Хелен Кир – Забирай мое сердце (страница 9)
На последнем этапе, вытягиваемся в полный рост и не отпускаем рук. Лене надо перевернуться вверх ногами. Тяжело ей, не особо получается. Заваливается. И вращения не такие быстрые. В принципе, это решаемо. С ее координацией побольше упорных занятий и возможно повезет. А пока я увидел, что нужно. Надо приземляться. Делаю ей знак рукой и перемещаюсь в сторону.
У меня есть короткий промежуток времени кайфануть. Где там мои крылья за спиной? Давай доставать. И я достаю. Все, что могу в себя помещаю от полета. Мне все это нужно, чтобы просто тупо дожить до следующего прыжка. Внутри меня горит огонь, невозможно яркий и беспощадный. Огонь в виде вихревого потока воздуха. И это еще страшнее. Я хуже запойного алкаша, хуже конченого наркоши, я экстремал. И неизвестно, что из этих определений хуже.
Когда ноги касаются земли, то меня не только приземляет физически, но и морально немного подбивает. Но в целом норм, можно держаться. Оглядываюсь по сторонам. Вижу. С Романовой все хорошо. Только вот нервно сматывает парашют и неласково разговаривает с Женькой. Что там у них? Но вместо того, чтобы пойти и разобраться что случилось, черт знает сколько времени провожу еще на поле. Мотаюсь туда-сюда, все дела нахожу. Хотя какие тут дела? Хз! Но у меня видимо есть, если остаюсь на этом месте еще на полчаса.
На территории машины Мирона уже нет, а тачка Лены стоит. Странно. Аккуратно складываю свои вещи и замираю, пялю в небеса.
— Я не буду с вами тренироваться. — звенит сбоку голос Романовой.
Пришла. По ноткам раздражения бьет все рекорды. Ясно. Истерит.
— Почему? — ровно спрашиваю.
— По хрену! — ого, аж оборачиваюсь — У меня не получается!
Злая, бесячья, сжала кулачки свои и дрыгает ногой от бессильной ярости. И тут меня херачит по всем фронтам. Романова светит мне в другом формате. Впервые вижу ее не Щепкой, не малолеткой, а интересной девушкой. Может она просто так одета красиво, не знаю. Хотя что там красивого? Какие-то шаровары-афгани и короткий топ, который выглядывает из-под кожаной куртки. А ей идет, кстати.
— Все получится. — добавляю человечности. Правда, не хочу, чтоб свалила. Она не так безнадежна. Ну в моем понимании, естественно.
— Нет! — взвинченно взвизгивает и пытается реветь.
И вот тут я делаю раньше, чем успеваю осмыслить. Хватаю за руку и прижимаю к себе. И обнимаю. Лена замирает в моих руках, а я в это время опускаю свое лицо в ее волосы. Блядь, нежно-то так с ней. Именно нежно, а никак иначе. Руки держу между лопатками и талией, не опускаю ниже. Ну это вроде, как по-братски, ничего личного.
— Лена, — поднимает блестящие от непролитых слез глаза — все получится, обещаю.
— Научишь? — смотрит пристально, внимательно, изучает мои реакции — Я не красивая, да?
Это что за вопрос? Зачем это? Для чего?
И тут я совершаю еще один промах. Обхватываю ее лицо руками и нежно касаюсь ее губ, немного захватываю их и тут же отпускаю. Хотела знать? Вот…ответ…Потом бросаю резко руки, отшатываюсь и быстро ухожу.
9
Шахов меня поцеловал. Он зачем это сделал?
Сижу в скверике перед универом. Спряталась ото всех. Не хочу никого видеть. Даже от девчонок смоталась. Еле высидела сегодня на занятиях, ничего в голову не лезет. Только одно гоняю и гоняю. Думаю и думаю. Его губы коснулись моих. Моих! Я ему нравлюсь? Или нет? Не уверена ни в чем! Но для чего-то он это сделал же!
Зачем? Ну зачем? И так резко отдалился потом. Только и могла, что ошеломленно пялиться ему в спину.
Все, о чем предостерегала Анька летит к чертям. Шахов мне нравится. Очень. Как быть? Как же мне быть?
Перебираю в памяти те немногие события, которые связаны с Ником. Первая встреча, тренировка, машина, бассейн и вот это, последнее — поцелуй. Пусть короткий, немного смазанный, я не профессионал в этом деле, но одно могу сказать, что эта безешка оставила огромный след в моей душе. Хотя и не было полноценного обмена слюнями, но хватило и такого контакта, чтобы просто поплыть.
Он не такой, как все. Другой. Неземной, что ли. Оторванный от реальности, холодный для всех. Только в компании своих друзей может искренне смеяться, я знаю, видела. Только с ними и все! И он тянет к себе, даже если не хочешь, все равно думаешь. Никита словно вампир, который однажды укусил, и жертва ждет его вновь и вновь. Несмотря на его индифферентность, примагничивает к себе, заманивает своей тайной отрешенностью.
Залезаю в его профиль в соцсеть. Листаю фотки. Все, что есть, связано с фрифлаем. Статус «Ничего, кроме неба» горит яркой строкой. На некоторый кадрах Шахов заразительно улыбается. И вот тут он настоящий, наверное. Боже мой, сколько у него подписчиков девушек, просто кошмар! Лайков не вышепчешь! А что ему пишут, это только под наркозом читать можно. Ни стыда, ни совести у людей. Меня этот факт невозможно возмущает, а еще больше вводит в раздражение то, что Шахов всем рассылает сердца в ответ.
