Хайдарали Усманов – Калейдоскоп миров (страница 52)

И тогда все заметили, что линии на его корпусе начали меняться. Руны гасли и вспыхивали вновь, складываясь в чёткий, почти человеческий узор. Казалось, этот странный корабль о чём-то мучительно размышляет. Кара не выдержала:

– Пусть сканеры записывают всё, что смогут. – Она стиснула зубы, глядя на экран. – Если это оружие, я хочу знать, чьё. Если живое – я хочу знать, как его убить.

Но ответом ей был лишь тихий, низкий гул, который проходил сквозь металл фрегата. И тогда она заподозрила, что тот, кто находится на борту этого корабля, прекрасно слышит их. А на крейсере эльфов, напротив, поднялась тревога.

– Он анализирует нас! – Вскрикнула оператор. – Наши системы считываются, будто кто-то перелистывает память корабля!

– Отделить ядро от сети! – Крикнула капитан, но было поздно – все панели вспыхнули белым.

А потом – тишина. Он замер. И снова повернулся – теперь прямо на фрегат огров. Кара почувствовала, как у неё пересохло в горле. В этот миг даже дыхание казалось лишним. Ей показалось, что в глубине рассечённого носа открывается нечто, похожее на глаза. Или – на зеркала.

И весь экипаж понял – корабль смотрит на них, решая, кто из присутствующих достоин, чтобы ему помогли. В глубине пустоты повисла тишина. Но она длилась всего миг.

Когда эльфийский капитан, побледневшая, с тонким холодным блеском в глазах, сжала рукоять командного жезла и, преодолевая страх, произнесла тихо, почти шепотом:

– Фрегатам! Огонь по чужаку! – Приказ был отдан. И пространство вокруг “Рассекателя” вспыхнуло – как будто сама тьма вспыхнула тысячами игл. Сразу два эльфийских фрегата выпустили залпы из орудий своего главного калибра. Батареи средних лазеров выпустили целый поток из бело-зелёных лучей, с десяток торпед, и целый рой “москитов”, двигавшихся по дуге, чтобы атаковать противника с разных направлений.

Всё это огры на повреждённом фрегате наблюдали, буквально затаив дыхание. Кара скрипнула зубами.

– Идиоты… – Только и сказала она. – Как можно атаковать того, силы кого ты просто не знаешь?

Первые лазерные потоки достигли цели – но не так, как ожидали те, кто их выпустил. Свет просто… Исчез. Будто сам “Рассекатель” поглотил энергию, втянул её в себя. На мгновение засиял кокон силового поля, и на его корпусе вспыхнули тусклые символы, повторив форму траекторий выстрелов. А потом – разряд рассеялся, даже не оставив следа.

Следом ударили торпеды. Москиты пронеслись дугами, окружая бронированный клиновидный корпус, извергая из себя миниатюрные ракеты с боеголовками направленных зарядов – каждый был способен прожечь броню лёгкого крейсера. Но тут произошло нечто странное. Вокруг “Рассекателя” вспыхнул целый ореол смертоносных импульсов, которыми эту волну смертоносных подарков встретила система противомоскитной обороны этого странного корабля. А когда разбушевавшееся пламя опало, и бронированные колпаки захлопнулись, скрывая скорострельные пульсары, ни торпед, ни москитов, банально не осталось. Там, где ранее летели подобные “подарки”, теперь либо по инерции летели обугленные обломки, либо плыли медленно расширяющиеся облака плазмы.

– Это невозможно… – Судорожно сглотнув ставшей вязкой слюну, прошептала офицер связи эльфийского крейсера. – Он… Уничтожил всё! ВСЁ! Даже одна торпеда не прошла его оборону! Не говоря уже про повреждения.

А “Рассекатель” всё ещё не двигался. Он просто стоял, наблюдая. На корпусе медленно вспыхивали линии – как будто под поверхностью пробуждалось нечто. Символы – не эльфийские, не известные ни одной расе. Они текли, менялись, словно живые. Хотя кому-то могло показаться, что всё это всего лишь игра света от ближайшей звезды, излучения ионного шторма, всё ещё бушующего поблизости, и обычной тени… Но не это сейчас было важно. Так как именно сейчас… Он ответил…

Первый выстрел не был похож на то, к чему привыкли все… Это был не артиллерийский огонь… Ни плазменный сгусток… Ни лазер… В носовой части этого странного корабля внезапно появилось свечение, которое резко вытянулось в прямой и длинный луч. Но, как уже было сказано ранее, это не был лазерный импульс. Это было нечто другое. Этот луч был более плотный и концентрированный. Казалось, что он даже имеет какую-то определённую массу. Он стремительно протянулся к одному из фрегатов и вонзился сначала в его силовое поле, которое яростно заполыхало, а потом просто с беззвучным хлопком исчезло. Луч же, не потеряв ни грана своей разрушительной силы, тут же вонзился в корпус этого фрегата. А потом, практически не задержавшись ни на мгновение, банально пронзил его насквозь. Сначала казалось, что особого вреда такой выстрел кораблю эльфов не нанёс… Просто пробил где-то в слабом участке основного тела его корпуса. Но так было не долго. Не прошло и десятой доли мгновения, как поражённый таким выстрелом корабль внезапно разбух, как испорченная консервная банка, после чего мощный взрыв просто разорвал корпус этого корабля на мелкие клочки.

