Хелен Тодд – Скоро рассвет (страница 43)

Алексей понимающе выслушал, поговорил, сказал пару советов, но в основном поддерживал, позволяя делать свои выводы. Он дал Даше твердую землю под ногами, понимание: ее не выгонят из дому из-за оценок, парня, ситуации с бывшей подругой. Ее ждут просто так, потому что важна, близка и любима.

Понимание спокойствия дома давало силы двигаться дальше и верить в мечты: об университете, поезде на море, о праздниках.

Мать исчезла из ее жизни. Испарилась, перестала писать гневные сообщения на почту (номер телефона Даша поменяла, не написать сообщения). Прекратились постоянные звонки и вопросы”Ну как дела?”. Ведь после их встречи на улице, когда рядом был Игорь, Ларису словно подменили. Она вспомнила о существовании Даши и всячески лезла в ее жизнь. Пока отец не прекратил это.

Он случайно увидел сообщение, когда помогал установить ученический Автокад, который нужно было активировать через ссылку по почте. После был короткий разговор с дочерью и долгий с ее матерью.

И теперь все стало на свои места. А Даша поняла, что их дом не разрушат сообщения, клевета, звонки и жалобы.

Леше удалось это сделать, несмотря на то, что он пропустил большую часть жизни своей дочери. Но он ее любил. Этого оказалось достаточно, чтобы найти подход к незнакомой, но очень родной Даше. Ему хотелось сделать ее счастливой. Настолько, насколько он мог.

— Даша? Даша! Даша! Выключи, выключи плиту! Сгорят сырники! — отец кричал это с балкона.

Он спешил на работу и как раз снимал высохшую рубашку. Сегодня было много дел, ведь теперь, через знакомых, Алексея звали на сдачу ремонтов, чтобы он сделал свое заключение, указал на недостатки, прежде, чем проект будет закрыт. Зато хорошо платили.

— Все нормально!

Сырники не сгорели, лишь слегка подрумянились: на электрической плите готовка давалась легче. Даша любила этим заниматься и не спешила на пару: впереди еще полтора часа до начала.

— Карамелью пахнет, — задумчиво сказал отец, входя на кухню.

— Это сироп, для сырников. Пять минут делать, будет вкусно! Немного сахара, воды, чуть лимонного сока и ягоды. У нас в морозилке малина лежит.

Даша помешала лопаткой содержимое сотейника, после чего залила кипятком черный чай с бергамотом. Не добавляла сахар и так все сладкое. Ни к чему. Так чуть ярче будет ощущаться терпкость напитка и приятный вкус бергамота. Правда, на упаковке написано: масло бергамота. Но это ничего, наверное. Все равно вкусно.

— Ты до ночи сегодня?

— Да, буду к десяти, наверное, — задумчиво ответил отец. — Налей холодной воды в чай. Из фильтра.

Даша улыбнулась: нарушение правил. Мать всегда запрещала наливать в кипяченую воду некипяченую. Почему не ясно… но нельзя. А тут можно. От этого появлялось приятно ощущение секрета, чего-то важного, личного, дружественного.

— Готово. А у меня сегодня четыре пары, вместо трех. Зарубежную поставили…

— Да ничего, я тебе конспект написал ведь. Почерк не отличишь. Один в один.

Даша улыбнулась, поставила папе завтрак. Он действительно помог ей написать несколько книг и биографий на выходных, чтобы та успела доделать другие задания. До сих пор не верилось. Но это все реальность.

— Да, спасибо, выручил!

— Пустяки, мне мама в универе курсовую помогала писать, когда я ногу сломал и не мог ходить на консультации. На сдаче преподаватель не задал ни одного вопроса, так она его достала. — Он рассмеялся. — Делала настолько дотошно и правильно, что Игнат Васильевич готов был с закрытыми глазами пять поставить, либо бы она не приходила повторно.

Утро протекло настолько спокойно, что Даша забыла об Ире, Игоре, ситуации в колледже. Вчерашний откровенный разговор очень помог: все стало яснее, а с советами проще. Все равно что сложности впереди, помощь и поддержка были уже сейчас. И решение сделать так, как сказал отец, тоже. Сегодня вечером она позвонит Андрею и предложит встретиться. Потом Саше, Рите. А Игорь… пока лучше не трогать. Важно вернуть отношение друзей, знать, что компания не распалась и все вернулось на свои места. Тогда вместе что-то придумают. Или, в конце концов, останутся знакомыми.

Теперь эта мысль не пугала. Да, больно… больно…

Тут Дашиного энтузиазма не хватило. Волнения нахлынули, напоминая о ноющих чувствах, не желающих уходить из ее сердца.

Она не сможет. Игорь для нее не знакомый, не друг. Их отношения перешли обе черты и теперь ничего не вернуть.

Пока думала, подошла к колледжу. Осталось перебежать дорогу, но первой это сделала Ира. Она поправила свое облегающее спортивное платье и сняла с плеч разноцветный рюкзак.

— Даш, слушай, ну… недомолвка вышла. С Сашей. Я тут… перебесилась, подумала, может ну это все? Забыли?

Ира достала из кармашка дешевые сигареты, которые в здравом уме не купила. Что-то случилось и, судя по красным глазам, не очень хорошее.

