Хелен Тодд – Скоро рассвет (страница 42)

— Готова выслушать все? — Рита мягко уточнила, стараясь не вываливать все и сразу.

— Нет, но должна, — выдавила Даша. Хотя бы честно.

— Я буду рада, если мы поговорим. Давай на вокзал? Какао в маке и поговорим. Там, я обещаю, не будет никого, кроме тебя и меня.

Она не была навязчивой, умело лавировала в разговоре и всегда находила как произнести нужное, необходимое. Ей единственной было доступно то, что происходит с Игорем за границей его привычного поведения. Знала, понимала и поддерживала. Они были друзьями. Как Даша и Андрей. Друзьями детства.

— Пойдем.

Поездка прошла молча. Шумный вагон, покачивание, грохот и объявления станций. Уже привычно.

Даше было холодно. Вымотанная, опустошенная. Она никак не могла прийти в себя после сказанного. Купила Какао и под пристальным взглядом Риты села за столик в самом углу Макдональдса.

— Я коротко. Прости, увидела тебя на платформе совершенно случайно. Не успела выйти и вернулась, надеясь, что ты не ушла. Дашка, так нельзя. Мы не он. Мы твои друзья и исчезать совсем… не стоило. Нам не безразлично. Мне, Андрею, Сашке.

Рита словно специально не произносила “Игорь”. И за это хотелось сказать спасибо. Так предстоящий разговор не казался чем-то необратимым и болезненным. Просто выслушать. Выслушать и уйти. Чтобы не расплакаться.

Рита немного помолчала: подбирала слова. А после рассказала о сообщении Иры, о том, как Игорь не вовремя пришел в колледж, увидел как Андрей обнимает ее и решил уступить.

— Вы дураки! — Не выдержала, вспылила. — Оба исчезли, пропали, старались друг другу на глаза не попадаться. У вас много общего.

— Нет, — слабо ответила Даша.

— Да, но я не лезу. Это ваши отношения, вам решать как лучше. Мое дело сказать правду, чтобы в твоей голове не возникало мыслей, что он специально тебя бросил. Не бросал.

— Он исчез…

— Но и ты исчезла! Взяла и оборвала все контакты, телефон выключила. Номер сменила. Отношения это же о двух людях, оба могут позвонить и поговорить.

Хотелось провалиться сквозь землю. Еще и виновата… Сейчас от аккуратности Риты не осталось и следа. Каждое предложение резало по-живому. Даша сама все упустила.

— Не делай так больше, не пугай нас. Ладно? Я волнуюсь, Андрей себе места не находит. К отцу твоему заходил, а тот сказал, мол, не трогай, дай время.

— Заходил? — Даша удивленно переспорила.

— Ну да! И я бы зашла, но я только пару дней назад вернулась. Эх, Дашка… связало же тебя с этой Ирой!

Рита зло сжала салфетку, но дальше говорить не стала. А от ее взгляда у Даши прошел холодок по спине.

— Прости, — единственное, что получилось произнести.

— Я не злюсь. Мы друзья, я понимаю.

Рита пересела к ней на диванчик, обняла. От нее пахло приятным весенним парфюмом.

— Что мне делать?

После разговора Даша осталась в полной растерянности. Мир перевернулся. И теперь в сознании поселилась надежда. Вспыхнула, словно небольшой огонек, обещающий разгореться в костер. А Рита подкинула в него охапку сухих прутьев.

— Не исчезать от друзей. А остальное… потом придумаем. Если захочешь.

Подруга не настаивала на общении с Игорем, не просила встретиться и не давила. Теперь было горько и сладко. Хотелось дышать, дышать, дышать и знать, что она нормальная — в ней нет проблемы.

Все случившееся — стечение обстоятельств.

И зависти.

Даша слабо улыбнулась, прощаясь с Ритой. Поблагодарила ее, дала обещание вернуться на привычную страницу и зайти в асю: так будет легче пересидеть пару по истории. Вот только сейчас большая перемена.

— Дана! — ее окликнул Ян. — Дана, подойди сюда, а?

Он стоял возле камня с башней от танка, памятника Великой Отечественной войны, который находился возле будущего корпуса для дизайнеров и архитекторов. Рядом был Никита, заместитель старосты. Веселый и разговорчивый парень, с которым Даша иногда сидела на украинской литературе.

— Ты где пропала?

— Прогуливала, — честно ответила Даша.

Ее пугал тон, которым говорил Ян. А Никита стоял, сжимая кулаки так, что побелели костяшки.

