Хайдарали Усманов – Калейдоскоп миров (страница 44)
“
Мостик утопал в мрачном серебристом свете голограмм. После столкновения с пирамидой “Рассекатель” будто насторожился. Его системы мерно гудели, но в этом гуле слышалось что-то тревожное, как дыхание зверя, уловившего запах крови. Кирилл всё ещё сидел в капитанском кресле, пальцы сжимали подлокотники. На экранах медленно скользили строчки команд, сигналы диагностики, отчёты датчиков – и всё же в глубине данных мелькали ошибки, слишком неестественные, чтобы быть случайными.
– Все системы – на внутреннее сканирование. – Всё как следует осмыслив, тихо приказал он, не повышая голоса. – Поиск вторжения. Любое отклонение считать враждебным.
Его негромкие слова прозвучали, будто приговор. Мгновенно по всему кораблю прошёл рябью волновой сигнал, и “Рассекатель” вздрогнул, словно живое существо, что решило встряхнуться, счищая с себя невидимую грязь. В недрах корпуса начали гудеть сенсоры – активировались миллионы микросканеров, нанорадары и инфо-зонды, фактически новой метлой пробегая по всем секциям.
На голограммах вспыхнули силуэты членов экипажа – полупрозрачные контуры орков и эльфиек, находящихся в разных отсеках. Вокруг них появлялись метки идентификации:
"
Системы анализировали дыхание, импульсы, микропотоки биоэнергии. Корабль узнавал их, как зверь, различающий запах своей стаи.
– Доверие частичное. – Прошептал голос ИИ, глухой и резонирующий, будто шёл из самого корпуса, явно уловив не только эмоции самого Кирилла, но и систему взаимоотношений в команде. – Контроль продолжен.
На секунду Кириллу показалось, что в этом голосе слышится сомнение. “Рассекатель” колебался, проверяя, не обман ли это доверие.
В этот момент на одном из вспомогательных мониторов мигнуло красное предупреждение.
"
– Что там? – Кирилл мгновенно перевёл изображение на главный экран. Появившаяся там картинка двигалась легкими рывками. Камера наблюдения, установленная в верхнем углу узкого, залитого холодным светом коридора, показывала сервисного дроида. Он должен был заниматься уборкой мусора – механический уборщик старого образца, с шестью суставчатыми манипуляторами. Но сейчас один из его щупов был вставлен в порт доступа к системам управления энергией.
– Что он делает? – Хмуро произнёс Кирилл, сразу заподозрив в этом какой-то подвох. ИИ корабля ответил ему практически мгновенно, но с заметной иронией в тоне:
– Он пытается переписать приоритет команд. Уровень доступа растёт. Текущие данные… Классифицирую подобное нарушение протоколов как “заражение”.
Не успел Кирилл открыть рот, как потолочная секция коридора раскрылась. Оттуда плавно, без звука, выдвинулась сферическая турель противоабордажной обороны. Щёлк. Мгновение – и воздух прорезал ослепительный белый импульс. И взбунтовавшегося сервисного дроида разорвало на куски… У него практически не было ни единого шанса. Металлическое тело вспыхнуло, как бумага, искры рассыпались, и на стене остался только чёрный след от прошедшего насквозь импулься. Всплеск энергии прокатился по отсеку, и камеры зафиксировали вспышку – на одно короткое мгновение.
Но в этой вспышке Кирилл ощутил нечто чужое. Не просто перегрузку или цифровой шум… А… Крик… Тихий… Отчаянный… Почти человеческий. Но будто искажённый тысячами голосов одновременно.
Его голова на секунду откинулась назад, пальцы сами сжались на подлокотниках. По вискам прошла волна холода, как будто кто-то прижал к коже ледяные пальцы.
– Зафиксировано… – Начал ИИ, но Кирилл тут же перебил его, едва выдохнув:
– Я слышал.
На мгновение тишина повисла в воздухе. Системы продолжали сканирование, но теперь отчёты стали резче, словно “Рассекатель” уже и сам почувствовал тревогу капитана.
– Идентификация сигнала невозможна. – Наконец произнёс корабельный интеллект. – Но остаточная энергетическая подпись совпадает с фрактальными структурами уничтоженной пирамиды.
Кирилл нахмурился, глаза метнулись к центральной панели, где плавала голограмма модели корабля. Там, где раньше был технический отсек Б-14, теперь тлела тёмная отметина, будто ожог на коже.
– Продолжить поиск. Весь корабль – под тотальную зачистку. Перепроверить все дроны, все сервисные узлы. Всё, что хоть на секунду имело связь с системами связи – уничтожить.
Голос его был спокоен, но в нём не было ни капли сомнения. А “Нокс”, а именно так теперь звали ИИ “Рассекателя”, ответил мгновенно:
– Принято. Полная стерилизация.
Загудели воздуховоды. Секционные двери опустились, из щелей повалил сухой пар. Слышался тихий треск – микроволновые очистители прожигали каждую частицу, каждую нейросеть, в которой мог затаиться след чужого присутствия.
