Хавьер Муньос – Ларри Топпер и волшебный мир Ховкрафтса. Книга 1 (страница 23)

– Да что происходит?.. – спросил Роб, недоумевая от того, что Гармония внезапно села на землю и начала дрожать как осенний листик от воображаемого поцелуя Дубиэля.

– Ничего, Роб. Пойдемте скорее! Мы должны рассказать Альбену о том, что обнаружили… И ОБО ВСЕМ ТОМ, О ЧЕМ ДОГАДАЛИСЬ ЕЩЕ РАНЬШЕ! Потому что одно дело – бороться со Снейком и его злодеяниями, и совсем другое – допустить, чтобы Молдеворт приобрел могущество и снова стал наводить ужас на весь волшебный мир, – сказал я Робу, протягивая руку Гармонии и помогая ей подняться.

Сразу после этого мы побежали по Ховкрафтсу так быстро, как не бежали даже тогда, когда нас преследовала огромная стая чешуйниц. Так быстро, как Гармония хотела бы убежать от романтически настроенного Дубиэля. И даже быстрее, чем Молдеворту нужно потреблять грибы со спин грибных коров, чтобы поддерживать свою жизнь – пусть и такую слабую, что он не смог справиться даже со мной…

– Что вы здесь делаете? – профессор Мак-Гухан преградила нам путь, увидев, каким решительным шагом мы приближались к кабинету Альбена.

– МЫ… НАМ НУЖНО… УФ-Ф-Ф… НАМ НУЖНО ПОГОВОРИТЬ С АЛЬБЕНОМ ЛИЧНО! – сказал я, потный и уставший от бега.

– Сегодня этого сделать не получится, – ответила она, превращаясь в оцелота по мере того, как ее лицо становилось все серьезнее, а ситуация – все более напряженной.

– ЧТО? – возмутились мы втроем.

– У Альбена возникла чрезвычайная ситуация, из-за которой он не может уделить вам время.

– НО НЕТ БОЛЕЕ ЧРЕЗВЫЧАЙНОЙ СИТУАЦИИ, ЧЕМ ТА, О КОТОРОЙ МЫ ХОТИМ РАССКАЗАТЬ! – попытался объяснить я преподавательнице, параллельно пытаясь рассмотреть, что такого чрезвычайного происходит в кабинете Альбена.

К моему удивлению, оцелот сделал шаг в сторону и дал нам всем заглянуть в кабинет.

– Довольны? – сухо спросила Мак-Гухан.

– ГДЕ АЛЬБЕН?!

– Я не буду углубляться в подробности, но ему пришлось уехать по эстетическим причинам.

– Это каким?

– Судя по всему, какие-то негодяи нарисовали у него на лбу кучу призраков, на лбу которых были другие призраки… В общем, это были призраки в призраках в призраках, которые…

– Да, мы поняли, – оборвал ее я. – НО КОГДА АЛЬБЕН СМОЖЕТ ВЕРНУТЬСЯ В ХОВКРАФТС?

– Через неделю. Или, может быть, две. Я не знаю, я не его секретарша, Топпер. А теперь возвращайся в спальню, если не хочешь, чтобы я сняла у факультета Нижнего мира еще несколько очков за ночные гуляния по замку! То же самое касается и вас! – сказала Мак-Гухан Робу и Гармонии.

После этого она зашла в кабинет Гаста и громко захлопнула за собой дверь:

«ЗАСКА!»

– Уверен, что Снейк тоже рано или поздно узнает, что Альбена нет в замке, если уже не узнал! – угрюмо сказал я.

– И теперь, когда он прочитал ту книгу о разорителе с двумя с половиной головами, у него появилась прекрасная возможность проверить свои новые знания на практике! – продолжила Гармония.

(И тишина.)

– Роб, твоя очередь продолжить мысль! – воскликнули мы со всезнайкой, тем самым заставив пустую голову Роба задуматься, чтобы поспеть за нашим ходом мысли.

