Хелен Гуда – Попаданка в мир мужчин. Легенда о Единой (страница 10)

— Ваше Величество, дорогу размыло. Мы не можем двигаться дальше. Надо переждать непогоду, — король задумчиво кивнул.

— Иди отдыхай, постарайся просушиться как следует, — король отпустил кучера, отодвинул занавеску на дверце кареты, попытался выглянуть на улицу. Дождь стоял стеной и не давал возможности рассмотреть дальше пары метров. — Кажется, мы застряли здесь надолго.

— Видимо, — я не знала, чем себя занять, не глазеть же все время на мужчину. Хотя было на что посмотреть, но провоцировать Эдуарда на более пристальное к себе внимание я не хотела. Забилась в уголок кареты и прикинулась ветошью. А ещё я очень боялась грозы, а если быть точнее, молний и грома. Молнии мне толком не видно было, а вот гром сотрясал все вокруг. Казалось, весь мир дрожит, а я вместе с ним.

— Боишься? — король с сочувствием посмотрел на меня. Я кивнула и, максимально сжавшись в комочек, подтянула колени к груди и завернулась в одеяло в дальнем углу сиденья.  

От каждого удара грома я всем телом вздрагивала и задерживала дыхание, потом выдыхала, а когда гром гремел снова, снова вздрагивала. И так по кругу. Я знаю, что это неправильно. Я взрослый человек и должна сдерживать свои страхи, но ничего поделать с собой не могу. Эти панические атаки начались с детства. Гром и гроза - это самые страшные вещи для меня. В какой-то момент я почувствовала, как мне на плечо легла тёплая рука и сжала его в ободряющем жесте. А потом Эдуард сел рядом, прижал мою сжавшуюся тушку к себе.

Я сперва напряглась ещё сильнее, но он чуть ли не на колени усадил меня к себе и крепко обнял. Я была завёрнута в одеяло как в кокон. Я не видела лица короля, только чувствовала, что он упёрся подбородком в мою макушку и слегка покачивался. Он поглаживал меня по спине, и постепенно я расслабилась, прижимаясь к нему всем телом. В этом успокоительном жесте не было сексуального подтекста, он убаюкивал меня как ребёнка, испугавшегося грозы и грома. Расслабилась, пригрелась, успокоилась.

Король Эдуард.

Я держу на коленях паренька, укачиваю его, убаюкиваю. И так это все мне кажется правильным, что самому удивительно. Я жуткий противник отношений между мужчинами. В моём королевстве самое жестокое наказание за домогательства одного мужчины к другому. Если мужчины вступают в связь добровольно, я ещё закрывал на это глаза, но принуждения, домогательства и уж тем более насилие наказывалось строжайше, вплоть до смертной казни. А здесь я тискаю мальчишку. Как я до такого докатился? Что во мне перещелкнулось, что этот мальчик так меня привлекает. Его взгляд. Его изумительный, полный наивности и потаённой хитринки взгляд. Он манит своей простотой и отталкивает неприступностью. Тепло его тела сводит меня с ума. Как он делает это? Ведь это я прижимаю его к себе, я обнимаю его, боясь спугнуть. Я король, правитель королевства оборотней. И боюсь спугнуть паренька, сидящего у меня на коленях. Это какое-то временное помешательство. Помутнение рассудка после удара зачарованным оружием. Я в своём помешательстве позабыл о девушке. Вот же я олух. Может, судьба и боги специально испытывают меня и мою выдержку. Дали мне истинную пару и этого паренька. Девушку надо найти, а парнишка - вот он, как на ладони. Это мне искушение, с которым я должен бороться. Паренёк завозился у меня в руках, и я отвлёкся от своих мыслей.

Он спал, успокоившись и пригревшись у меня в руках. Лицо по-девичьи нежное, с мягкими чертами лица. Вот если б не видел, как он переодевается, вот точно бы решил, что передо мной девушка. Я любовался мальчишкой и запоминал каждую черту лица, каждую родинку. Мне казалось, что это так важно. Я запутался! Не смогу я прогнать его, вот просто не смогу и все. Буду искать девушку, но мальчика никуда отсылать не буду. Пусть будет рядом со мной, а жизнь все расставит на свои места. Карета дернулась, и паренёк открыл немного сонные глаза. Поняв, в каком он положении, встрепенулся и сполз у меня с колен, а я почувствовал некоторую долю разочарования.

— Гроза закончилась? — он пытался прийти в себя и был похож на взъерошенного воробья. Я прислушался. И действительно, больше не было слышно грома. И вроде дождь больше не полощет по крыше кареты.

— Да, вроде да, — я пересел на своё место и достал из-под сиденья корзину с обедом. -Давай обедать, — предложил я. Начал распаковывать приготовленные хозяином постоялого двора угощения, а мой слуга завозился и достал из своего вещмешка свёрток. В нем оказался кусок хлеба, сыр и вяленое мясо. Было видно, что он уже разок мучил свой обед. — Присоединяйся, здесь на двоих хватит, — я протягиваю ароматный бутерброд с бужениной и хрустящим огурчиком. Вижу, как Стас мешкает, не решается взять, но потом переводит взгляд на свой засохший хлеб и мясо, которое не угрызешь, и забирает у меня бутерброд из рук.

