день в Принстонском университете: Беннет, скорее всего, видел мою грудь, а я мысленно объявила ему войну. Зато заработала уважение среди парней благодаря сабвуферу. А Брианна… Брианна минут сорок потратила на то, чтобы заштопать мой рассеченный лоб.

4

В среду вечером Джош повесил мне жалюзи, но я так и не рассказала настоящей причины столь скорой просьбы, для ребят это была всего лишь защита от прямых солнечных лучей. На самом деле я защищала свою грудь и личное пространство от прямого взора зелено-карих пронзительных, наглых глаз.

За первую неделю учебы я почти привыкла к новому месту и даже полюбила Принстон и территорию кампуса, несмотря на то, что в соседних домах жили исчадия ада. Преподаватели университета оказались намного компетентнее и лояльнее школьных. Домашнее задание по действительно интересующим меня предметам я делала с удовольствием и без устали. В свободное от кружков и занятий время я брала с собой ноутбук, чтобы в парке «Комьюнити-Норт» под щебетанье птиц и неспешное течение реки продолжить свой детектив. Я облюбовала совмещенную со столом скамью с видом на воду и от парковки сразу направлялась туда в надежде, что место будет свободно. Книга наконец сдвинулась с мертвой точки, я была близка к развязке, оставалось красиво подать убийцу с помощью маневров, которые сперва отвлекли бы внимание читателя.

В парке было мало отдыхающих, но иногда ко мне подплывало дружное семейство лебедей с длинными черными шеями, и я стала брать с собой багет, чтобы подкармливать птиц. Парк был густо засажен деревьями, и желтые листья всех видов падали вокруг с тихим шелестом, ложась на землю, как на полотно, яркими мазками.

Конечно, я не забыла о своем намерении пойти на бокс, для которого освободила вечер пятницы. В субботу мне предстояло посетить вечеринку братства, а, как известно, на них творится полный беспредел, и будет очень кстати разгрузиться и потренироваться накануне.

У меня оставалась форма моего старого спортклуба в Филадельфии, как и перчатки. Кинув спортивную сумку и бутылку воды на заднее сиденье автомобиля, я поехала в местный спортивный клуб, где планировала выпустить пар. Вплоть до вечера пятницы господь уберег меня от встреч и столкновений с куклами из «Дзеты» и Беннетом, так что мне удалось сохранять душевное равновесие и ни разу не вспылить.

Клуб находился чуть дальше университета, если ехать по Вашингтон-роуд. Боксерские занятия проходили на первом этаже здания, а внизу, в подвальном помещении, велись ремонтные работы.

Тренер Боули оказался очень приятным мужчиной тридцати лет. Всего тренировали двое, они работали посменно, насколько я поняла, прочитав брошюру. Боули сначала скептически осмотрел меня с головы до ног – пришлось объяснять, что я уже давно занимаюсь боксом и имею четкие представления об этом виде спорта, пока он не начал читать нотаций и инструкций. Кажется, не очень-то я его убедила в своем опыте.

Зал был поистине впечатляющим – множество зеркал от потолка до пола, как минимум семь боксерских груш, куча инвентаря, коврики, один большой ринг по центру. Я занималась боксом не то чтобы профессионально, но в совершенстве владела несколькими ударами. В Филадельфии мы с тренером договорились, что готовить меня к боям не нужно, я не собиралась превращать спортивное хобби в профессию.

Тренер Боули отправил меня разминаться, а после некоторое время наблюдал за техникой и оценил уровень моей подготовки, затем составил список задач на сегодня. Мы поработали над техникой защиты, передвижений, уходов и уклонов. Затем оттачивали трехударные комбинации и контрудары. К концу занятия Боули предложил мне спарринг. Очевидно, что никого из моей весовой категории в зале не было, а Боули задумал «постановочный» бой ради практики.

Я так увлеклась тренировкой, что и не заметила, что в зал пришло множество парней, которые с недоумением косились на девушку в своих боксерских рядах. Боули оглядел возможных кандидатов – до чего же забавными были выражения их лиц. Неужели никто ни разу не спарринговался с девчонкой?

– Майк, ты с Офелией. Отработайте удары ниже шеи, без кап, – скомандовал тренер.

Майком оказался невысокий парень – чуть повыше меня – с непослушными светлыми волосами, торчащими в разные стороны. Он был в гигантской серой майке, свисающей по бокам, и в черных шортах. При виде меня он покраснел. Смутился, что ли? Еще никогда парни меня не стеснялись, потому что всегда видели во мне свою в доску! Я покраснела в ответ, задумавшись над тем, что вообще-то уже давно превратилась в девушку и обладала вполне женственными формами. Привыкла к своим ребятам в филадельфийском клубе, которые воспринимали меня как сестру и не заглядывались на обтянутую спортивной формой фигуру.

