Хелен Кир – Забирай мое сердце (страница 21)

За это время тщательно перебрала все свои чувства и пришла к неутешительному выводу: проиграла. Он мне нравится. А я ему? Это главный вопрос и ответа нет. Я в глубокой заднице со своими симпатиями. Погибну, пророчу себе это каждый день. Единственное на что хватает терпелки, не навязываться, лишний раз о себе не напоминать. Повезло, что терпелка тренированная, спасибо природному упорству, не пишу, не звоню, а могла бы. И вообще даже лучше, что Ника нет. Иначе быть крупным неприятностям, для меня, конечно, не для Шахова же. С него станется!

Вижу, как у Мирона шевелятся губы. Звук потихоньку возвращается. С трудом разбираю.

— Я отойду?

Да боже, мне какая разница! Мило улыбаюсь и отвечаю кивком головы. После ухода Жени выдыхаю с облегчением. Нет, он парень хороший, но немного навязчивый, или я просто придираюсь, не знаю. Понимаю четко, что обижать его не хочется, но и общаться с ним могу лишь дозированно.

Отхожу вглубь зала. Примащиваюсь боком к стене и рассматриваю танцующий веселящийся народ. В стороне стоят столы и импровизированная сцена, где планируется речь начальства. Сейчас должны подъехать. Минут сорок торжественных речей и начнется вакханалия. Оторваться, что ли? Забыть все, да и …к черту!

Т-с-с-с…

Шорох. Шорох…Шаг…Шаг…Шахов…

Позади меня образовывается электромагнитное поле, которое начинает закручивать по спирали. Все чувства обостряются и выходят на новый уровень. И самое сильное из них — подталкивающая радость встречи. Дура…Смотри, как бы от счастья диатез не вылез! Но я не могу! Я не могу противиться этому чувству. Рада, что пришел, счастлива, что увижу сейчас.

Мурашки огромной толпой набрасываются и атакуют мое тело, бегут сразу по всем направлениям. Ни одного сантиметра не осталось, где бы ими не обсыпало. Сжимаюсь и опускаю плечи и голову. Не оборачиваясь, но сильно ощущаю присутствие Шахова. Только он на меня так воздействует. Я даже чувствую, как сокращается расстояние между нами.

Пришел. И как быть теперь? Как себя вести? По обстоятельствам? Сколько пребывать перед ним в священном трепете?

Ник словно жрец племени выбирает себе добровольные жертвы. И я в их числе. Вот только нюанс, когда он вспорет мне грудную клетку и вырвет мое сердце, а потом бросит его под ноги, вряд ли я сильно обрадуюсь такому факту. И все равно, хоть и злюсь этому рвущему чувству, но противиться ему нет сил. Он мой кукловод, мой тиран, мой правитель, мой владелец.

Признаю.

Признаю!!!

— Бух! — выдыхает мне под забранные в прическу волосы.

Теплым воздухом обдает мою дрожащую кожу. Не хватает мне этих мурашек, еще и трястись начинаю от близости Ника. Шарахает, будто шаровая молния летает, а я стою и жду, когда она столкнется со мной и бомбанет оглушительный взрыв. Он придвигается ко мне вплотную, ощущаю его тело, как свое продолжение. Шахов волнует меня так сильно, что теряюсь в пространстве. Все забываю, даже о том, что не писал, не важно все это.

— Привет. — склоняется к моему уху, немного задевает губами.

Бьет этой молнией. Эта секундная вспышка соприкосновения порождает массу импульсов, которые воспроизводят в памяти мгновенные воспоминания о наших поцелуях. Его руки, губы, слова, которые и особо для него ничего не значили, а вот для меня наоборот. Начинает немного шатать, хватаюсь за стену. И в это же время Шахов ловит меня, обвивает рукой и притягивает к себе. Я крепко прижата спиной к его телу. Пораженная и ослепленная неясными для меня желаниями в изнеможении откидываюсь на Ника.

Волнует. Как же он волнует меня.

— Ты опоздал. — говорю, глядя перед собой.

— А ты ждала?

Странно. Но в этой бешеной какофонии звуков, мы переговариваемся практически в полголоса, и прекрасно слышим друг друга.

Мотаю в отрицании головой на его вопрос. Вру же… Он просовывает вторую руку мне под локоть и обвивает уже двумя. Стою, как в крепких оковах, ключа от которых у меня нет, не выбраться. Я пленница. Ник медленно ведет подбородком по моей макушке, трется. Я даже на высоких каблуках, только ему до носа достаю. Пальцы Шахова глядят меня, подушечки ощущаю даже через ткань платья.

Да трогай дальше же!

— Я скучал.

— Даа? Поэтому не звонил и не писал? — иронизирую с привкусом горечи, срываю голос.

Шахов разворачивает меня к себе и выдыхает. Наконец, я его вижу. Чееерт…ну какая тут устоит, если только религиозная фанатичка. По идее, мне сейчас надо убегать от него, сверкая пятками. Ожидать от Шахова искренности и серьезности не нужно. Но я стою, и жду. Чего? Да я сама себя уже не понимаю! Его глаза губят меня, руки нежно уничтожают. Прямой и нечитаемый взгляд, в котором только хищный и холодный блеск и ничего больше. Но соблазнение там преобладает абсолютно. Да, оно горит и манит, притягивает и топит по всем направлениям.