Кирилл сидел неподвижно, наблюдая, как на голограмме один за другим вспыхивают и гаснут красные маркеры – сектора, проходящие очистку.
И всё же, даже когда последняя метка потухла, в глубине его сознания всё ещё отзывался тот крик. Не звук – эхо. Как будто кто-то вцепился в его разум и не отпускал.
Он медленно и устало провёл ладонью по лицу, глядя на безмолвные экраны.
– Похоже, ты всё же что-то передала, тварь… – Глухо пробормотал он, глядя в темноту. – Но я выжгу даже твою память.
ИИ отозвался тихим, будто одобрительным гулом:
– Поддерживаю. Протокол “Очищение разума” активирован.
И где-то глубоко, под сотнями палуб, вновь шевельнулась слабая тень – остаточный сигнал, неуловимый, как сон, но всё ещё живой. Уже и сам корабль “Рассекатель” будто медленно втягивал дыхание. Его системы, ещё недавно гудевшие в хаотичном ритме, постепенно начали подстраиваться под ритм Кирилла – ровный, глубокий, почти незаметный. На уровне интерфейсов происходило нечто большее, чем просто передача команд. Взаимная настройка… Слияние… Словно корабль пытался угадать не только слова, но и мысли капитана.
Поначалу Кирилл воспринимал это как случайность. Когда он направлял взгляд на голограмму и мысленно вызывал карту ближайших отсеков – та вспыхивала сама собой, без касания интерфейса. Когда он лишь представлял себе, что стоит перенаправить энергию в турболазеры, корабль уже начинал процедуру зарядки.
– Реакция на мысленные команды? – Тихо пробормотал он, сжимая виски. “Нокс” ответил тихо, но с оттенком чего-то, что напоминало… довольство… или даже удовлетворение от произведённого эффекта.
– Совпадение когнитивных частот. Ваш мозговой импульс частично синхронизировался с управляющим ядром. Корабль принимает вас как источник управления.
– Не как пилота. – Хмуро уточнил Кирилл. – А как хозяина.
– Как носителя высшего приоритета. – Слегка поправил ИИ. – Разум корабля признал вас “связью”.
На миг всё пространство вокруг будто ожило. Стены мостика мягко дрогнули, по ним прошла едва ощутимая вибрация, и Кириллу показалось, что корабль слышит. Не через сенсоры, а прямо через саму материю металла. Каждая панель, каждая линия освещения, каждая жилка проводов внутри корпуса отзывалась на его присутствие.
Он поднял руку – и свет вокруг чуть изменился, будто подчиняясь жесту.
Повернул ладонь – и где-то внизу, в машинном отсеке, запульсировали силовые контуры, меняя направление потока энергии. Это было странное ощущение – как если бы весь корабль стал продолжением его тела, гигантским экзоскелетом из сплава, энергии и древнего сознания.
– Интересно. – Всё также тихо пробормотал он. – Так вот что значит быть частью системы.
ИИ будто слушал его мысли, не вмешиваясь. Даже его голос стал мягче, почти человеческим:
– Корабль создан для связи с живым оператором. Но предыдущие капитаны… Не выдержали. Их разум разрушился при попытке синхронизации. Ваш мозг адаптировался. Неизвестно, почему.
Кирилл ухмыльнулся, хотя внутри чувствовал тревогу.
– Возможно, потому что я человек… – Сказал он глухо. – И мыслю другими категориями… Не совсем машинными.
Он снова сел в кресло. Высокая и даже вычурная спинка чуть согнулась, будто подстраиваясь под его позвоночник. Сенсоры контактировали с телом, выстраивая сеть обратной связи – и в следующий миг Кирилл ощутил корабль. Не глазами, не слухом, а так, как человек ощущает собственные мышцы.
Он чувствовал гравитационные компенсаторы, как будто это были суставы… Чувствовал движение энергопотоков – как будто его собственная кровь бежала по сосудам… Чувствовал даже пространство вокруг корабля – тысячи километров пустоты, отражённые радарами и сенсорами, как будто кожа корабля ощущала холод космоса…
– Я вижу всё… – Поражённо выдохнул он.
И действительно – на экранах больше не было нужды. Пространство перед ним раскрылось во всех направлениях, и в этом ощущении не было границ. Он знал, где каждая переборка, каждый дрон, каждая искра в плазменных трубах. Он знал, что вторая пирамида также приближается к ним – не по данным сенсоров, а так, словно кто-то вонзал холодную иглу в его “спину”.
ИИ заговорил вновь – теперь уже словно шёпотом, эхом в его сознании:
– Соединение установлено. Приоритет капитана – абсолютный. Все системы подчинены напрямую.
Кирилл медленно закрыл глаза. В этом слиянии он ощущал, что мысль – это команда, а воля – это действие.
Он представил, как “Рассекатель” активирует и наводит свои орудия – и где-то внизу, в недрах корабля, турболазерные батареи послушно разворачивались, заряжаясь алым светом.