— Вы не похожи на короля, — как-то задумчиво произносит мальчишка, а потом вдруг смутился от своих слов и покраснел. Меня позабавило его смущение.

— А ты много королей то видел? — я спрашиваю немного снисходительным тоном  и тоже принимаюсь за еду.

— Вживую ни одного, — отвечает парень, тщательно пережевывая угощение.

— А не вживую? — меня удивил его уточняющий ответ. Мой же вопрос поставил паренька в тупик, и он замешкался.

— Я много читал на картинах и гравюрах, — замямлил Стас и даже есть перестал.

— А говорил,  не умеешь читать, — попытался подловить паренька.

— Я сказал, что раньше умел, а сейчас не знаю, — если парень и врет, то хорошо запоминает своё враньё. Ладно, в замке посмотрим, что он умеет, а что нет.

Дальше мы ехали в полной тишине. Он даже ел, не издавая ни звука.

Когда с бутербродами было покончено, я предложил вина, но Стас отказался и выпил воды из своей фляги. А я с удовольствием потягивал виноградный напиток. Любил мягкое вино значительно больше, чем крепкие, так сказать, «мужские» напитки. А то, что парень от вина отказался, меня почему-то порадовало. Непадкий на хмельные напитки - хорошее качество для преданного слуги. Паренёк так и сидел, замотавшись в одеяло, и не проявлял интереса ни к чему.

— А долго до столицы? — наконец-то подал голос Стас.

Мне же почему-то хотелось поговорить.

— Сегодня прибудем, но поздно вечером. Так что увидеть город не получится, — я снова принялся рассматривать своего попутчика. Руки маленькие и нежные, явно не привык к физической работе и точно не военный. Хоть осанка и не плохая, но до военной выправки ему далеко.

— А разве вас не будут встречать с почестями?? — дивился мальчишка.

— Я не афишировал своё путешествие. Скажем так, тайком проехался по своим землям, проинспектировал, — усмехнулся своим словам.

— Король  прячется? Необычно, — паренёк был остер на язычок.

— О-о-о, на короле больше обязанностей, чем ты думаешь. И порой хочется побыть наедине с самим собой или верными друзьями, — все же в моих словах проскользнула горечь.

— А у королей  бывают друзья?? — аренёк понял суть горечи в моих словах.

— Может быть, у какого-то другого короля и бывают, но лично у меня нет, — на долю секунды я поймал сочувствие во взгляде мальчишки и разозлился.

Что это вдруг я жалуюсь на свою жизнь первому встречному, да ещё и слуге. Уловив мое изменившееся настроение, парень замолчал и не стал продолжать разговор. Отодвинул занавеску на окне кареты и тихонечко смотрел по сторонам.

Дождь возобновился и превратился в навязчивую монотонную морось, которая вводила в депрессию, а ещё довольно сильно затрудняла наше путешествие. Мы снова начали движение, и карета медленно ползла по ухабистой дороге, а я же сделал отметку в голове, что надо вызвать дорожного инспектора и поинтересоваться, куда он смотрит. Дороги в ужасном состоянии. Постоялые дворы не на всех важных транспортных развязках, а те, что есть, не всегда в должном состоянии. Ещё разбойников для полноты картины не хватает. Как раз мы покинули часть королевского леса и въехали в вольные леса.

И только я об этом подумал, как карета резко остановилась, и раздался оглушающий вой и свист. Парнишка при резкой остановке слетел с сиденья и теперь, сидя на полу, потирал ушибленные места.

— Сиди здесь и не высовывайся ни при каких обстоятельствах, — снаружи раздавался шум боя, и я, открыв дверцу кареты и оценив обстановку,  ринулся вперёд. Разглядеть точное количество нападавших я не смог, но их было явно больше десяти. Ко мне подскочил здоровяк и попытался приложить дубиной, посчитав лёгкой добычей из-за раны на лице. Я отбросил его, словно пушинку, и ринулся помогать кучеру, который был довольно пожилой старик и явно проигрывал в сноровке и силе нападавшему крепкому мужчине. Схватив за ворот куртки, я, как котёнка, отбросил нападавшего. Непонятно, по какой причине, но разбойники рвались к карете, будто знали, что там кто-то ещё есть. Меня обступили трое и оттеснили от лошадей и кареты, и я упустил момент, когда мой слуга ослушался приказа. Я лишь увидел его дерущимся с одним из разбойников. У него в руке была небольшая дубинка, которой он метко прикладывал нападавшего. Странно, раньше я у него никакого оружия не заметил. Разметав бандитов, я прорвался к мальчишке и в один удар отбросил от него его противника.