– А, да, простите, отвлекся на посторонние мысли о ерунде… Я вот что думаю: раз в замке нет Альбена, который мог бы помешать Снейку и защитить яйцо, и если Снейк действительно осилил всю книгу о разорителе с двумя с половиной головами, то У НЕГО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЕСТЬ ВСЕ ШАНСЫ ДОБРАТЬСЯ ДО ЛЮКА, ПЕРЕХИТРИТЬ РАЗОРИТЕЛЯ И ВЫКРАСТЬ ДРАГОЦЕННОЕ ЯЙЦО!

– Вау, молодец, Роб! – воскликнула Гармония.

– Я думал, что ты не способен на такие длинные и сложные логические цепочки, – шутливо подхватил я.

– Спасибо-спасибо! – смущенно поблагодарил нас Роб. – Но это еще не все.

– Так, и что же ты еще надумал? – спросил я, в очередной раз пораженный интеллектуальными способностями снежного голема.

– ЧТО СЕЙЧАС ТОТ САМЫЙ МОМЕНТ, КОГДА НАМ ВТРОЕМ НУЖНО СПАСТИ ВОЛШЕБНЫЙ МИР!

– Что? Нет-нет-нет… Я думал, будет что-то в этом духе, но про Альбена… – признался я.

– Да, я тоже. В конце концов, что трое новичков с первого курса могут противопоставить Снейку? – согласилась со мной всезнайка.

И у Роба едва не треснула тыква от волны разочарования, которая его накрыла. Поэтому почти сразу пришлось прекратить наш импровизированный спектакль:

– ЭТО ШУТКА, РОБ! – захохотали мы.

И, схватив голема за обе ветки, мы с Гармонией потащили его вперед.

– К ЛЮКУ! – воскликнули мы, чувствуя эйфорию от того, что нам предстоит спасти целый волшебный мир. И ладно, если бы мы действительно были подходящими кандидатурами для такой серьезной миссии, но:

> Гармония была обычной деревенской жительницей, которая не приспособлена ни к чему, кроме того, чтобы таскать книжки из библиотеки и проглатывать их одну за одной по ночам;

> Роб просто был собой. Как вы думаете, что снежный голем с пагубным пристрастием к сладостям может выдвинуть против величайшего злодея, которого когда-либо знал волшебный мир? Наверное, только свою абсолютно пустую тыкву;

> я еще совсем недавно жил на грязном чердаке в почти рабских условиях, созданных моими дядей, тетей и идиотом Дубиэлем.

Возможно, я сам серьезно не поменялся за время пребывания в Ховкрафтсе, но вот злодеи в моей жизни явно стали серьезнее.

Когда мы приблизились к залу с разорителем с двумя с половиной головами, то сначала замедлили шаг, а потом и вовсе остановились, чтобы прислушаться и убедиться в том, что рядом с нами все еще никого не было. В конце концов, Снейк мог появиться когда угодно и где угодно… А если бы это оказался не он, а кто-нибудь похуже! И ПОЧТИ ТАК И ПРОИЗОШЛО!

– Вы не пройдете! – внезапно закричал из темноты самый уродливый из всех пиглинов, которых, к сожалению, допустили на факультет Нижнего мира.

– ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ ДЕЛАЕШЬ, НИЛ НОСКА?

– Носке, – поправил он меня.

– Я знал, что надо было выбросить его за борт еще в самом начале, когда у нас была такая возможность! – сердито промычал Роб, приближаясь к Нилу с высоко поднятыми ветками, чтобы нанести ими хороший удар.

Однако массивные руки Нила без труда отразили удар снежного голема и оттолкнули его прочь.

– Мне надоело, что факультет Нижнего мира постоянно теряет очки из-за вас троих! – прокричал Нил. – Потому что знаете, что приходится делать остальным, чтобы не уйти в минус? Соблюдать все правила и делать уважительное лицо даже перед теми, кто этого не заслуживает! ДАЖЕ ПЕРЕД УЧИТЕЛЯМИ, КОТОРЫЕ БРЫЗЖУТ СЛЮНОЙ, КОГДА РАЗГОВАРИВАЮТ!

