Хелен Гард – Элиза. Осколок тьмы (страница 5)

– Потому что так правильно?

Дэвид снова сделал пометку в блокноте.

– А как ты себя чувствуешь, когда помогаешь кому-то?

Элиза слегка повела плечами.

– Нормально.

Дэвид отметил что-то ещё, затем достал маленькие деревянные кубики, которые стояли рядом.

– А теперь собери из них что угодно, что тебе нравится. Дом, башню, что придёт в голову.

Элиза посмотрела на кубики, начала складывать их друг на друга, аккуратно, размеренно. Пока Дэвид сделал очередную пометку в блокноте, она быстро взглянула на Кейли.

Кейли видела это выражение её лица – едва заметное лукавство, тонкую игру.

Дэвид кивнул, наблюдая за тем, как Элиза осторожно складывает кубики друг на друга.

– Отлично, – сказал он, делая ещё одну пометку в блокноте. – Теперь я принесу кое-что ещё.

Он встал, подошёл к своему столу, открыл ящик и начал что-то искать среди папок и папок с тестами.

В этот момент Элиза быстро взглянула на Кейли, уголки её губ едва заметно дрогнули.

Кубики, которые только что лежали на полу, слегка вздрогнули и начали медленно подниматься друг над другом. Они не взлетели высоко – всего на несколько сантиметров, но этого было достаточно, чтобы увидеть, что они парят в воздухе.

Кейли тут же выпрямилась.

Она резко встретилась с Элизой взглядом и едва заметным движением руки дала ей понять – прекрати.

Элиза не отвела взгляда, но чуть улыбнулась. Через секунду кубики мягко опустились обратно на ковёр.

Она тихонько засмеялась, но тут же прикрыла рот рукой.

Дэвид, вернувшись к ним с парой новых карточек, заметил её весёлый взгляд.

– Тебе весело? – спросил он с лёгкой улыбкой, удивлённый её внезапной реакцией.

Элиза покачала головой, но её глаза всё ещё блестели от сдержанного смеха.

Кейли выдохнула и отвела взгляд, скрестив руки на груди, словно ничего не произошло.

После небольшого тестирования Дэвид проводил их обратно к приёмной и, дружелюбно улыбнувшись, пригласил пройти в кабинет директора.

В кабинете было светло и просторно. Светлые стены, несколько полок с книгами и папками, аккуратно расставленные предметы на столе – всё говорило о порядке и строгости. За массивным деревянным столом сидела женщина лет пятидесяти с короткими светлыми волосами, собранными в аккуратную причёску. В её взгляде читалась внимательность, но улыбка была вежливой, без лишнего тепла.

– Доброе утро, – сказала она, коротко взглянув на документы перед собой, затем подняла глаза на Элизу. – Я ознакомлюсь с результатами тестирования, и в ближайшие дни мы отправим ответ на вашу электронную почту.

Кейли кивнула.

– Спасибо.

Директор ещё раз окинула Элизу взглядом, но та оставалась спокойной, даже немного отстранённой.

– Всего доброго, – заключила она, складывая руки на столе.

Кейли и Элиза не стали задерживаться. Выйдя в коридор, они молча направились к выходу.

Только когда они вышли на улицу, Элиза глубже вдохнула свежий воздух.

– Ну и? – спросила Кейли, глядя на неё сбоку.

Элиза пожала плечами, не меняя выражения лица.

– Всё равно.

Кейли уже собиралась открыть машину, когда заметила, что Элиза замедлила шаг.

Девочка смотрела в сторону, её взгляд стал настороженным, чуть прищуренным. Проследив за ним, Кейли увидела того самого мальчика, который толкнул её утром.

Он стоял у забора, в стороне от остальных детей, но его внимание было приковано только к Элизе. В его глазах не было дружелюбия – лишь холодный, изучающий интерес. Затем он ухмыльнулся и медленно кивнул, лениво указав вниз, на её колени.

Элиза остановилась.

Её лицо оставалось непроницаемым, но пальцы чуть крепче сжались в кулак.

На несколько секунд между ними повисла тишина, наполненная только гулом голосов вокруг.

Кейли уже собиралась окликнуть её, но Элиза вдруг спокойно сказала:

– Я всё-таки пойду в эту школу.

Её голос был ровным, почти бесцветным.

Кейли удивлённо повернулась к ней, но Элиза не смотрела на неё.

Она продолжала неотрывно глядеть на мальчика и, не отводя взгляда, медленно двинулась к машине.

Фаза II.

Он понял. Не сразу. Но достаточно ясно, чтобы перестать отрицать.

Земля.

Этот забытый, несовершенный, тяжёлый мир. Мир, где всё хрупкое, смертное, где души рождаются в теле, где свет исходит не от магии, а от ламп в детских комнатах.

Он знал о нём. Конечно.

Как о нижнем ярусе бытия, как о месте, где живут те, кого остальные миры позабыли.

И вот теперь – туда.

Он шагнул в Переход. Но Переход не принял его. Земля не была открыта.

Плотность между мирами была иной, вязкой. Словно туда не пускали просто так. Или…не пускали его.

Он попытался через Кольцо Времён – тот путь, где шаг равен столетию, а один неверный взгляд может сжечь сознание. Он провёл там восемьдесят лет, шагая по петлям, сжигая свои воспоминания, лишь бы добраться до нужной ветви.

Не сработало.

Он пробрался в Мир-Ключей, где существа хранят проходы между мирами, живущие вне линейности.

Он заключил сделку. Потерял половину своих имён. Заплатил одним чувством – отдал то, что чувствовал её.

Именно это. Именно её. Он мог продолжать чувствовать других. Может знать, где ночь, где смерть, где ложь. Но её – больше нет. Ни в нём. Ни в его ощущениях. Ни в его связи с миром.

Он бы закричал, если бы крик мог вернуть. Он бы отступил, если бы был путь назад.

Просто… нет такого больше в нём.

И даже тогда – путь был закрыт.

Потом – Ось Глубин. Он плыл по ней двести лет, вне времени, без тела.

Он был только Взглядом. И однажды он увидел: свет.

Тусклый. Неловкий.