Хелен Гуда – Попаданка в мир мужчин. Легенда о Единой (страница 11)

— Я где тебе велел быть?? — абросился я на мальчишку.

— Так там же разбойники были, они проникли в карету и выволокли меня, что мне было делать?? — пешил от моего наскока паренёк.

— То есть ты не геройствуешь тут?? — сомнением я посмотрел на него.

— Нет, я не воин, драться совершенно не умею, — чистосердечно признался Стас, немного смутившись при этих словах.

Я несколько удивился его словам. Как мне показалось, он довольно сноровисто отбивался от нападавших на него разбойников.

— Ладно, идем, поможем остальным, — я не успел повернуться и посмотреть, каким образом обстоят дела у остальных, как слуга закричал и взмахнул рукой, указывая на карету.

— Смотрите! Разбойники угоняют лошадей, — и действительно, бандиты, спешив всех конных сопровождающих и отцепив коней от кареты, угоняли их в лес. Мгновение, и я обернулся в пантеру, окинул взглядом окружающих, отметив ошалело испуганные глаза слуги, и рванул за угоняющими животных разбойниками.

Моя гонка продлилась недолго. В какой-то момент бандиты, оседлавшие лошадей, кинулись врассыпную, и я на мгновение растерялся. Выхватив одну цель для преследования, я рванул следом. Один прыжок и наездник валяется на земле. Подлетаю к нему и хочу учинить допрос по всей форме, но то ли мой толчок был слишком сильный, то ли от разбойника отвернулась в этот день удача, но он лежал в неестественной позе. Я обернулся человеком и склонился над ним, быстро осматривая. Невезучий бандит свернул себе шею при падении. Теперь он ответит на вопросы только прародителям.

Разочарованно взяв под уздцы лошадку, которая мирно паслась рядом, будто и не было только что гонки, я направился к карете.

Паренька нашёл сидящим на облучке рядом с кучером. При моем приближении они оба спрыгнули на землю, подошли ко мне. К нам присоединился мой верный секретарь, даже он успел поучаствовать в сражении и был изрядно потрепан.

— Сир, что же делать? Одна лошадь не сможет везти карету, — растерянно причитал секретарь, с которого придворная напыщенность слетела во время нападения.

— Я один отправлюсь в столицу и пришлю за вами подмогу. Сомневаюсь, что разбойники вернутся, — стараюсь успокоить Берна.

— Как же вы один отправитесь?? — екретарь ещё больше растерялся от моих слов.

— Лошадь одна, так что выбор невелик, — я ободряюще похлопал его по плечу.

— Ну возьмите хотя бы кого-то из свиты, — Берн осматривает ищущим взглядом моих сопровождающих, и его взгляд останавливается на Стасе.         - Вот хотя бы его. Он весит как ребёнок, и лошадь вас вдвоём выдержит, — я удивленно посмотрел на секретаря.

— Чего ты боишься, Берн?? — не понимал, зачем мне обуза в виде слуги, пусть даже и весом не больше ребёнка.

— Сир, одному опасно путешествовать. Поверьте своему старому слуге, — секретарь был настойчив, и я уступил его уговорам, только чтобы он оставил меня в покое.

Я забрал из своих вещей большой плащ и сменил одежду на сухую. Мальчишка лишь зябко поежился. За время схватки он вымок полностью, и теперь широкая одежда прилипала к его худому телу, вовсе создавая иллюзию подростка. Как он ещё дожил до своего возраста и его нигде не прихлопнули? Где он такой изнеженный рос? Я покачал головой и велел Берну найти мальчишке сухие вещи. Он справился быстро и даже какую-то курточку ему нашёл. Молодец, так как он явно не в моих вещах это отыскал, а в своих. Мои-то на пареньке можно было обернуть в три раза. Слуга скрылся в карете и быстро переоделся, и уже спустя полчаса мы направлялись в сторону столицы. Слугу я посадил сперва позади себя, но это было как-то неудобно, и спустя пару часов пути я пересадил его вперёд. Ночь вошла в свои права, и по моим подсчетам мы должны оказаться в столице к утру. Как раз городские ворота откроют для путешественников. И не придётся привлекать ненужное внимание к моей персоне. Стражники-то молчать не будут, и разнесется слух по столице, что ночью прибыл мокрый и раненый король. Смуты мне только и не хватало, а она будет, если слухи дойдут до недоброжелателей.

— Испугался?? — заметил, что Стас с самого начала пути не проронил ни слова. Я накинул на него полы своего плаща, и он сидел будто под навесом. Сперва держал спину, чтобы не прикасаться ко мне, а потом расслабился или спина устала. Он периодически опирался, откидываясь на мою грудь спиной. Я пересадил паренька боком на седле, зная, что с непривычки у него будет ужасно болеть тело от конной прогулки. Мне хотелось создать ему более комфортные условия. Почему-то я был просто уверен, что он не привык к поездкам верхом.

– Да, очень, — Стас повернул голову в мою сторону и посмотрел мне в глаза. Я снова засмотрелся в его омуты. Находясь под впечатлением момента, я склонился к мальчишке. Наши лица так близко, дыхания смешиваются. Я боролся с немыслимым желанием прикоснуться к нему. В последнее мгновение я взял себя в руки и, уткнувшись в его шею, шумно втянул воздух. Что же со мной происходит? Я точно сошёл с ума! Надо держаться от Стаса подальше.