Второй выстрел последовал ровно через три секунды. Словно кто-то не хотел дать эльфам даже такого времени на осмысление происходящего. На этот раз “Рассекатель” даже не изменил положения. Энергия, собравшаяся в разломе его носовой части, вспыхнула коротко – и вторая линия, похожая на горизонтальный разрез, прошла через второй фрегат.

В этот раз всё произошло куда быстрее. Защитное силовое поле фрегата эльфов даже не успело отреагировать, когда выпущенный по нему луч достиг центрального сектора корпуса корабля и, видимо, легко пробив броню, и пару модулей, повредил реакторную схему? Вырвавшаяся из неё энергия превратилась в стремительно расширяющуюся в разные стороны плазму. Так что, можно сказать, что взрыва, как такового, не было. Была просто аннигиляция. Яркая как солнце вспышка на том самом месте, где ещё недавно плыл в пространстве достаточно надёжный и неплохо вооружённый корабль. Она угасла так же стремительно, как и появилась. Только вот на её месте не было даже обломков, а лишь расширяющееся облако быстро остывающей плазмы, которая очень быстро исчезла в окружающем пространстве.

Тишина. Даже сенсоры фрегата огров, казалось, замерли в испуге, не выдавая ни сигнала, ни пика. Всё, что осталось от двух достаточно современных кораблей, особенно для Фронтира, это пара светящихся следов в ионизированном пространстве.

Судя по всему, эльфийский крейсер просто не успел открыть огня, чтобы поддержать своих товарищей. Сначала они готовились. Как ни крути, но более серьёзные системы вооружения требуют более длительной подготовки. Даже если эта подготовка исчисляется всего лишь минутами. Однако потом, когда атака оказалась безрезультатной, капитан крейсера задумалась о том, а не совершила ли она ошибку, отдав подобный приказ? Но затем, когда произошла эта жесточайшая и бескомпромиссная расправа сразу над двумя фрегатами, сопровождавшими крейсер, разум достаточно молодой, но при этом опытной эльфийки охватила паника. Ведь она прекрасно поняла, что противопоставить этому кораблю им было банально нечего. По крайней мере, они могли бы что-то сделать, если бы видели хоть какой-то результат от собственных атак. А так… Пользы никакой не было несмотря на то, что в их атаке одновременно участвовало не меньше десяти москитов, два фрегата и около двух десятков торпед. А полные и достаточно точные залпы батарей средних лазеров, имевшихся на борту фрегатов? Пользы от всего этого действительно не было никакой. Они даже не смогли просадить защитную оболочку этого корабля, в виде силового поля. Не говоря уже о том, чтобы попробовать нанести хоть какой-то вред самому судну. То есть, любой логически мыслящий разумный понял бы, что в данной ситуации даже вооружение крейсера не принесёт никакого результата. И нанести какой-либо урон этому кораблю они банально не смогут. По крайней мере до того, как тот нанесёт ответный удар. Тем более, что скорострельность такого оружия и время его перезарядки, которое было продемонстрировано с такой ужасающей эффективностью, никто просто не знал. И именно эти факты сейчас влияли на сознание капитана эльфийского крейсера, заставляя её всё больше погружаться в пучину паники. И тогда, поняв, что их противник не просто мощнее, а просто иной, капитан крейсера дрожащими голосом приказала:

– Отступление! Немедленно! Разгон на форсаже и прыжок! Слепой! Куда угодно!

Её панический крик, буквально сорвавшийся на визг, подстегнул всех замерших на мостике крейсера офицеров, заставив их суматошно начать действовать. Инженер, воспользовавшись своим допуском, фактически сорвал пломбы безопасности с системы управления двигателями, включив форсаж, и позволив им увеличить расход топлива, а заодно мощность, чтобы уменьшить время разгона до прыжка. Хотя после подобного “насилия” над ними, их износ будет настолько велик, что их будет проще списать на металлолом, чем отремонтировать. Но для возвращения на базу их ресурса должно было хватить.

Пилоты использовали специальные пирозаряды, имевшиеся в бортах крейсера на тот случай, если будет нужен будет экстренный разворот. Так как рассчитывать на обычные маневровые двигатели им сейчас просто не приходилось. Ведь их корабль был в этом вопросе достаточно медлителен. Подобное оборудование было запрещено использовать. Но сейчас речь шла о спасении жизни не только кого-то отдельно взятого, а всего экипажа, не говоря уже про корабль. Поэтому они не особо задумывались. К тому же резкие рывки от подобных ударов по корпусу корабля никогда не проходили бесследно. По сути, после такого подрыва пирозарядов обычно корабль отправляли на длительный ремонт на верфи? Это если его, так называемый, скелет – рама всё же достойно выдержала подобный удар… Однако, судя по тому, как за голову схватился инженер после разворота, если им и удастся вернуться на базу, то их крейсер, скорее всего, просто спишут. Снимут всё действующее оборудование, модули, а сам корабль спишут. Так как после подобных повреждений проще сделать новую раму, чем отремонтировать старую.