– Привет, я… – начал было Майк, но позади грохнула дверь раздевалки, явив собой, – господи, помоги! – Реймонда Беннета.

Мы с Майком покосились в его сторону, и тот, вальяжно шагая по залу, тоже нас заметил.

– Ворона?! Ты что здесь забыла?! – воскликнул он и остановился, а его лицо приняло классическое суровое выражение.

– Ой, мистер Совершенство, а что здесь делаешь ты? Неужели не знаешь, что в этом месте могут подпортить твою сладкую мордашку?! – Я за катила глаза и пошла на ринг к Майку. – Привет, Майк.

Однако парень застыл и продолжал таращиться на Беннета, будто не собирался двигаться, пока тот не отдаст приказ.

– Боули, да он ведь ее сломает! – Реймонд не обратил внимания на мое ребячество и с возмущением указал на Майка.

– Что ж, Рей, у тебя сегодня выходной, но ты можешь провести спарринг. Майк, пошли к грушам, – сказал Боули и повернулся ко мне. – Не переживай, Офелия, Реймонд – любитель, участвует в соревнованиях уже несколько лет.

Не переживай?! Любитель?! Сейчас мне не помешал бы стакан холодного кофе, чтобы потушить приближающееся возгорание!

Реймонд перепрыгнул через ограждения, я пролезла сквозь них (с моими короткими ногами перепрыгивать – все равно что намеренно биться головой о стену). На руках Беннета были черные перчатки, на моих – красные. Я, как никогда, готова была надрать задницу этому гордому парню с двенадцатью кубиками пресса.

– У тебя еще есть время передумать. – Он провел языком по сухим губам.

– И не надейся.

Ухмылка едва коснулась его губ, когда он нанес свинг, удар с замахом, и я моментально среагировала, пригнулась и ответила ему хуком в бок. Беннет удержался, не дрогнул и повторил маневр. По сравнению с Реймондом я была букашкой, поэтому бой со стороны казался слишком нелепым и неравноправным. Но, черт, как же хотелось стереть с его лица эту ухмылку!

Я уходила от любой атаки благодаря легкому весу, мои движения были быстрее, однако удары почти не приносили ему боли.

Меня раздражали такие парни, как Реймонд. Каждым ударом я это доказывала. Высокомерные, самовлюбленные, кроме вечеринок и алкоголя ни к чему не стремятся, а главное – используют девушек. Закон подлости: обладатели самых скверных и гадких характеров чаще всего могут похвастать и самой привлекательной внешностью. И вроде Аштон был слеплен из того же теста, но вел себя и реагировал намного вежливее. «Офелия, а ты на себя посмотри! Разве ты не вспыльчива? Не «каркаешь на итальянском» в ответ?» – уточнил мой внутренний голос.

Пот ручьями тек по вискам, челка Реймонда превратилась во влажные сопли, но никто из нас не сдавался и не замедлялся ни на секунду. Я, наконец, ударила его кроссом в корпус, затем поставила подножку (знаю-знаю, совсем не по-боксерски), и крупное тело Реймонда рухнуло на ринг. Чувствуя себя Мейвезером[12], не меньше, я заломила ему руку и поставила ногу на спину.

Но мой триумф продлился недолго.

– Вороненок, ты слишком самоуверенна, – тяжело дыша, сказал он.

Реймонд резко развернулся – я даже отскочить не успела, как он схватился за мою лодыжку, вывернул ее и повалил так, что я оказалась прямо на нем. Нос к носу.

Тяжело дыша, я смотрела в его глаза, пораженная и смущенная. Сам Беннет ликующе улыбался, но вдруг замешкался, посерьезнел и прошелся взглядом по моему влажному лицу, задержавшись на губах. Этого промедления хватило, чтобы я встряхнулась и быстро встала на ноги. Реймонд последовал моему примеру.

– Слушай, – заговорила я, отходя в угол ринга. – Я понимаю, ты весь такой распрекрасный, но, будь добр, не выливай на меня свой тестостерон.

– Не дрожи, Вороненок, – с усмешкой ответил Беннет, стягивая перчатки. – И когда ты уже угомонишься с комплиментами в мой адрес?

– Я не дрожу! – вспылила я. – Просто мышцы давно не… в последний раз я…

– Ты отлично боксируешь, нужно только веса поднабрать. – Реймонд спрыгнул с ринга и дышать сразу стало легче. – Буду ждать тебя на вечеринке.

– Меня там и без тебя ждут, – приходя в свое привычное, хамское расположение духа, бросила я.

– Кто же этот бесстрашный экземпляр? – фыркнул Беннет. Намек понят – он считает, что парни в ужасе передо мной разбегаются. Ну, хорошо.