— Пойдешь со мной?

— Куда?

— Куда бы не позвал.

— Не знаю.

— А знать надо, Лена.

— Ты…какой-то сегодня другой. — все же выдаю ему свое наблюдение.

Усмешка трогает изгиб его губ, глаза сверкают странным блеском. Шахов, как бес, выкруживает эти завораживающие эмоции и набрасывает их сетью на меня. Настораживает его взгляд. Ник как бы и прежний, но я ощущаю в нем изменения. В его глубине сквозит лед и отчуждение.

Он будто одержимый преследуемой целью и желающий до дрожи добиться ее. Всматриваюсь, пытаясь найти хоть какую-то человеческую эмоцию. В ответ колкая, дьявольская и искушающая улыбка. И даже этого мне хватает, чтобы понять, пойду с ним.

— Не думай сегодня ни о чем. Отдайся своим желаниям.

Пораженно молчу и пытаюсь понять. Ничего не выходит. Стою и моргаю, как кукла.

— Лееен, — выход мне в шею — будь со мной сегодня. Мы взлетим до самого неба. — легкое касание в напряженную кожу туда же. — Обещаю.

Медленно горю, добровольно палю себя на неспешном огне. Поднимаю на Шахова глаза и также затянуто киваю. В его глазах торжествующий блеск.

Мне конец.

21

Наш квартет сегодня фишка вечера. Столько похвалы не слышала ни разу в жизни. Лучшие, перспективные, победившие в сложных соревнованиях, вышедшие в следующий тур. Боже, я за всю жизнь столько не слышала. Приятно! И, если мы с Сашком и Женей наслаждаемся этим моментом, то Ник настолько лениво все воспринимает, что у меня возникают к нему вопросы. Шахов расслаблен так, что все происходящее кажется ему в тягость. Странно, он ведь так хотел этой победы. Или может тогда уже пережил пик своих ощущений, непонятно.

Мы сидим рядом, руки опущены на диван. Ник беспрерывно гладит мою ладонь, ведет большим пальцем по моим, нежно нажимает. Иногда переплетает и слегка сжимает. Движения беспрерывны, он словно перекачивает неведомую энергию и силу. От этого бесконечного трения, меня не хило разносит и размазывает прямо по стенкам заведения.

Я даже забываю, что Женя странно косится на меня. Но не надо так, я же никому ничего не обещала, а вообще мне наплевать на все. Пусть хоть кто смотрит. Я уже ничего не контролирую. Нахожусь под странным воздействием происходящего, не в силах вырваться из топи импульсов. Я как под наркотой, не знаю, что это, но уверена, что сейчас именно эти ощущения.

Торжественная часть прошла, народ расслаблен дальше некуда, приехали приглашенные гости. Людей столько, что не протолкнуться. Я, как во сне, брожу с Ником везде, танцую, пью мартини и говорю с ним. Странно, но я словно разделяюсь. Одна оболочка наблюдает за происходящим и видит со стороны, а вторая непосредственный участник событий. Схожу с ума. Я всегда, когда Ник рядом, схожу с этого гребаного ума.

Понимаю одно. Шахов кружит мне голову, будит тело, которое настолько ярко и болезненно откликается, что становится страшно. Я реагирую на него. Боже, как вспышка реагирую, как самая тонкая струна. Ник все это видит, и только сильнее кружит.

— Ты очень красивая, Лен.

Вроде бы комплимент, но звучит дежурно.

— Я…не знаю, что ответить. Просто спасибо — глупо…И…

— Молчи. — зажимает мне губы пальцами — Просто прими это.

— Принимаю. — шевелю все же губами.

Взрыв. У меня внутри взрыв.

Ник смотрит на меня продолжительно и наст трескается в его глазах. Слетает та ледовая корка, которая присутствует целый вечер. Прорывается иное, а что, не могу понять. Но это другое очень странное. Если бы я не знала много о нем и встретилась впервые, то решила бы, что это нежность и искренность. Это не так, он не такой, а жаль. Боже, как жаль. Хотя сегодня мне все равно, я умираю от его прикосновений, и просто от того, что он со мной. Вот и все дела. Какая я дура, но…

Не знаю, что транслирую все это время под его влиянием. Может у меня вид буйнопомешанной, не осознаю настоящее.

Шахов срывает нас с места. Бегу за ним, еле поспеваю. Все быстро так, что не успеваю подумать о действиях. Ник утаскивает меня куда-то в темный угол, из которого нас не видно и, не успев дотащить, задирает мой подбородок и впивается в шею. До стены, идем цепляясь руками, чтобы не свалиться. Целует, тащит языком около яремной вены, лижет ключицу, подтягивает выше к себе, прижимает. А у меня мир трескается перед закрытыми глазами и взрывается радужной пылью.

Никита ни разу сегодня не поцеловал меня в губы, а я жажду. Умираю без его поцелуев, потому что знаю, каково это, чувствовать его. С нетерпением жду, но он никак не делает этого. Тогда я сама отрываю его голову, тяну за волосы и коротко смотрю в лицо. Взгляд темный и глубокий, застелено все там так, что не раскопаешь. Ник тяжело дышит, крылья носа раздуваются и трепещут, он без конца сглатывает, грудь вздымается и ходит тяжелыми толчками.