Хелена Хейл – Холодный кофе, или Одиночество Офелии Коулман (страница 5)

– Не суди по ним всех студентов, – вздохнула Брианна, показав мне дорогу. – Не все идут у них на поводу, лишь те, кто хочет стать частью их привилегированного общества. В моей школе тоже были своего рода идолы, и, знаешь, с ними было тяжелее. Во-первых, учеников в разы меньше, чем студентов. Во-вторых, школьники всегда злее, чем студенты. Я бы хотела, чтобы ты просто чувствовала себя в Принстоне как дома, потому что я успела влюбиться в наш кампус и университет. Только посмотри на этот коридор! – Брианна кивнула на заостренные сверху окна, сквозь которые виднелись кампус и велопарковка. – Средневековье прямо посреди двадцать первого века!

– Думаю, в него тяжело будет не влюбиться, – улыбнулась я, засмотревшись на каменные арки в неоготическом стиле.

– Это Файн-Холл, здесь располагается математический факультет, – сообщила Брианна, когда мы проходили мимо трехэтажного здания, увитого густой зеленью до крыши с часовой башней по центру. Я читала о нем прежде – Файн-Холл – самое высокое здание на территории основного кампуса. – По-моему, у тебя не будет там занятий. Разве что иногда могут проходить семинары в конференц-залах.

Брианна проводила меня до аудитории. Французский прошел успешно, преподавателем оказа лась чудесная женщина, родом из самого Парижа. У меня уже была база, я изучала этот язык пять лет перед поступлением. Мисс Кавелье раздала каждому тест, чтобы определить уровень владения языком и по результатам разбить на группы. Моей мисс Кавелье задала написать эссе о любой выдающейся личности, рожденной во Франции. Так прошло полтора часа. На перерыв я не выходила, сидела за столом и пыталась унять волнение. Никак не могла поверить в то, что я действительно нахожусь в Принстонском университете.

Продвигаясь к выходу из аудитории, я вдруг запаниковала, что заблужусь и не найду нужный корпус, но Брианна перехватила меня у кабинета прямо во время звонка. Кажется, она мне и шагу одной не даст ступить.

– Организационное собрание пройдет в актовом зале, там тебе расскажут кучу ненужной информации и дадут несколько наставлений. – Брианна открыла дверь зала, где уже толпилась уйма студентов, и распихала всех, чтобы успеть занять свободные стулья.

– Добрый день, новоиспеченные студенты! – Из-за кафедры к нам обратился очень милый старичок небольшого роста. – Рад приветствовать вас в стенах Принстонского университета! Хотелось бы поблагодарить старшекурсников, которые курируют вас, помогают заселиться, сориентироваться в кампусе. В университете есть все, что потребуется: и библиотека, и спортивные кружки, и творческие, кафе, парк – все для вас. Учебный план и распи сание занятий вы сможете взять на факультете, наш сайт также работает в автономном режиме. Если возникнут вопросы касаемо учебного процесса, то вы можете обратиться к любому сотруднику как преподавательского состава, так и административного. Цель нашего университета – раскрытие личности и потенциала каждого из вас. Повторюсь, более двухсот тематических клубов и тридцать пять спортивных секций в вашем распоряжении. Центр искусств Льюиса ежегодно готовит театральную постановку, участие в которой необязательно, но приветствуется. На прослушивание вам следует прийти в сам театр, скоро мы объявим произведение, которое будут ставить в этом году.

И последнее, но не менее важное, напоминаю вам о «Кодексе чести» нашего университета. Перед каждым письменным экзаменом вы должны будете составить «Клятву чести» и подписать ее. Подробности вам расскажут преподаватели.

На этом речь заканчиваю. Напоминаю футболистам и баскетболистам, что вы также должны пройти конкурсный отбор в команды.

И снова в груди пробудилось волнение перед будущим. Конечно, я уже изучила список клубов и секций университета, но так и не определилась, какие именно буду посещать. Лишь с литературным кружком вопросов не возникло. Театральная студия меня заинтересовала, но я боюсь сцены, а со своей врожденной неуклюжестью вообще страшусь зрителей. В школе я однажды участвовала в театраль ной постановке, но успехом она не увенчалась – в какой-то момент я запуталась в занавесе, и, когда он начал подниматься, меня оторвало от сцены на два фута[5].

– Офелия, в следующий понедельник сходим на пробы. Спектакль обычно ставят зимой, после рождественских каникул. Советую принять участие в постановке, потому что за это в конце года преподаватели могут негласно повысить тебе балл по одному из предметов. – Подробно расписала Брианна, пока мы шли к парковке, где ее должен был встретить Джош. – Ты уже выбрала кружок или секцию? Может, чирлидинг?

– Ты можешь представить меня с помпонами? – усмехнулась я, а Брианна смиренно кивнула. – Бри, а у вас есть бокс? Секция по боксу? Насчет постановки я подумаю. Вряд ли пройду пробы.

– Слушай, Лия, мне стоит позвонить твоей маме? – спросила обескураженная Брианна.

