Хелен Гуда – ⸸ Телохранительница для Дракона ⸸ (страница 2)

И тут меня, как говорится, «понесло». Пока Арес молчал, сохраняя невозмутимое выражение лица, я ошибочно решила, что он не понимает по-русски, и решила высказать все, что я думаю по этому поводу, прямо здесь и сейчас.

– Простите, полковник, – стараясь придать своему голосу максимально холодный и отстраненный тон, произнесла я, – но какого лешего вы таскаете всяких Аресов на мои тренировки? Я здесь, позвольте напомнить, солдат готовлю к боевым операциям, а не в цирке «медведя на велосипеде» показываю.

Петров побагровел так, словно сейчас взорвется. Его и без того пухлые щеки налились кровью.

– Александра! Как вы смеете. Господин Арес – гость. Он…

Я даже не соизволила взглянуть в сторону полковника, бестактно перебивая его.

– И вообще, – продолжила я, обращаясь как бы в пустоту, но четко понимая, что меня слышит и полковник и солдаты, – я вам не диковинная змеюшка в террариуме, чтобы меня тут всем подряд разглядывать. Если я буду отвлекаться на всяких… заинтересованных личностей, мои тренировки пойдут насмарку, и кто тогда будет отвечать за провал подготовки?

И тут Арес заговорил. Его голос, глубокий и бархатистый, прошелся по моим нервам подобно разряду тока. Каждое слово было произнесено с четкостью и уверенностью, с едва уловимым иностранным акцентом, который придавал его речи особую пикантность.

– Полковник, благодарю вас за щедрый прием и внимание. Однако, полагаю, не стоит тратить время на пустые перебранки. Леди… Александра, кажется? – он перевел свой завораживающий взгляд на меня, и легкая, едва заметная улыбка тронула уголки его губ. – Мне действительно было интересно понаблюдать за вами в деле. Но мой визит преследует гораздо более серьезную цель. У меня к вам – как это принято говорить – конфиденциальное дело.

Жаркая волна стыда мгновенно окатила меня с головы до ног. Он все слышал. Каждое мое грубое слово. Он все прекрасно понял. Какая же я, все-таки, дура. Лезть на рожон, не разобравшись толком в ситуации – это непростительная глупость, тем более, для инструктора элитного спецназа.

Сохранить остатки самообладания оказалось непросто. В моей голове отчаянно билась лишь одна мысль: нужно во что бы то ни стало держать лицо. Я с усилием выпрямила спину, гордо вскинула подбородок и взглянула Аресу прямо в глаза с вызовом, отчаянно скрывая за маской напускной дерзости царившее внутри меня замешательство.

– Конфиденциальное дело? – нарочито медленно повторила я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более самоуверенно и нагло. – Что ж, господин Арес, это, безусловно, любопытно. Но, к сожалению, или к счастью, сначала я должна закончить тренировку своих подопечных. Ваши конфиденциальные предложения, господин, будут рассмотрены после. Продолжаем занятия. – добавила я ледяным тоном, и повернулась спиной к Аресу, чувствуя на себе его прожигающий взгляд. Кажется я перегнула палку в этот раз с полковником Петровым. Каким бы он размазней не был, но он мне это с рук не спустит. Кажется пора искать новую работу.

Окончание тренировки прошло довольно скомкано. Я срывалась на подопечных, злилась и даже покрикивала. Когда пару здоровенных мужиков еле выползали в сторону, после спаринга, я поняла, что пора завязывать, иначе просто наврежу ни в чем неповинным людям.

Когда я вышла из тренировочного центра на улицу, немного успокоившись и придя в себя, первого кого я увидела был господин Арес. Он стоял небрежно облокотившись на капот дорогущей машины, цену которой я даже представить не могла, столько в ней было нулей. Я не стала делать вид, что не заметила его. А смысл? И ежу понятно, что он здесь ради меня. Поэтому я направилась в его сторону, зло сверля его взглядом.

– Что вам надо? – я встала напротив него. Даже ближе чем следовало бы, нарушая, так сказать, личные границы, чтобы человеку стало некомфортно, но он или не человек, или с личными границами у него видимо проблем нет.

– Поговорить, – усмехнулся мужчина. Все в его тоне, поведении и даже осанке говорило, что обычно он не ведет беседы, а отдает указание, которые все выполняют. Молча и неукоснительно.

– Говорите, – я плотно сжала губы в тонкую линию. Я еще понятия не имею, что он хочет сказать, но я уже понимаю, что ничего хорошего.

– Садись, – и мужчина кивнул на машину. – Или испугалась, – а вот это уже была откровенна провокация. Я только что раскидывала двухметровых амбалов по залу, а его “испугалась”? Да ща-з-з-з-з, не дождется. Но вот то, что он манипулирует мною, и делает это просто виртуозно, меня не хило так задело.

– Я вас не боюсь, но с вами не поеду, – пытаюсь не вестись на провокацию и уже сильно так жалею, что вообще подошла к нему. Надо было просто пройти мимо. Нет, не делать вид, что не заметила, а просто пройти мимо. Но сделанного не вернешь.

– Значит тебе не интересно как вылечить братишку? – эта фраза заставила меня задержать на мгновение дыхание.

– Как ? – вопрос сорвался с губ быстрее чем я успела подумать.

