Хелен Шойерер – Убийство Принца Теней (страница 52)

— Волновалась за Гуса? — спросила Адриенна.

Плечи Дрю опустились.

— Волновалась за все.

Ее подруга кивнула.

— Мне знакомо это чувство.

— Как ты думаешь, Адри, мы правильно поступаем? Идем туда? Искать их? — Дрю и не подозревала, что ее это волнует, пока это не сорвалось с ее языка.

— Давно пора… Эти чудовища слишком долго скрывали себя, прячась в тени. Теперь, — сказала она, взглянув на Талемира, — у нас, возможно, есть шанс противостоять им.

— Надеюсь, ты права.

— Дрю, я бы не привела сюда наши силы, если бы не считал, что у нас есть надежда. Ты же знаешь.

Дрю сглотнула комок в горле. Она действительно это знала. Усилием воли она заставила себя усмехнуться.

— Слышала, ты вершила наарвианское правосудие над Колтаном?

Адриенна лукаво ухмыльнулась в ответ.

— Я не могла допустить, чтобы он говорил гадости о моей правой руке.

— Наконец-то.

— Он ушел, — сказала ей Адриенна. — Я отправила его с несколькими бедолагами, попавшими в плен. Сказала ему, что если в нем осталась хоть капля порядочности, он сопроводит их в целости и сохранности туда, куда им нужно.

— Хорошо.

Адриенна отвесила ей шуточный поклон, сидя в седле.

— К вашим услугам, Леди Эммерсон. Ну что, теперь ты расскажешь мне все подробности прошлой ночи?

Дрю фыркнула.

— И давно ты ждешь этого вопроса?

— С самого рассвета.

— Я…

— Не отрицай. Мы с Уайлдером слышали вас.

— Что?

Адриенна рассмеялась.

— Не волнуйтесь, это были только мы. Мы искали уединения, но обнаружили, что крыша занята. Как хороший друг, я убралась оттуда и проследила, чтобы твой отец тоже был подальше от посторонних ушей.

Несмотря на прохладный воздух, щеки Дрю разгорелись.

— Боги, — пробормотала она.

— И что? — усмехнулась Адриенна.

— Если ты так жаждешь подробностей, почему бы тебе самой не рассказать о них?

Адриенна хихикнула.

— Ааа… Младший Боевой Меч… очень сильный. Лучший любовник из всех, что у меня были. Ненасытный почти… — Она заговорщицки улыбнулась Дрю. — Но мы договорились, что не подходим друг другу в более широком смысле.

— Нет? — услышала Дрю свой вопрос. — Откуда ты знаешь?

Адриенна пожала плечами, ничуть не обеспокоенная.

— Он через многое прошел, ему нужно многое исцелить. И когда он закончит со всем этим… — Она снова рассмеялась и покачала головой. — Чтобы сравниться с ним по силе, потребуется женщина, которая будет воином похлеще меня.

— Ты воин, Адри, — нахмурив брови, сказал Дрю.

— Но совсем другого рода.

— Но…

Адриенна отмахнулась от нее.

— Это не плохо, Дрю. Знать такие вещи и наслаждаться теми удовольствиями, которые предлагает тебе жизнь, — это очень полезно. — Она бросила на Дрю еще один знающий взгляд. — Кстати, о нем… Ты ведь не готова говорить о нем, верно?

Дрю снова посмотрела на Талемира. Его взгляд был устремлен вперед, а широкая фигура прямо сидела в седле, когда он ехал рядом с Уайлдером.

От его слов и действий предыдущей ночи у Дрю заныло в груди. Если она сосредоточится, то все еще сможет ощутить его касание на себе — не только на губах и коже, но и в душе. Многое между ними осталось недосказанным.

Она покачала головой.

— У меня было предчувствие. — Адриенна улыбнулась. — Я буду здесь, когда ты придешь. А пока, может быть, стоит поговорить с твоим обеспокоенным отцом? Он едет сзади.

Чувство вины кольнуло Дрю в самое нутро. Она не проведала Фендрана с момента окончания стычки.

— С ним все в порядке?

— Он в порядке, просто боится за свою единственную дочь. Ни для кого не секрет, где мы ездим, — сказала ей Адриенна. — Иди. — Она указала на заднюю часть роты. — Мне все равно нужно вернуть этих дураков в строй. Одна ночь в подпитии, и они забудут все, чему я их учила… — С этими словами она ускакала, выкрикивая приказы своим егерям, оставив Дрю на поиски отца.

Фендран действительно находился в хвосте группы, разговаривая с Баледором, но при виде дочери его глаза загорелись.

— Па, — поприветствовала она его, подгоняя свою кобылу к его лошади, а Баледор махнул ей рукой и замолчал.

— Дрю, — сказал Фендран, грустно улыбаясь. — Как ты?

— Достаточно хорошо. А ты?

— Достаточно хорошо.

Так было всегда, или так было всегда с того рокового дня в поместье. Они так и не научились делиться друг с другом своим горем, своими чувствами. Вместо этого они говорили о рейфах, оружии и войне. Но теперь стало ясно, что отца что-то мучает и что он хочет сказать ей больше, чем просто несколько слов.

— Что это? — спросила она.

Казалось, он тщательно обдумывает этот вопрос, а затем смотрит на нее, вглядываясь в ее лицо, пытаясь прочесть его.

Дрю была потрясена, осознав, каким старым он вдруг показался ей без отблесков кузнечного огня.

— Я знаю, что этот твой поиск длится каждый день с тех пор, как умерли твоя мать и твои братья… — тихо сказал он.

Дрю застыла в седле. Они никогда не говорили о них, никогда не произносили вслух их имен, а теперь ее отец по собственной воле затронул эту тему? Она была уверена, что он навсегда забьет свое горе в кузнице.

— Я знаю, что не сделал ничего, чтобы подавить твои представления о мести и справедливости. Совсем наоборот. — Он посмотрел на клинок у нее за спиной. — Но есть жизнь и за пределами этих чудовищ, Дрю… И я беспокоюсь… Я беспокоюсь, что ты позволишь их злу поглотить и тебя.

— Откуда все это?

— За те короткие мгновения, что прошли с тех пор, как я присоединился к этому походу, я увидел в тебе проблеск света… И пока мы едем к дому тьмы, я не хочу, чтобы он померк или погас.

— Па… — Горло Дрю сжалось.

— Хороший ли он человек, Дрю? — спросил Фендран. — Этот твой Боевой Меч?

Щеки Дрю вспыхнули, но вопрос отца остался, суровый и честный. Он ждал, и мгновение тянулось между ними.

— Да, — сказала она наконец. — Он хороший человек.