Хелен Тодд – Сумрачный город (страница 35)
На этот раз обошлось.
Жжения не было. Хотелось пошевелить пальцами – не удалось. Тугая повязка мешала согнуть даже кисть. Смутные воспоминания о вчерашнем возвращались медленно, словно в кисель добавили воды, а та никак не становилась с ним одним целым. Такие ощущения бывают после сильных, очень сильных снотворных.
Аннетт резко распахнула глаза и с облегчением выдохнула. Она – в своей комнате. Никаких больничных палат, медицинского этажа в доме, все осталось далеко позади. А может, и нет. Может, сегодняшний поиск принесет что-то новое. Что-то более страшное, вязкое, поистине мрачное… Хотя куда хуже? После подвала со статуями вряд ли что-то сравнится с липким ледяным ужасом, навеянным тенями, от которых они с Николасом едва убежали.
– Ани? – спросил Тодор после стука.
Пару мгновений она пыталась что-то сказать, но во рту было так сухо, что не произнести ни слова. Открыла дверь магией.
– Выпей, после горячего станет лучше. С рукой скоро все будет в порядке, Хельга обещала, что шрамов не будет. Вечером можно снять.
Он протянул стакан зеленого чая с ароматом цитруса и едва уловимой сладости. Первые глотки дались с трудом, затем полегчало и захотелось есть.
– Анри предложил тебе гриль-тосты с ветчиной, сыром и помидорами. Эмма с утра купила булочки с корицей и бисквит с лимонным сиропом. Кажется, твои друзья решили устроить тебе небольшой отпуск.
Он многозначительно посмотрел на нее.
– Лучше прийти к ним, да? А как же поиск?
– Эмма на работе, у Анри сегодня отгул. Отдых поиску не помешает.
Не убедил – часы показывали полдень, значит, времени и без того было мало. Может, и вправду стоило поесть уже с Анри. Кто знает, какое место в Лавке им нужно. С Эммой вышло случайно, в розничный магазин трав источник перенес ее сам. Место встречи с Николасом было чистой воды догадкой…
– Просто соберись и позволь себе не волноваться. Источник покажет все ключи, мертвые так говорили, а они в отличие от живых держат слово. Им платят за исполнение. Кто-то кровью, кто-то жизнью, кто-то чем-нибудь еще.
– Мрачное напутствие. – Ани сказала это совсем тихо и сжала здоровой ладонью прохладную руку отца.
– Зато без сказочных обещаний.
Он вышел. Оставил ее одну, но положил на постели кулон с тонкой, едва заметной цепочкой и небольшим неограненным гранатом – талисман. Вопреки всем его убеждениям, что через оберег посторонние могут прочесть замысел его владельца.
«Прячьте свои амулеты: они говорят о вас больше, чем вы думаете». Аннетт навсегда запомнила эти его слова. Но теперь поняла, что именно они значили: показывать стоит только те слабости, которые готов открыть другим, зная, что их обязательно прочитают.
С этими мыслями она надела украшение поверх черной водолазки. Теперь гранат сиял в холодных лучах осеннего солнца. Ее ждал новый, неумолимо долгий день поиска ключа. И на этот раз внутри поселилось непривычное спокойствие, словно небольшой камушек и вправду мог ее защитить.
Или все дело в дарителе?
В эмоциях?
В том, что их отношения с Николасом изменились? Прошлое и вправду осталось позади… Она боялась за него, боялась, что Зазеркальный мир сломает его. Видела страх и не могла оставаться безразличной, и именно поэтому все вышло из-под контроля.
Аннетт позволила чувствам и Николасу вести ее.
Что бы у них ни было в прошлом, сейчас он близкий друг. И эти взаимоотношения раскрывали их куда больше прежних. Осталось найти золотую середину между участием и помощью.
Горячие тосты закончились. Большую часть съел Анри, а сейчас отрывал тесто от булочки с корицей и бросал себе в рот.
Он повзрослел. Лицо стало чуть шире, мужественнее, а старые, потертые футболки сидели слишком плотно и облегали широкую грудь и рельеф мышц. Он даже волосы постриг чуть иначе: у висков – коротко, а вместо длинных прядей на макушке – ежик.
– Пойдем? – едва дожевав, спросил Анри. – Тодор, конечно, сказал, что тебе нужно отдыхать и посидеть подольше… А ты так нервно посматриваешь на часы, что мне уже не по себе.
– Почти обед… Хорошо, если управимся к ночи, стоит поторопиться.
– Ага, в гроб всегда успеем. Но ты хоть поела. Правда, я пока нес подставку с твоим десертом, уронил ее, и, короче, вся еда была в стекле, выбросил. А посуда магией не склеилась, черт пойми, что с ней. Надеюсь, Эмма не сильно расстроится.
– На удачу!