— Короче, Ира твоя, — он процедил это имя.

— Не моя, я с ней не общаюсь, забыл? — Даше стало обидно, что ее связывают с… Ирой.

— Да, прости, погорячился. Ира эта, — Ян выругался. — Проверку нагнала. Не сдать нам нормально химию в этом году. Пошла пожаловалась в деканат, мол, все списали, а ей поставили пять, хотя соседу у которого ровно то же, типо десять. Ну Никите, в смысле. Он впереди сидел, тот же вариант делал, а она перекатала.

— Там скандал начался. Она вся в слезах, бедная, несчастная, препод ее травит. А он же дал нам пять минут свободы, чтобы мы не провалили органику эту! — Никита покраснел от злости. — А мне, да всем, оценки анулировали. На следующий раз будет сидеть комиссия, следить за контрольной. И второго препода проверить работы взяли. С другого потока.

— Реально? — Даша аж стакан с какао уронила, но Ян поймал, вернул.

— Держи, пей. Пока нас всех не отчислили! — Он чуть сжал ее пальцы, но мягко, с заботой.

— Нашел что сказать, никого не отчислят. Просто препод больше не будет на встречу идти, завалит всех своей химией, соединениями этими.

— Скорее всего. Но точно всю группу домой не отправят. Из-за жалобы Иры так точно. Кто тут виноват? Даже если работы проверят, то там все ок. Я зуб даю она могла не так как нужно списать, — Ян чуть остыл, говорил спокойнее.

— Ага, блин, хорошо, что зарубежки нет, перенесли на завтра, сегодня там какое-то срочное совещание. Завтра нам просто пару добавят. У нас же нет четвертой.

— Четыре пары? В пятницу? — Даша расстроенно вздохнула.

Все шло под откос. Химию она знала хорошо, лучше физики, но ей важна была стипендия. И как знать поставят нормальную оценку или реально всех завалят на тройки. За переживаниями о зачетке мысли об Ире вылетели из головы.

— Ладно, хорошо, что увиделись, не придешь под закрытый кабинет.

— Спасибо, ребят. — Даше было неловко, что она вот так пришла под самый конец.

— Да ладно, только Ира теперь не с нами в группе, — деловым тоном заявил Никита. — Ты как, за нас или за нее?

— Мы ее игнорируем, — пояснил Ян.

— Я тоже. Уже два месяца, вроде.

— Отлично, обошлось без потерь ценных кадров! Ты мне завтра геометрию дашь списать? — Никита аж расцвел.

— Спишешь, я тебе фотки скину вконтакте вечером.

— Окей, может, тебе биологию дать?

— И лекции по географии, я же пропустила.

— По рукам!

Никита, правда, касаться ее не стал, видя взгляд Яна.

— Ну ладно, я тогда пойду, мне лучше сесть за домашку, пока я не съехала с троек в двойки.

— Нормально все будет, все свои. Вон Никита едва добрал проходной бал в прошлом семестре, а сейчас молодцом идет.

Ян похлопал ее по плечу, поцеловал в щеку. Слишком долго, чувственно, мягко. Как-то не так, как обычно. И Даша резко отступила, испугавшись своих ощущений. Ей не нравится. Не должно нравится, хотя все было наоборот, но это приятные касания — не более.

— Ладно, я понял, до завтра!

Ян вытянул у Никиты линейку из сумки и побежал в сторону метро, крича что-то о том, что кто последний попадет в вагон, тот завтра идет к куратору. Никита долго ждать не стал, поднял руку в знак прощания и поспешил догонять.

Руководителя группы недолюбливали. Было за что. Жанна Юрьевна была совсем молодой, кажется, после университета пришла работать. Никогда ничего не знала, ни о чем не предупреждала. Даже семестровые оценки, вместо нее, в личные табели записывал Ян. Основные новости получали у заведующей отделением и по преподавателям. А руководителя словно не существовало. Зато в пятнице не было кураторского часа, поэтому всегда стояло три пары. Вот только теперь туда впихнули зарубежную литературу.

По дороге домой Даша была сама не своя: она ничего не чувствовала. Ничего. Эмоции исчезли, вместо них осталась усталость и желание лечь спать. Словно сон мог что-то исправить.

Вечер четверга прошел… странно. Даша пришла домой и вместо стандартного ответа “Все в порядке” высказала все свои тревоги, волнения, поделилась ситуацией с Игорем, рассказала об Ире и просто расплакалась.