– Зачем ты занимаешься травологией, если в Ховкрафтсе нет экзаменов? – спросил я Нила.

– Чтобы убедиться в том, что я становлюсь лучше как волшебник. А ты как думаешь?

– Что с такими рассуждениями тебя должны были отправить на факультет Тайги… – ответил я.

Пока до Нила доходил смысл моих слов, Гармония, судя по всему, уставшая от того, что ее считают всезнайкой, которая учит все, но ничего не применяет в жизни, произнесла:

– ФИКУС ТОТАЛУС!

И Нил повалился на бок – зеленый, как настоящий фикус, с ветками и листьями, торчащими отовсюду.

Как только Нил перестал быть препятствием на нашем пути, мы аккуратно двинулись к двери зала с разорителем. И невольно дернулись от того, что увидели, ВЕДЬ ДВЕРЬ К РАЗОРИТЕЛЮ ОКАЗАЛСЬ РАСПАХНУТА НАСТЕЖЬ!

– СНЕЙК ОПЕРЕДИЛ НАС! – констатировала всезнайка.

Мы вбежали в комнату и убедились в этом собственными глазами.

Разоритель мирно храпел в углу, и ничто не могло потревожить его сон. А это значит, что кто-то нарочно усыпил его и оттащил от люка, чтобы пробраться внутрь. Но мы не могли понять, что могло заставить это чудовище спать таким крепким сном. До тех пор, пока не увидели рядом с ним ЖАБУ В ОГРОМНОЙ ШЛЯПЕ, КОТОРУЮ Я УЖЕ ТОЧНО ГДЕ-ТО ВИДЕЛ И КОТОРАЯ ОДНИМ СВОИМ ВИДОМ И ОТСУТСВИЕМ ВСЯКОГО СЛУХА НАВЕВАЛА УЖАСНЕЙШУЮ ДРЕМОТУ И СКУКУ!

– Когда Харви говорил, что разоритель чувствителен к музыке, он что, имел в виду ЭТО? – прошептал Роб.

Как бы то ни было, ЭТО сработало. И Снейк (или кто там опередил нас) пробрался в люк, оставив жабу в гигантской шляпе петь безвкусные песни о любви рядом с самой большой из двух с половиной голов разорителя.

– Спасибо за помощь, я не забуду тебя! – прошептал я жабе, пока мы тихо спускались по ужасно скользким ступенькам на еще более глубокий уровень замка.

– Осторожно, ребята… Умоляю вас, будьте осторожны… – прошептала Гармония, аккуратно спускаясь вниз и затаив дыхание. Прямо перед ней простиралась очень длинная шаткая лестница, которая устремлялась так глубоко в подземелье, что ни один из нас не видел ее конца.

– Конечно-конечно, Гармония, – автоматически ответил я.

Если честно, мои мысли были заняты другим: я так отчаянно пытался вспомнить, где видел эту жабу с ее унылым пением, что на полпути к подземелью споткнулся о собственную ногу и стремительно полетел вниз. Точнее, мы полетели, потому что, падая, я инстинктивно схватился за Роба, из-за чего тот тоже стал падать и инстинктивно схватился за Гармонию. В итоге бедняжка приняла на себя почти все шишки, так как была легче всех, и из стороны в сторону ее швыряло гораздо сильнее, чем нас.

– А-А-А-А-А-А-А-А-А! – орали мы с каждой секундой все громче.

Хотя, честно говоря, мы с Робом кричали скорее за компанию, чтобы поддержать Гармонию, потому что она явно страдала больше всех, принимая удары от нас и всех поверхностей, попадающихся на пути.

– Помогите мне остановиться, помогите остановиться! – закричала Гармония.