Ани неуклюже – мешала повязка на руке – накинула на лонгслив бордовый пиджак и направилась к выходу из квартирки. Только так ее и можно было назвать. В крошечном пространстве едва помещалась кухня буквой П. В ее правой части располагались барная стойка и два стула, за которыми Аннетт с Анри только что ели. Жилая комната была чуть больше, в ней поместились раскладной диван, рабочий стол и встроенный в стену шкаф. Наверняка именно он и служил стеной между спальней и кухней.
– Слушай, не спеши, подъезд у нас странный, я бы не советовал одной гулять. Ты видела, как темно между лестничной клеткой и жильем? Наш мост еще неплохо освещен, а остальные тонут во мраке.
Судя по всему, Анри и вправду верил в байки о некогда волшебном доме иллюзиониста. Неспроста здесь такой чудаковатый дизайн – от лестницы тянулись мосты к дверям.
– Я бы переместилась…
– Нет-нет, на квартире магическая защита, я старался. А в подъезде не выйдет переместиться, вышвырнет к чертовой матери! Дом же – часть Лавки Зодчего. И, кажется, старше, чем Тодор.
Анри достал из кармана ветровки сигареты, вынул одну и покрутил между пальцами. Всегда приговаривал: «Так фильтр мягче».
– Я после снотворного, не кури при мне, – попросила Аннетт.
Пара глотков воздуха с едким дымом – и ее сведет судорога. Все дело в редких травах, которые она принимала, чтобы зажил магический ожог на руке, ведь большинство обычных не срабатывали из-за привыкания.
– Ладно…
Он смял сигарету, положил в карман и стряхнул с пальцев табак. Злился. В этом был весь Анри. И в целом род Брэйденов не славился терпеливостью. Вспыльчивые, себе на уме… Как Эмме удавалось его тормозить, никому не известно. Может, это и есть чувства?…
– Выходи первый, раз на то пошло.
За все время решения их общей проблемы с зеркальными знаками Ани и Анри почти не говорили: случайные диалоги, общение по делу… Но чтобы дружба – нет. Взаимопомощь – да.
Впервые они оказались наедине, и оба думали о своем.
В подъезде хотелось дышать в полную силу и насладиться ароматом выпечки. Удивительно, как в столь мрачное место небольшая пекарня привносила уют и что-то особенное, неуловимо близкое и создающее ощущение защищенности.
– Так вкусно пахнет…
– Вкусно? Здесь не бывает запахов. Только в квартире и на улице, – обеспокоенно сказал Анри и наконец смог закрыть дверь.
Он спрятал ключ в карман джинсов и хмуро посмотрел на Аннетт, как если бы она заболела и не сдержала обещание пить лекарства.
– Хотя, может, ты и вправду видишь больше. Или нет?
– Пока нет, – с досадой произнесла Ани.
Она даже представления не имела, куда двигаться.
– Пойдем, я угощу тебя чем-нибудь сладким из пекарни, раз уж десерт Эммы уронил.
– Хорошо.
– Идем, горе-союзница. Тодор совсем тебя замотал.
– Сама виновата, – оправдалась Аннетт. – Нарушила правило не касаться ключа, и вот… магический ожог.
– Ни черта себе! – Анри аж присвистнул. – Вот это тебя быстро на ноги поставили! Там же темная магия, сгустки, уничтожающие твою собственную. И шрам. Говорят, адски жжет!
– У Тодора хватает опыта. И мази есть, следов не останется, я надеюсь. Странно было бы ходить всю оставшуюся жизнь с символом S на ладони…
– И Ник не уследил…
Анри явно его осуждал. Упрямый, он считал, что инициатива и защита всегда лежат на плечах того, кто сильнее. И никогда не задумывался: Аннетт могла противостоять Тодору, что говорить о потерявшем почти всю свою магию в Зазеркальном мире ведьмаке.
– Он и не обязан.
– Мы все обязаны. Ты не оставила бы мне возможности сдохнуть, даже если бы пострадала сама. Мы связаны. И ты, собственно, это и сделала. Помогла Эмме, вытянула этим меня. Дала шанс Николасу, не отвернулась, не уничтожила, приняла, но поставила границы. Алан всегда на твоей стороне, и даже Джин-Рут тебе доверяет.
– А ты? – спросила Аннетт и замерла на одном из этажей. Вдали показалось свечение золотистой нити.
– И я. Ты не раз помогала мне, и наша немногословная дружба стоит больше идиотских обещаний. Ани?
– Пойдем, нам, кажется, сюда.
Она, не задумываясь, ступила на мост без перил. С обеих сторон – темнота. Иногда в ней появлялись крошечные зачарованные светильники и тут же исчезали. На чем держался этот мост, неясно, но у того, что выше, виднелись арки. Четкое начало и рассеявшиеся опоры. Объяснить можно было разве что магией, но чего стоило поддерживать ее постоянно?
– Да, наша немногословная дружба стоит больше.
Аннетт запоздало, но ответила на его искренность и спрыгнула вниз – туда, где, по идее, должны быть небольшой холл и несколько дверей в квартиры, как на этаже у Анри с Эммой.