Хайдарали Усманов – Клетка (страница 31)

– Принести “Когти Ветра”! – Приказала она, и её подчинённые извлекли из настенной ниши странные длинные щупальца, больше похожие на металлические плети. Каждый их удар не оставлял видимых ран, но словно вырывал куски из самой души. Кирилл чувствовал, как тело содрогается, как будто его одновременно били и по плоти, и по внутренним потокам силы.

В какой-то момент ему показалось, что время растворилось. Боль не имела ни начала, ни конца, она стала фоном. Он видел только её глаза – полные безумной радости. Она смеялась коротко, сдавленно, словно боялась потерять вкус происходящего, если будет слишком громко выражать удовольствие.

И тогда он понял, что для этих существ он никогда не станет равным. Какими бы словами они ни прикрывались, как бы ни выглядели внешне утончёнными и благородными – в их сердце дикарь вроде него был игрушкой, низшей тварью, объектом для “игр”.

Его сознание постепенно уходило в небытие. Мир перед глазами плыл, звук превращался в гул. Когда он уже почти провалился в настоящее беспамятство, раздался громкий, резкий крик. Не истерический, а властный, гневный.

– Что здесь происходит?!

Дверь в это мрачное помещение резко распахнулась. В помещение вошли двое. Один – высокий мужчина с серебристой гривой волос, лицо которого застыло в маске ярости. Второй – тонкая фигура, которая ворвалась почти бегом. Кирилл сразу узнал её. Это была та самая молодая эльфийка, которую он вытянул из лап хищников среди обломков.

Их появление заставило эту красотку – офицера, что уже сама взялась за дело, буквально на миг замереть. Но Кирилл уже почти не видел её реакции – силы уходили слишком быстро. Последним, что он уловил, были глаза той спасённой им девушки, что стояла за спиной той самой “госпожи”. Огромные, испуганные, в них горел не холодный интерес, не безразличие, а настоящий ужас и растерянность.

На долю мгновения ему показалось, что она испугалась за него. Но тут же эта мысль утонула в новой волне боли и провалилась в полную и такую спасительную в данной ситуации темноту…

Возвращение

Сознание возвращалось к Лираэль мучительно медленно, словно она пробиралась сквозь плотную завесу тумана. Сначала пришло ощущение дыхания – лёгкие с трудом поднимались, и каждый вдох отдавался резонансом в груди, будто её обвивали тугие нити. Потом – слух. Она уловила глухое гудение, напоминавшее шум далёких механизмов, и мягкие щелчки, похожие на перестройку невидимых регуляторов. Лишь потом зрение вернулось рывками – вспышки света, размытые пятна, и наконец ясная картина перед глазами.

Придя в себя, она поняла, что находилась в медицинской капсуле. Стеклянный купол, мягкий белёсый свет от встроенных кристаллов-источников, переплетение тонких маготехнических линий, уходящих в стенки. Над её телом мерцали тончайшие проекции, демонстрирующие состояние организма. Биополе… Потоки маны… Показатели сердца и мозга… Слабые токи энергии пробегали по коже – система подстраивала ритм её дыхания и магических каналов, гармонизировала внутренние повреждения.

Лираэль попыталась пошевелиться – и поняла, что конечности всё ещё не слушаются. Не цепи, не ремни, но остаточный эффект парализатора, которым её накрыли. В памяти тут же вспыхнули образы. Бег по опасному лесу… Крики… Чёрные силуэты насекомых над головой… Отчаянные удары… И вдруг резкий импульс, швырнувший её тело на камни, словно удар по самому сознанию. Затем – пустота.

Она медленно стиснула зубы, заставляя себя сосредоточиться.

“Это точно был парализатор.” – Поняла она. Эти устройства применялись редко. Слишком разрушительно действовало их излучение на нервную систему. Но сомнений не было: именно он сорвал её сознание, выключил тело и душу. И теперь она лежала здесь, в медицинской капсуле, полностью зависимая от чужой воли.

Паника поднялась мгновенно, но Лираэль подавила её, заставила себя дышать глубже. Паника означала слабость. Она уже видела, как оборачивается слабость в глазах тех, кто считает себя сильнее. Жалостью никто не проникнется, скорее – интересом, опасным и холодным.

Она медленно осмотрела помещение. Белые панели, гладкие, но не полностью безликие – на них местами проглядывали резные узоры, означавшие принадлежность к высокому Дому. Всё было слишком чисто, слишком выверено – не случайный лагерь, не полевой госпиталь. Это была одна из стационарных станций Великого Дома, где каждая деталь подчинялась дисциплине и традиции.

