Хелен Шойерер – Убийство Принца Теней (страница 17)
— Я правильно расслышал? — раздался глубокий голос позади них. — Среди нас есть Боевой Меч, который читает любовные романы?
Талемир узнал в этом человеке Баледора, друга отца Дрю. Он добродушно рассмеялся и повернулся в седле, чтобы обратиться к старшему рейнджеру.
— Не стоит недооценивать навыки, которые можно почерпнуть из романтической книги. — Он приправил свои слова намеком. — И что бы я ни прочитал, я все равно могу убить вас всех во сне.
Компания разразилась хохотом, и на этом все закончилось.
Генерал, рейнджер и два Боевых Меча продолжали вести отряд по равнинам Наарвы, а Талемир продолжал ценить красоту ее дикой природы. В отсутствие структурированного общества королевство, некогда известное своими садами, теперь кишело нетронутой природой. Бросив взгляд на Дрю, Талемир решил, что так ему больше нравится. Она была похожа на него — яростная и безапелляционная в своих поступках. Ему хотелось бы быть таким же.
Словно в ответ, браслет на запястье Дрю зазвенел — настолько сильно, что он мог почувствовать это даже верхом на лошади. Ее внимание переключилось на него, как будто она думала, что он специально это делает. Ему захотелось забрать его у нее, изучить самому, узнать, как она его создала, эта таинственная рейнджер, дочь наарвийского кузнечного мастера… Чем она его напитала? И как? Ведь в наши дни магией владели только королевские семьи среднеземья. Она многого ему не сказала, в этом он был уверен. И она так оберегала эту вещь. Он не успел даже коснуться ее кончиками пальцев, но уже чувствовал… Чувствовал
Как бы отчаянно он ни хотел изучить ее сам, пока что он не хотел брать ее силой.
Полдень медленно угасал, и вскоре первая сторожевая башня оказалась в пределах их видимости. Но что-то было не так. Талемир чувствовал, как оно ползет по его коже; он ощущал в воздухе привкус затаившегося зла.
Он остановил своего жеребца и обнажил меч.
Мгновенно остальные тоже достали свое оружие.
— Черт, — пробормотала Дрю, указывая на своего ястреба, кружившего над башней в тревоге. Не говоря больше ни слова, она пустила лошадь в галоп по оставшимся равнинам. Талемир не стал раздумывать — он просто помчался за ней.
Он слышал, как Адриенна выкрикивает их имена на ветру, но не останавливался. Привкус тьмы только усиливался по мере приближения к сторожевой башне, разжигая в нем чудовище. Он подавил его, не обращая внимания, и, добравшись до сторожевого отряда, спрыгнул с коня.
Дрю действовала быстро, уже обыскивая все внутри, но у Талемира сжалась грудь от увиденного.
На камне виднелись черные ожоги, а на кирпиче — отчетливые следы когтей.
— Дрю? — воскликнул Талемир, входя в башню и готовясь к атаке. Внутри были опрокинуты столы и стулья, по полу разбросаны тарелки и кружки с пролитой медовухой. Под ногами хрустели осколки керамики.
Послышались шаги, и она появилась у подножия лестницы, охваченная паникой.
— Здесь никого нет, — прохрипела она, опираясь на стену. — Их забрали. Гуса забрали. — Ее лицо было опустошенным.
Снаружи загрохотал гром, да так громко, что земля задрожала под их сапогами.
Дрю бросилась к двери.
— Они вернулись…
Но Талемир схватил ее за руку, удерживая.
— Нет, не вернулись, — сказал он ей. — Я бы это почувствовал, — тихо добавил он. — Ты бы это почувствовала.
В зал ворвались остальные члены их группы.
— Где Гус? — спросила Адриенна, озираясь по сторонам. — Где он? С ним все в порядке?
— Его здесь нет, Адри, — сказала Дрю, позволяя подруге упасть на руки. — Он у рейфов.
С оглушительным грохотом на равнину за башней обрушился новый гром. Этому не было предела.
— Все внутрь! — приказал Талемир, его кожа покрылась мурашками. Десять рейнджеров и два Боевых Меча втиснулись в крошечную сторожевую башню, на которую только что напали теневые рейфы, а лошади были брошены на произвол судьбы… Все выглядело не лучшим образом.
Когда все укрылись, Талемир встал у входа в башню. Положив руки на рукояти клинков и напрягшись всем телом, он смотрел на темнеющий горизонт.