Глава 7

Нападение дало возможность выяснить многие моменты.  К примеру, что в лесу я дала по башке не пантере, а королю в облике пантеры. У меня были догадки, но, когда он перевоплотился, все сомнения улетели прочь. И как быть? Признаться? Попросить понять и простить? Ага, а потом раздвинуть ноги и безропотно принимать клиентов в их публичном  «Доме нежности».  

Но не стоит лукавить, мне нравится общество короля Эдуарда. Он приятный и умный собеседник, он красив. Меня к нему тянет, как к мужчине. Ничего не могу с собой поделать. Когда он склонился надо мной, я до покалывания на губах хотела, чтобы он меня поцеловал. Вот такое иррациональное желание у попаданки, которой надо сидеть как мышка и не высовываться.

Я сидела перед ним в седле и млела от мужского запаха. Он был лучше любых духов. Я грелась о его широкую грудь. Мне было настолько хорошо, как никогда не было. >До жути  не хотела, чтобы эта поездка заканчивалась.

После несостоявшегося поцелуя король замкнулся в себе и сидел, хмуро посматривая по сторонам. А я, как романтическая дурочка, предалась мечтам. Как бы было здорово у меня в мире встретить такого красавчика! Но только остаться стройной, а не толстухой. Пару раз улыбнулась своим мечтам, пару раз вздохнула и так глубоко ушла в свои мечты, что просто уснула. И снились мне весьма пикантные сны с эротическим содержанием.

Встрепенулась, когда меня осторожно начали снимать с лошади.

–Ч-ш-ш, — как ребёнку пошипели на ушко и также бережно понесли на руках. Осторожно приоткрыла глаза, стараясь не выдать себя и того, что уже не сплю. Вокруг темно, я на руках у короля, прижатая к его тёплой груди. Он широко шагает и если судить по звуку шагов, то по каменному полу. Впереди маячит какой-то огонек, который перемещается вместе с нами и освещает путь. Мы определённо идём по коридору, и, судя по стенам, которые порой все же можно различить в темноте, мы в какой-то пещере или тайном  ходе. 

Шли минут пятнадцать, потом остановились. Эдуард мешкает и ему явно мешает мое бренное тельце, поэтому я широко открываю глаза и кручу удивленно головой, обозначая, что уже не сплю.

— Постой минутку, только не бойся. Мне надо открыть проход, — меня поставили на ноги. Король как-то замысловато щёлкнул пальцами, и рядом со мной зажегся ещё один огонек. Он явно сделал это зря, потому что теперь я могла рассмотреть место, куда принёс меня король. Это был проход, высеченный в камне, только местами из камня на меня смотрели обезображенные лица людей. Они будто были замурованы и, судя по их лицам, попали сюда, будучи ещё живыми. Я испуганно шарахнулась и прижалась к Эдуарду.

– Не бойся, они мертвы и не тронут тебя, — король хотел успокоить, но мне стало ещё страшнее. Я никогда не видела покойников или мертвых людей. Никогда не присутствовала на похоронах. А здесь замурованные заживо, которые ещё и руки к тебе тянут. Жмусь к королю как котёнок и явно мешаю ему.

– Стас, послушай, мне надо открыть тайный ход, потерпи пару минут. Закрой глаза, так легче будет, — я кивнула и закрыла глаза. Моя фантазия начала рисовать мне ужасы. Как эти замурованные люди ожили и тянут ко мне свои руки, прикасаются холодными мертвыми пальцами.

Собрала все своё мужество в кулак и держала глаза зажмуренными. Почувствовала какое-то тепло, вспышка яркого света пыталась проникнуть под зажмуренные веки и меня подхватили на руки. Король прижал меня к себе, и я послушно уткнулась ему в грудь. Чувствую, как он сделал шаг, и мы начали проваливаться куда-то. Я испуганно пискнула и вцепилась в Эдуарда как в родного. Почувствовала легкое прикосновение к волосам и дыхание короля на моей щеке. Потом резкое приземление. И король немного покачнулся, встав на ноги. Я по-прежнему цепляюсь за шею правителя и боюсь открывать глаза. Мужчина так и понёс меня дальше, а я понимаю, что мы уже где-то в другом месте. Мой замерзший нос улавливает приятные ароматы, кожа чувствует изменение температуры воздуха вокруг. Я решаюсь открыть глаз. Мы шагаем по коридору замка. На стенах висят гобелены, кое-где на высоте огоньки. Все вокруг чисто и уютно, а самое главное - нет никаких мертвецов в стенах. 

Пройдя пару поворотов, король подходит к незаметной нише за скульптурой и нажимает какой-то рычаг, стена отъезжает в сторону. А вот и тайные ходы и коридоры подоспели. Пройдя узким темным проходом ещё пять минут, Эдуард снова нажимает рычаги, и снова стена отъезжает в сторону. Отодвигает картину, которая служит прикрытием потайному ходу, и мы оказываемся в королевских покоях. Здесь все кричит о богатстве и роскоши. Я как в Эрмитаж попала. Не обращая внимания, что меня осторожно ставят на ноги, я верчу головой и осматриваю все. Это невероятно большая просторная комната. В центре - кровать на пьедестале. Я по-другому не могу назвать это возвышение на три ступеньки. Она размером всей однокомнатной квартиры в моём мире. В ней запросто поместятся человек пять, а может и семь. Они даже мешать друг другу не будут, да что мешать, они и соприкасаться-то не будут.