“Но чьей воле?” – Эта немного паническая мысль прорезала туман в голове. И Лираэль вспомнила фрагменты. Серебристую фигуру… Вспышку ярости в глазах… И его. Того самого дикаря… Человека… Которого она ещё недавно встретила в той самой опасной местности, и чьё вмешательство неожиданно спасло ей жизнь. Она не понимала его языка, но в памяти стоял его образ – грубые шкуры его одежды, твёрдый взгляд, стремительность, с которой он вытаскивал её из опасности. И именно он оказался втянут в разборку. Именно из-за него, возможно, и вспыхнул конфликт.

“Я явно в руках дома… Но какого? И какую роль в этом всём сыграл он?” – Эта мысль тревожила молодую эльфийку сильнее всего. Тяжело вздохнув, она медленно прижала ладонь к стеклянному куполу, проверяя, пропустят ли её движения. Палец слегка дрогнул. А это значит, что излучение парализатора постепенно отпускало её. Тело будет слушаться. В ближайшие часы. Но куда важнее ей сейчас было понять то, кто именно привёл её сюда, и зачем?

Пока же Лираэль просто лежала в медкапсуле, и мысли возвращались к ней словно капли воды, медленно, тянуще, с отголосками прошлого, пока купол капсулы мягко гудел над её головой. Она дышала – сначала робко, затем чуть ровнее – и с каждым вдохом пыталась вытащить из тусклого плена памяти нитку событий, которая связывала её с этим холодным белым местом.

Сначала – фрагменты. Лес… Резкий шорох… Шелест крыльев насекомых… Их свист в ушах, как порезанные струны… Затем – свечение корпуса, холодный металл, и мужчина в шкурах, который спас её. Она помнила, как его руки были грубы и верны, как он двигался без церемоний, будто бы знал, как тянуть разумного из пасти нарастающей опасности. И ещё – вспышка света, который ударил в голову, как ладонь, и тишина.

Парализатор. Слово всплыло само собой, как название травы, которое знает каждый охотник. Это была не случайный удар, а выверенное использование этого излучения. Он не убивает. Он как бы “выключает” нервную систему разумного, в результате её перегрузки. Значит, тот, кто применил его, хотел поймать свою добычу именно живой. Живой для того, чтобы спросить… Изучить… Выставить или… Использовать. Это была самая первая простая логика, которую Лираэль выложила в уме, как зерна на стол.

Она тщательно “прочёсывала” свою память дальше, прислушиваясь к деталям, как к сердцебиению. Кто кричал на краю того пространства, где они в тот момент были? Кто подхватил её обездвиженное тело? Её разум возвращал обрывки речи – тяжёлые, знакомые формулы, слова о “угодьях”, о “системах”, о “праве” и о “доме”. Великий Дом – это не просто слово, это ткань власти. Двор… Кланы… Охранные сети… И даже ритуалы… Они держат территории, и в их владениях живут по определённым правилам. Тот, кто нарушил этот порядок, даже не будучи сознательно виновным, сразу же становился игрушкой в чужой игре. Потом, шаг за шагом, она стала сводить причины и следствия в карту.

Кто мог применить парализатор? Подобное оборудование не у каждого рейнджера имеется в распоряжении. Его используют организованные силы. Охранные отряды… Обученные и специальным образом снаряжённые стражи домов… И… Научные экспедиции… Кто-то, кто умеет обращаться, и имеет доступ к подобному оборудованию. Это не ребята из-за угла. Следовательно, на неё напали не случайные браконьеры, а люди с ресурсами. Те, кто владеет такими инструментами, владеют и возможностью доставить пленную в медицинскую капсулу. Значит, за инцидентом стоит определённая, и имеющая серьёзные ресурсы структура.

Зачем брать живой трофей? Живой – значит, полезный. Живой, значит его можно допрашивать, заставлять свидетельствовать, наблюдать его реакцию на стимулы, и… Даже вытягивать определённые знания. Если бы была цель убить, то простое оружие сделало бы своё дело куда эффективнее. Это всё значило только то, что эти неизвестные явно хотели кого-то допросить. Выяснить у неё какую-то информацию. Или, что хуже, развлечься от самого акта над живой материей. Парализатор – это орудие для тех, кто рассчитывает не на смерть, а на использование.

“Почему это случилось именно сейчас?” – Она собралась вернуться на аванпост из этого леса, и спешила к безопасному месту. Ведь здесь даже самые мелкие дикие насекомые представляли смертельную опасность. Ведь они всегда были испытанием в угодьях. Но тот самый аппарат, который упал, разбившись в лесу, был весьма современной техникой. А это явно определённый след. Возможно, само её появление в этом месте, хотя и случайное, совпало с чьей-то разведкой. Или же кто-то специально устраивал засаду, рассчитывая поймать “чужака”, привлечённого шумом падения. Кто-то видел шанс, поймать и показать, что их дом стерег эту территорию, и этим мог обезопасить свои собственные права.