– Поверь, она знает о моей любви к боксу, – хохотнула я. – В Филадельфии я несколько лет посещала занятия.

– У нас есть спортивный клуб. Джош тебя отвезет, когда попросишь. Он там частый гость. – Бри открыла дверь внедорожника, ее бойфренд опустил окно.

– Слышал, ты напакостила Аштону Холлу. – Он протянул мне руку, чтобы я дала ему пять. – Об этом сегодня все трепались.

– Ты живешь в коммуне Аштона? – спросила я.

– Да. Вообще, Аштон неплохой парень, внутри коммуны он дружелюбен и всегда готов помочь мелким.

– Будь с Офелией осторожен, она, оказывается, боксер, – предупредила Джоша Брианна. Тот присвистнул. – Покажешь ей спортивный клуб?

– Конечно, только позже. Тебя подвезти?

– Нет, спасибо, я немного прогуляюсь, – поблагодарила я.

– До встречи! – Ребята помахали мне на прощание и выехали с парковки.

Я шла по улице, прикрывая лицо рукой от солнца, и наблюдала за первыми парящими в воздухе осенними листьями. Уже наступил сентябрь, но солнечные лучи оставались по-летнему жаркими. Я прокручивала в голове события сегодняшнего дня. Все же такое количество народа успело нанести удар моей асоциальной натуре. Я устала от шума голосов, взглядов, от быстрой речи и навязчивости Брианны, но старалась максимально расслабиться. Подозрительность и раздражительность у меня в крови, но Брианне хотелось верить. Ее не отталкивали моя резкость и хмурость. А меня уже не выводила из себя ее болтливость. Но, несмотря на зарождающуюся между нами взаимную симпатию, мне необходимо время наедине с собой, в тишине – социум высасывал из меня всю энергию.

В кафе стояла очередь из четырех человек. Я призадумалась о подработке в этой кофейне: я хорошо знаю маму – она, скорее всего, спустила все сбережения на мой переезд и машину, и дергать ее из-за карманных расходов мне не хотелось, но пока была не уверена, что смогу совмещать секцию, кружки, основную учебу и подработку, поэтому решила оставить эти мысли до октября, когда более-менее вольюсь в студенческую жизнь.

Наконец, парень в зеленой кепке спросил:

– Добрый день! Что будете заказывать?

– Айс-карамель-макиато со сливками и карамельным узором, пожалуйста, – отчеканила я и улыбнулась в предвкушении райского напитка.

– Ваше имя?

– Офелия.

Спустя еще пару минут бариста вручил мне прозрачный стакан со светло-коричневой жидкостью, за которую я могла продать душу. Я прочла имя на стаканчике: «Оливия». Что ж, почти. Не отрывая взгляда от смайликов, которые пририсовал бариста, я подошла к двери, взялась за ручку, но кто-то снаружи дернул ее, опередив меня.

Я полетела вперед, кофе уже давно выпрыгнул из пальцев, лед рассыпался по рукам и ногам, все содержимое стакана выплеснулось на кретина, который распахнул дверь. Я выругалась по-итальянски, а этот недоумок по-русски. Надо же быть такой неудачницей! Я подняла глаза. Нет, я была не просто неудачницей, а колоссальным лузером. Покрытый холодным кофе и кубиками льда, передо мной стоял Реймонд Беннет. Трудно было разгадать, что значило его суровое, нахмуренное выражение лица. Но наши взгляды встретились и задержались друг на друге дольше, чем того требовала ситуация. Казалось, своим взором он укротил мой пыл, ведь секунду назад я собиралась выдать поток бранных слов.

– Тебя не учили смотреть перед собой? – сказал он наконец, не изменившись в лице, но продолжая меня разглядывать.

– А тебя?! Или все в этом мире должны расступаться перед столь великим minchione?![6] – взъелась я, глядя прямо в его темные глаза.

– Если я и идиот, – выдал он, и я даже на мгновение опешила (конечно, я ведь в Принстоне, здесь каждый владеет парой иностранных языков!), – то ты натуральная хабалка! – завершил он тираду на русском.

– Кто?.. – скривилась я.

– Да что вы тут столпились! – В кофейню вошла Тиана и выглянула из-за спины Реймонда.

Рядом вдруг появился уборщик и принялся вытирать лужу под нашими ногами. Посетители брезгливо огибали его, а Тиана с каким-то нездоровым волнением осмотрела Реймонда.

– Этот садовый гном тебя облил?! – уточнила она, будто меня и не было рядом.

Тиана с силой дернула Рея за руку, но он сохранял неподвижность и смотрел на меня, словно ждал моей реакции. И если бы не спокойствие, исходившее от него волнами, я бы наверняка вспылила и воспользовалась апперкотом, чтобы заткнуть эту хамку. И его вместе с ней.

– Stupide pecore[7], – выругалась я по-итальянски, как делала постоянно с тех пор, как поднабралась словечек в папиной мастерской. – Baciami il culo![8]