– Садись, – повторил команду мужчина и бросив ненавидящий взгляд на собеседника дернула ручку задней двери и села в машину. Хлопнула я дверью так, что любой другой возмутилс бы, но не этот странный господин Арес. Он обошел машину и сел в машину рядом со мной. Неужели не за руль? Обычно такие наглые типы любят показать, что они хозяева жизни, и водят таких монстров сами. Как там говорят психологи, большая машина, маленький…

– Я предпочитаю чтобы каждый занимался своим делом, – словно бы прочитал мои мысли мужчина. И нажав кнопку на двери, выдвинул тонированное стекло, которое отгородило нас от водителя. – И так, поговорим, – произнес господин Арес.

– Я здесь только из-за брата, – сразу же озвучила я причину, которая заставила меня согласится на этот разговор.

– Я знаю, – кивнул мужчина. – Александра Панкратова, двадцать три года, мастер спорта … чемпионка.. победитель.. призер, – господин Арес держал в руках папку в которой слева было мое фото, а слева список моих достижений и побед. – В настоящее время работает инструктором, а еще фитнес тренером и еще..

– Вы меня для этого позвали, – обрубила я дешевую постановку в лице странного мужчины. – Я знаю о себе все это. Вам то что надо?

– А ты не задумывалась Александра, кто ты на самом деле такая? – мужчина отложил в сторону папку, явно потеряв к ней интерес и посмотрел на меня в уор.

– Что вы имеете в виду? – я нахмурилась. – И мы кажется с вами на ты не переходили.

– Я твой крестный, имею право, – расхохотался мужан.

– Крестный? – ничего не пойму. – Да вы меня старше от силы лет на десять.

– Мне уже больше двухсот, – уточнил господин Арес.

– Ага, – я криво усмехнулась. – А я Ленин тогда, вечно живой, – и дернула ручку двери с намерением выйти из машины, потому что не собираюсь участвовать в этом балагане. Именно в это время машина начала движение, словно бы ждала когда я захочу покинуть ее. – Остановите машину, я хочу выйти. Устроили тут цирк на выезде.

– Ты мне не веришь, – констатировал очевидный факт собеседник.

– Конечно не верю, – я даже удивилась, что он решил уточнить настолько очевидный факт. – Я что, на дуру похожа?

– У тебя на пояснице шрам, который ты скорее всего попыталась как-то спрятать. Полагаю родители сказали тебе, что ты упала в детстве или еще что-то подобное, но ты не помнишь как его получила, – говорит господин арес не глядя на меня. Как он узнал про шрам? А-а-а-а-а, точно.

– Увидели его на тренировке? – я улыбнулась. – И думали я поверю в ваши экстрасенсорные способности.

– Ты была в комбинезоне, – напомнил мне мужчина то, в чем я была одета во время занятий.

– Ну в медицинской карте тогда прочитали, – я отмахнулась от слов господина Ареса. – Какая разница.

– Пока мы едем к твоим родителям, ты пока подумай откуда у тебя такая сила? Почему хрупкая девушка способна победить в спарринге двухметрового здоровяка. Ты же с младенчества была сильнее и сноровистее свертников. Быстрее бегала, дальше всех прыгала, и все что связано с силой и выносливостью давалось тебе легче чем ровесникам. Как это объяснили твои родители?

– Наследственностью, – тихо ответила, а у самой словно в замедленном кино проносились кадры из жизни. Вот я побеждаю в соревнованиях, а мама просит хоть иногда поддаваться или хотя бы не побеждать всех с такой легкостью. Вот я дала сдачу хулигану, в итоге сломав ему руку. Отец просил не побеждать так легко, мама умоляла не выделятся, а я не понимала, почему.

– Вот именно, – усмехнулся мужчина. – Но лучше всего тебе об этом расскажут твои родители. Уж им-то ты поверишь.

Всю дорогу до клиники я сидела словно на иголка. Да, я сразу поняла куда мы едем, хотя адреса не называла. Господин Арес его нал и без меня. Мне вообще показалось, что он все обо мне знал, и это не самое приятное ощущение, скажу я вам. Как только машина остановилась я дернула ручку и выскочив на улицу почти бегом направилась к главному входу клиники. Тревога за брата душила горло, а любопытство к этому Аресу – словно к существу, сотканному из одних загадок и тайн – жгло изнутри. Медсестра на ресепшене, видя меня, только понимающе кивнула и даже без лишних вопросов махнула рукой в нужном направлении. Она знала, как часто я здесь бываю.

Палата брата встретила тишиной и стерильным запахом лекарств. За пластиком капельницы сонно мерцали огоньки, отмечая ход времени, словно отсчитывая последние минуты жизни. Рядом с койкой, как всегда, сидели мои родители. Брат был здесь уже почти полгода, и родители все это время или вместе или по очереди дежурили у его постели. Я приезжала так часто как могла, но стараясь загрузить себя работой по максимуму. Во-первых потому что так было легче, а во-вторых потому что нужны были деньги. Никто не знал, что с братом, но он угасал на глазах. Я не видела родителей пару дней, и сейчас, в этой давящей больничной атмосфере, они казались до жути измученными и постаревшими. Мама осунулась, в глазах залегли глубокие тени, а отец… отец словно сломался. Обычно энергичный и уверенный в себе, сейчас он выглядел лишь жалкой тенью самого себя.