Харпер Смит – Истинная вождя нарксов (страница 4)

У них не хватало женщин. Последняя война племен унесла слишком много жизней. Девять свободных самок на почти сорок самцов. Остальные были или слишком молоды, или больны, или уже слишком старые, чтобы выносить потомство. Священная связь к’тари образовывалась только между парой, которая могла принести в мир детенышей.

Стоило Дарахо увидеть странную маленькую самку, как в его груди зажегся огонь. Он прокатился по всему телу, воспламеняя нервные окончания. Рык вырвался из горла. Он должен был сделать ее своей.

Когда он швырнул ее за свою спину, прикрывая от бледной, щелкающей твари с огненной палкой, он сделал это по зову к’тари, требующей защитить свою пару любой ценой.

Он убил ее врага не просто в ярости. Он растерзал его с ликованием, с дикой, экстатической жестокостью, потому что каждая капля чужой крови была клятвой: «Никто не коснется той, что принадлежит мне».

А теперь она сидела у подножия дерева, его к'тари, и он мог рассмотреть ее. И чем больше он смотрел, тем сильнее было изумление, смешивающееся с жгучим желанием.

Она была хрупкой, со сливочно-белой кожей и темными спутанными волосами. Без здорового фиолетового или синего оттенка, без защитных светящихся узоров. Лишь щечки и уши были чуть розоватыми. Как она выжила, будучи такой мягкой?

Распахнутые глаза цвета пасмурного неба, голубые, полные воды, которая стекала по ее щекам. Он никогда не видел таких глаз. Ее пухлые розовые губки были приоткрыты. Самка быстро дышала. Ее упругая небольшая грудь поднималась и опускалась. Это возбуждало и смущало одновременно.

Дарахо протянул руку и прикоснулся к ее лицу. Кожа была разгоряченной и нежной. Самка дрожала и пахла сладко, как нектар. Ее запах сводил с ума.

Он хотел спросить ее имя. Открыл рот, но вместо слов из груди вырвался лишь низкий стон желания. Дарахо хотел ее, прямо здесь и сейчас. Прижать к земле, вдохнуть ее стон, почувствовать, как это мягкое тело извивается под ним, смешать их запахи так, чтобы ни у кого не осталось сомнений она отмечена им, она принадлежит ему. Инстинкты требовали закрепить связь, утвердить право.

Его пальцы скользнули по странной, тонкой ткани, скрывающей ее тело, нащупали округлость груди. Она была маленькой, помещалась в его ладони. Ее сердцебиение, частое, как трепет пойманной птицы, отдавалось у него в ладони, когда он прижал руку к ее груди. Жар желания вспыхнул с новой силой.

И тут он почувствовал ее страх в полную силу. Не настороженность, а леденящий, парализующий ужас. Кислый запах исходил от нее волнами, заглушал ее истинный аромат. Она смотрела на него, как на чудовище. Не на самца, достойного связи, а на врага, насильника, на смерть. Пыталась оттолкнуть маленькими ручками.

Досада, горькая и острая, кольнула сердце. Почему она боится? Разве она не чувствует зов? Разве ее кровь не поет в унисон с его? Или… или он недостоин? Может, его шрамы слишком уродливы?

Дарахо отшатнулся. Его собственный рык, теперь полный разочарования и смятения, вырвался наружу. Он отвернулся, не в силах смотреть в эти полные слез дождевые глаза. Он зашагал по поляне, пытаясь вышибить из головы ее запах, унять бурю в крови. Хвост нервно бил по воздуху, выстукивая ритм его негодования.

— К'тари, — бормотал он сам себе, снова и снова, как заклинание.

Он оставил ради нее своих товарищей, унес ее подальше от опасности, а она его отвергла. Дарахо чувствовал себя идиотом.

Краем глаза он вдруг уловил движение. Она вскочила и… побежала. Все внутри Дарахо замерло на мгновение, а потом взорвалось ликующим пониманием.

Охота.

Конечно! Как он мог быть таким глупым? Она не боится. Она согласна, просто следует древнему пути! Самка бежит, проверяя силу, ловкость и решимость самца. Она дает ему шанс доказать, что он достоин быть ее парой, что он сможет догнать и удержать ее. В их племени самки быстрее, изящнее, они рождены, чтобы ускользать. Это брачная игра, танец выживания и желания.

Вся досада и недоумение испарились, сменившись чистейшим, диким азартом. Его губы растянулись в оскале. Сердце забилось быстрее от предвкушения. Его к'тари не была слабой или испуганной. Она была мудрой! Она знала обычаи, даже будучи чужеродной. Она бросила ему вызов.

Дарахо издал новый рык, полный торжествующей радости. Она была не похожа на сильных высоких женщин его племени. Без мощного хвоста для баланса, с тонкими длинными ножками и небольшими стопами, самка была медлительна и часто спотыкалась, но он дал ей фору, чтобы они оба смогли насладиться игрой.

«Беги, моя к’тари», — подумал он, и его тело напряглось. — «Покажи мне, на что ты способна. А я покажу тебе, что достоин быть твоим».

И с мощным толчком, от которого содрогнулась земля, Дарахо ринулся в погоню. Охотник, наконец-то нашедший свою истинную пару.