7. ДРЮ
Оставшись одна в самой высокой комнате, Дрю облокотилась на подоконник и зажмурила глаза, чтобы не видеть проплывающих перед глазами пятен. Ей потребовалась вся сила воли, чтобы удержаться и не рассыпаться на части.
Рейфы забрали Гуса и остальных.
Она представила лицо парня, и ее душа едва не раскололась. Что она сказала ему в последний раз? Он был под ногами в крепости, а она, расстроенная, читала какую-то лицемерную лекцию о ругательствах и правильном этикете для мальчиков.
На что он, совершенно невозмутимый, ответил:
—
Теперь мысль о том, что он в ловушке и в ужасе, что темнота сковывает его тело, была слишком невыносима. Это снова были ее братья. И ее мать. Людей, которых она любила, разделили на части когти теневых рейфов. Теснота в груди не желала ослабевать. Она лишь сильнее сжимала сердце.
Дрю прижалась лбом к холодному камню, глубоко вдыхая через нос, стараясь противостоять натиску горя и паники, которые грозили ей бессмысленно броситься в жестокий шторм, опустошавший ее родину внизу.
Но она была подготовлена к этому лучше.
И вот Дрю отбросила ужас перед своей юной подопечной и утешилась тем, что у нее за спиной лежит новый клинок, способный рассекать чудовищ. По крайней мере, он у нее был. Она проклинала бушующую снаружи бурю, зная, что она смоет любые следы Гуса, любые следы, по которым она могла бы пойти. Это была ее первая мысль. Вторая — о полурейфе среди них. Талемир Старлинг был ее единственным шансом найти Гуса и логово.
— Я не должна была посылать его сюда. — Голос Адриенны прорвался сквозь хаос, царивший в голове Дрю, и вернул ее в настоящее.
— Ты не виновата, — сказала ей Дрю, хотя и понимала, что на лице ее подруги написано страдание. — Мы не могли вечно держать его в крепости.
— Возможно, не навсегда, но ненадолго, — возразила Адриенна, проследив за взглядом Дрю, устремленным на равнину, где завывающие ветры разрывали скудные остатки жизни Наарвы.
— По крайней мере, Дратос с ним. Он будет держать его в безопасности, пока мы не найдем их.
Адриенна неохотно кивнула.
— Каким бы непредсказуемым он ни был, он любит этого ребенка.
— Они семья. Он не позволит, чтобы с Гусом что-то случилось. Последние Кастемонты будут держаться вместе, — сказала Дрю, не зная, в свою ли пользу или в пользу Адриенны.
— Мы все держимся вместе, — ответила подруга, глядя на меч у себя за спиной. — Я так понимаю, это не обычный подарок от твоего отца?
— Мой отец не делает обычных клинков.
Адриенна кивнула.
— Хорошо. Он нам понадобится.
— Тебя не беспокоит, что я зашла еще дальше, нарушив законы среднеземья?
Адриенна покачала головой.
— Мы выжившие, Дрю. Уже давно. Неужели они ожидали, что мы, женщины, будем сидеть сложа руки? Оставим нашу защиту в руках других? Будь то обычная или наарвийская сталь, когда речь идет о жизни и смерти, сталь есть сталь, и мы будем использовать ее по мере необходимости. Глупый закон, созданный глупым мужчиной на далекой территории, не имеет никакого значения в падшем королевстве. Здесь нет правил.
Истина ее слов запечатлелась в сердце Дрю. Она была права. Законам и прорицаниям четырнадцатилетней давности не было места в Наарве. Тот факт, что сами Боевые Мечи лишь вскользь упомянули о своем оружии, подтверждал это.
— Итак, какова стратегия? — спросила она.
Адриенна потерла глаза, словно надеясь проснуться от кошмара.
— Переждать бурю. Найти Гуса.
— Надежный план атаки.
— Отлично, потому что он единственный, который у меня есть.
Некоторое время обе женщины молча наблюдали за молниями и громом, после чего Адриенна повернулась ко Дрю.
— Мне лучше присоединиться к остальным. Когда генерал исчезает, это не очень хорошо для морального духа.
Дрю кивнула, но вместо того, чтобы вернуться к группе, обнажила меч. Она обшарила башню в поисках улик, находя повсюду выброшенное оружие, пятна крови и эти проклятые следы от когтей и ожогов. В воздухе витал едкий запах жженой шерсти, характерный для этих чудовищ.