И вдруг вылетает новая публикация. Да это же мы с ним. Миронов, наверное, отдал уже ему видос и Никита сделал стоп-кадр. Ну да, фотка же, вот она. Появившаяся надпись вводит в легкий тремор.
Все-таки, он не так плохо думает обо мне. Я все же могу, у меня получится. Ник научит, заполнит все мои пробелы. Судорожно отматываю ленту назад, а там ни одной девушки не выложено, ну вот вообще ни одной. Только я. И что все это значит?
Возвращаюсь к нашему кадру, а там уже комментарии. На все язвительные вопросы по поводу моей персоны и перспектив, отвечает одними и теми же словами, коротко и с многоточиями. Читаю, задержав дыхание.
И что это значит? М? Та, кто… что?
Трясущимися пальцами блокирую телефон и реанимируюсь. Мне приятно, конечно, приятно, но вместе с тем, очень тревожно. Предупреждения Аньки снова возникают в моей голове. Тысячу раз она мне говорила, чтобы держалась в стороне от тройки раздолбаев, слава о которых бежит впереди их на километр. Шахов, Величанский и Королев. Мне велено было не иметь с ними никаких дел, и не дай бог попасть на их безумные тусовки. Но Аня залетела и ей пришлось самой отдать меня в руки Ника, хотя проинструктирована я была на все сто. И обещала ей, что никогда и ни при каких обстоятельствах не позволю себе что-то подобное. И вот результат, блин.
— А, вот ты где! — доносится позади, и меня в тот же миг облепляют приятельницы на лавочке.
Ира, Катя и Татка. Как сошлись с первого сентября, так и мотаемся вместе. Девочки знают о моем увлечении фрифлаем и немножко о ситуации в целом.
— Это правда? — толкает меня в бок Ира и лукаво прищуривается.
— Что именно?
— Ой, да ладно! Весь вуз гудит. Та, кто… — тянет Тата со свойственной ей прямотой. — На Шахова все девки подписаны. Вот и трут до мозолей.
— Аааа, ты об этом… Так это просто. Ничего не значит, ведь. О чем говорить вообще? Не знаю, что взбрело в голову. — понимаю, что нелепо оправдываюсь, правда не знаю, что сказать.
— Ой, Лен, а вдруг он в тебя влюбился? — мечтательно предполагает Катя. — Он вон какой, от него все девчонки с ума сходят. Красивый, высокий. Правда недоступный какой-то, но ведь это романтично.
— Кать, ты дура, что ли? — Татка недоуменно смотрит на нее. — Он весь вуз и еще половину страны перетрахал. Какая романтика? — крутит пальцем у виска. — Шахов не тот, кто нужен Романовой. У Ленки-то мозгов по больше будет. Да, Лен? — поворачивается ко мне.
— Д-да. — смаргивая, немного заикаюсь. Не предполагала, что вот так буду обсуждать Шахова с девочками. — Это просто…ну…победить нам надо и все.
Татка с подозрением смотрит и, потом, фыркает презрительно в сторону Кати. Мне же одобрительно кивает головой.
— Вот! — поднимает указательный палец вверх. — Умница!
-Татка! — спокойно говорит Ирина — Прекрати занудствовать. Лена сама разберется.
— Да тут и разбираться не в чем, правда, Ир. Ну честно, эта фотка ничего не значит. Это Женя снимал нас, вот Шахов и выложил. Он мечтает, чтобы у нас все получилось.
— Чтоо? — оборачиваются на меня разом.
— Ну, в смысле, чтобы выиграли. — отмахиваюсь.
-Молодец, Лена. — хвалит Тата и поправляет очки. — А то вот у этих, мозги потекли и кое-что еще. Дуры!
Девчонки тихо смеются над заумной Наташкой, но не зло. Ну такая она у нас, ничего не поделать. Кроме учебы в голове ни шиша нету. Красный диплом с отливом, вот ее мечта. А так она девчуля хорошая.
Я рассказываю им о прыжке, о впечатлениях. О своей истерике и первым поцелуе с Никитой благополучно умалчиваю. Не за чем им это знать, не обязательно. Это только моё. И вообще, я не хочу, чтобы кто-то даже предположительно догадывался об этом.
Ира срывается всем купить мороженое. И вот пока мы едим и болтаем, проходит черт знает сколько времени, не замечаем ничего вокруг. Точнее не замечаем никто и ничего, кроме Татки.
— А вот и ваш Шахов. — с пренебрежением тянет она.
Девочки, мазнув взглядом, продолжаю болтать, как ни в чем не бывало, а вот я не могу оторваться от созерцаемого. А там есть на что взглянуть и подивиться.
Прямо к нам приближается эта замечательная тройка. В центре идет Никита, небрежно свесив руки на плечи прилипнувших к нему девиц с двух сторон. Это две офигенные девушки потрясающей внешности. Обе блондинки с идеально вытянутыми волосами. Стройные и длинноногие. Вышагивают рядом с ним словно по подиуму. Ник идет с довольным лицом, перебрасывается фразами то с одной, то с другой. Залипательное зрелище, но какое-то кисловатое моему восприятию, будто лимон грызнула.