«К’тари».

Глава 6. Аиша

Сердце Аиши колотилось, будто пыталось вырваться из груди. Ноги заплетались в лианах, ветки хлестали по лицу и рукам, оставляя тонкие, горящие полосы. Она бежала, не глядя, движимая одним инстинктом — оказаться подальше от фиолетового монстра, от его обжигающего взгляда и странных, пугающе приятных прикосновений.

Убежать. Спрятаться. Переждать.

Джунгли пугали. Воздух был густым и тяжелым, дыхание, сбитое бегом, давалось тяжело, перед глазами начало плыть. Вокруг слышались щелчки, шелест, шорохи, от которых холодела спина.

Аиша споткнулась о скользкий корень и едва удержалась, ухватившись за ствол какого-то дерева с шершавой, липкой корой. Остановилась на секунду, чтобы отчаянно глотнуть воздуха. В ушах шумело. Она огляделась: удалось оторваться?

И тут же из зарослей прямо перед ней выпрыгнул монстр. Несмотря на пробежку, он совсем не запыхался. Еще и выглядел невероятно довольным.

Паника снова ударила в голову. Аиша рванулась в сторону, но было уже поздно. Он настиг ее одним стремительным движением, но не сбил с ног, а будто бы обвил своим телом, поймав в ловушку из рук и плотно прижал к себе. Запах его кожи, крови и чего-то дурманяще пряного накрыл ее с головой. Она вскрикнула, начала молотить кулаками по его груди, по плечам, но это было бесполезно. Монстр уложил ее на траву, нависнул всем своим огромным телом.

— Нет! Отстань! Пусти! — От криков Аиши несколько птиц взметнулись с веток и с шумом разлетелись в стороны.

Он что-то низко прорычал в ответ. Большие пальцы с неожиданной ловкостью зацепились за тонкий материал платья на плечах. Раздался резкий, рвущий звук. Ткань легко поддалась, разойдясь на части. Прохладный воздух джунглей коснулся обнаженной кожи. Сквозь страх вдруг скользнуло неуместное возбуждение. Внизу живота сладко потянуло.

— Нет, не трогай! Не смей! — Аиша забилась в истерике, пытаясь прикрыться руками, но он ловко отводил их в сторону, его движения были быстрыми и решительными. Еще один рывок, и платье сползло с нее полностью. Она осталась почти обнаженной перед этим чужим существом.

Он жадно рассматривал ее тело, обводя руками плечи и грудь, накрыл большими ладонями холмики и чуть сжал. У Аиши невольно вырвался стон. Она ждала, что он будет груб, причинит ей боль. Но монстр смотрел на нее с каким-то восторгом и действовал нежно, словно боясь сломать.

Когда он склонился над ней, его горячее дыхание обожгло кожу. Аиша зажмурилась, готовясь к худшему, но его нос лишь коснулся щеки, а затем век и, наконец, спустился к губам. Он обнюхивал ее, как животное.

Аиша резко вздохнула, приоткрыв рот, и монстр остановился. Высунул язык и… лизнул.

— Перестань, — тихо попросила девушка, ее ладони лежали на его груди, но она больше не пыталась его оттолкнуть.

От него так приятно пахло, голова кругом шла. И эти мышцы. Аиша царапнула его грудь ноготками, а он вдруг одобрительно заурчал и снова лизнул, а она его укусила.

Хотела остановить, но вместо это кажется сделала ему приятно, потому что он на укус не рассердился, а вдруг прижал свой рот к ее и запустил язык.

Целоваться этот инопланетный мужик не умел, и Аиша не собиралась его учить, разве что немного. Поцелует в ответ и, может, он ее тогда отпустит.

Она убеждала себя, что просто пытается выжить, вот только правда была в том, что этот фиолетовый парень быстро учился и целовать его было приятно. По всему телу пробежало желание. Дикое, иррациональное, чуждое ее испуганному сознанию, желание. Ее собственное тело предавало ее, отвечая на прикосновения.

Она хотела его. Боже, она хотела этого дикаря с клыками и горящими глазами! И этот конфликт, между животным страхом и таким же животным влечением, сводил с ума.

Его поцелуи стали спускаться ниже. По шее, по ключицам, по груди. Она застонала, не в силах сдержаться.

Он опустился еще ниже. Сильные руки раздвинули ее бедра. Аиша замерла, не зная как реагировать, попыталась вырваться, но он дернул ее обратно, набрасываясь на нее с голодным остервенением.

Волна совершенно нового, ослепительного ощущения накрыла ее с головой, смывая на мгновение и страх, и мысли. Она вскрикнула, ее пальцы вцепились в его черные волосы, собранные в хвост, не зная, толкнуть ли его прочь или притянуть ближе.

Он вылизывал ее жадно, запуская язык глубоко внутрь, возвращался к губам, ласкал клитор, посасывал его, чуть задевая клыками, заставляя ее дергаться и биться в своих руках.

Ее тело выгнулось, полностью отдаваясь странной, жгучей неге, которую он дарил. Мир сузился до этих ощущений, до его низкого, одобрительного рыка, до огня, разливающегося по ее жилам.