Даша из жалости промолчала. Пусть говорит. Послушать не сложно, а вот общения… не будет, больше нет. Хватит.

— Да и с матерью, я все поняла! Теперь я как ты! Под контролем! Моя как узнала оценки и… короче, забрала карманные, вон на проезд и булочку дала. Но я сигарет купила. Что мне та булочка даст? С утра быстренько бутеров сделала. Ну пока холодильник забит продуктами, а то скоро и этого не будет. Типо сама должна крутиться на свою стипендию и меньше права качать. Совсем как твоя стала! Учись, будь приличной… и сказала, что упустила меня баловством. А какое баловство? Мы уже как месяц в торговые центры не ездим, она все к отчиму в больницу ездит.

— А что с ним? — Даша обеспокоенно спросила. Не умела быть безразличной.

— Да ничего такого, гланды вырезали, а потом еще что-то прихватило, я не спрашивала. Ну типо он днем там, а ночью у нас. Иногда и ночью там. Какие-то капельницы. Курс, во!

Даша только глаза округлила, слушая этот набор слов. Чего-то стало так жалко маму Иры. У нее любимый человек болеет, нужна забота, помощь… какие торговые центры? Вон ей вчера… ничего не нужно было, лишь бы отец просто рядом посидел, послушал.

— Ну, короче, даже фильмы отказывается смотреть и еду не готовит. Так, судочки эти в больничку сделает и все. А мне чем питаться?

— Так приготовь… — не выдержала, сказала.

— Готовить? Ну она весь день дома! На работу не ходит, уволилась. Ну в больнице бывает, так не все время, а я учусь. Когда мне?

— Некогда, наверное. Ну ничего, гувернантку найдут тебе, будет ухаживать, — съязвила Даша.

— Ты чего, совсем что ли? Я тебя не узнаю! — Ира враз собралась, поджала губы, ожидая ответа.

— Да ты и не знала меня. Так, девочка “не очень”, чтобы рядом быть красивее и лучше. Да и знакомых много, поможет подцепить кого-то интересного. Ну как Сашку, например.

— Сашка твой! Подсунула мне тряпку какую-то, — фыркнула Ира. — Пальчиком помани и он придет обратно!

— Ну да, конечно, поэтому он тебя заблокировал.

— Он никакой! Я думала, что старшекурсник, опытный, сильный прям. Развлечь можно, классно гулять. А он домосед и шутки свои клеит в любом разговоре, улыбка до ушей, а толку? Лучше бы в ресторан пошли!

— Какой ресторан? Он студент… не на родительские же деньги!

— Ну оно и видно, что ты нищих каких-то выбираешь. Никуда тебя не водили и не поведут! Он тебя бросил, бросил по одному несчастному сообщению!

Ира сделала пару затяжек, в то время, как Даша пыталась ровно дышать и хмурилась, не зная какие слова подобрать. Ситуация выбила ее из колеи, но сдаваться точно не хотелось.

— Сообщение, вконтакте и все, крутой парень тебя оставил, — Ира сказала медленно, намекая на абсурдность ситуации.

— Не оставил!

— Да ладно, а то ты вся несчастная просто так ходишь!

— Ты ничего обо мне не знаешь. Ты даже не спрашивала как мои дела и все ли в порядке. А просто наслаждалась тем, что мне плохо. Классная дружба. Просто отличная! Желаю тебе удачи, — спокойно ответила Даша. — Особенно с группой. Я-то тебе помогать не буду. Ни с ребятами, ни с Сашей, ни с кем-либо другим. Добро пожаловать в клуб нищих. Учишь жить на пятерку. Полюбишь и булочки, и готовить, и работу найдешь. Нам не о чем больше говорить.

Чтобы Ира не успела ничего сказать. Даша чуть оттолкнула ее плечом и перебежала дорогу.

— Что, подружились? — Ян поймал ее за руку у входа.

— Послали друг друга подальше! — со вздохом ответила Даша. — И, Ян, пожалуйста, не нужно меня так часто касаться.

Не знала почему сказала это сейчас и так сразу. Наверное, стоило мягче и намеками. А сейчас уже поздно забирать слова обратно.

— Я понял, понял, симпатия не взаимна.

— Ты хороший парень…

— Как друг, — дополнил Ян. — Не парься. Это нормально, я, правда, понимаю. Сказала как есть — спасибо. Лучше сейчас, пока все несерьезно.

Он широко улыбнулся. Считал, что лучше правда. Да и ничего страшного, просто Дашка явно занята. Что ожидаемо.

— Извини, правда, как-то неловко… — Даша опустила голову.

— Неловко Ире будет на парах, когда ни списать, ни подсказок, ни общения. Пусть расхлебывает.

— И то верно…

Стало легче. Точка с Яном была поставлена и все вопросы с Ирой закрыты. Минус две проблемы. Минус две причины из-за которых страшно было приходить на пары.

Теперь все стало на свои места.

Глава 6. Сообщения

В группе Ире объявили бойкот. С ней никто не здоровался, не говорил, не отвечал на вопросы. Делали вид словно ее не существует.

Даша, сидя за партой с Яном, чувствовала себя виноватой. Только эта вина — жалость.