Хармони Уэст – Утонуть в тебе (страница 33)
Мое сердце бешено колотится, и я испытываю искушение бежать со всех ног обратно в Норен-Холл.
При более детальном рассмотрении фотографии видно, что на мне другая одежда и солнце все еще высоко. Но он знает, где я. Он каким-то образом выследил меня.
Он уже был здесь. Он знает, как меня найти, и может появиться снова в любое время. Когда я буду меньше всего этого ожидать. Когда я буду совершенно одна и уязвима. Точно так же, как он, Стивен и Кейд нашли меня той ночью.
Неужели я ничему не научилась? Я такая идиотка.
Слезы щиплют мне глаза. Жаль, что я не могу поговорить с Десятым. Хотела бы я довериться ему, как делала всегда, и он утешил бы меня так, как умеет только он. Но прошло несколько недель с тех пор, как я в последний раз получала от него сообщение. Недавно я пережила одни из самых больших перемен в своей жизни, а он игнорирует меня. Очевидно, что ему уже все равно, и я должна перестать надеяться на то, что снова получу от него весточку.
Но я не могу отказаться от него. И я злюсь на себя за это не меньше, чем на него.
В порыве гнева я набираю сообщение.
Сиенна
Позади меня раздается хруст.
На тускло освещенной парковке я замечаю красный цвет. Тот самый “Кадиллак”, который был припаркован у бара.
Я торопливо иду по тротуару. Мне нужно убираться отсюда к чертовой матери. Куда-нибудь, где есть люди, где будут свидетели, если он доберется до меня.
Когда я заворачиваю за угол, на моем пути появляется человек в маске.
Крик вырывается из моего горла.
Четверо здоровенных мужчин в масках разражаются хохотом.
— Срань господня! — Нокс поднимает маску и хрипит, согнувшись в талии. — Ты бы видела свое лицо!
Я шлепаю его по руке.
— Что, черт возьми, с вами не так?
Позади него Уэс и Дэмиен расплываются в ухмылках. Единственный, кто оставляет свою маску на месте, — это Финн, его худощавое, прекрасно вылепленное лицо полностью скрыто под маской с крестами на месте глаз и рта.
— Тебя легко напугать. — Ухмылка Дэмиена не сходит с лица, пока он произносит эти слова.
— Вы — четверо громил в масках в темноте. Конечно, я закричу.
— Не знаю насчет четверых. — Дэмиен хлопает Уэса по плечу. — Но мы втроем можем заставить тебя кричать.
Сияющие глаза Нокса загораются, и я признаю, что маски действуют на меня. Я люблю всякие извращения, но я не думаю, что смогу справиться с тремя здоровенными хоккеистами одновременно. Восстановление займет недели.
Не говоря уже о том, что ни один из них не является тем “Дьяволом”, о котором я фантазирую. Никто из них не похож на “Дьявола”, который заставил меня кончить сильнее, чем я кончала когда-либо в своей жизни — дважды. Вот только я совершенно точно, на тысячу процентов, не должна мечтать об
— В любом случае, что вы все здесь делаете?
— Нас прислал Люк, — говорит мне Уэс, и их улыбки становятся жуткими.
Что, черт возьми, это значит? Это прозвучало скорее как угроза, чем как объяснение.
— За чем?
Низкий, тихий голос, не более чем шепот, раздается прямо у моего уха.
— За тобой.
Прежде чем я успеваю открыть рот, чья-то рука накрывает мои губы. Другая закрывает мои глаза.
Без единого предупреждения они хватают меня.
«Дьяволы» тащат меня, брыкающуюся и кричащую, в дом, который они делят. По крайней мере, я пытаюсь брыкаться и кричать, вырываясь из их хватки.
Если бы Люк знал, что на самом деле произошло со мной там, в Уэйкфилде, позволил бы он своим товарищам по команде так поступить со мной?
Может быть, они лгали. Может быть, он понятия не имеет, что они задумали. Но никто из них и словом не обмолвился о своих планах на мой счет, пока Уэс увозил нас за пределы кампуса.
Но далеко мы не уехали. Мое сердце бешено колотится, когда мы останавливаемся перед домом на Ламонт-Роу.
— Пойдем, красавица. — Хватка Нокса на моей руке становится нежнее. — Давай отведем тебя внутрь.
— Что вы делаете? — Спрашиваю я в десятый раз. — Я буду кричать.
Я едва сопротивлялась, когда Маркус, Стивен и Кейд схватили меня. Если "Дьяволы" захотят сделать то же самое, я буду сопротивляться зубами и ногтями, изо всех сил, что во мне есть.
Медленная, опустошающая улыбка расползается по лицу Дэмиена с другой стороны от меня, прежде чем его рука накрывает мой рот.
— Тогда нам придется заставить тебя замолчать, не так ли?
Несмотря на то, что я извиваюсь в их объятиях, как дикая кошка, им вчетвером удается затащить меня внутрь без особых усилий.
В тускло освещенном доме мое сердце готово выпрыгнуть из груди. Пара кроссовок валяется посреди кухни, джерси брошено на столешницу, в раковине гора посуды.
Это их дом. Дом “Дьяволов”.
Дэмиен наконец убирает руку с моего рта. Они больше не беспокоятся о том, чтобы заставить меня молчать.
— Отпустите меня!
Нокс, Дэмиен и Финн не скрывали, что хотят поделиться мной в постели. Но Уэс? Он безнадежно предан Вайолет. Зачем ему участвовать в этом?
Если только он не планирует поиметь и меня. Это делает его еще большим подонком, чем все остальные, если это вообще возможно. Вайолет просто ангел по сравнению со всеми ними. Держу пари, она и понятия не имеет, чем занимается ее парень.
Что они все собираются со мной сделать.
— Он сказал, что тебе не разрешается выходить, пока в его комнате не будет наведен безупречный порядок. — Уэс кивает в сторону коридора, и мой желудок резко сокращается.
— Кто? — Я заставляю себя произнести это слово, хотя уже знаю ответ.
— Твой сводный брат. — Нокс ухмыляется мне. — Он сказал, что ты ему должна.
Я складываю руки на груди.
— И что? Я теперь его слуга?
Нокс пожимает плечами, а Финн все еще не снял маску, — он более расслаблен, когда его красивое лицо скрыто.
Я знаю, что Люк на самом деле не просил своих товарищей по команде похитить меня, чтобы я играла роль горничной.
Люк не может на самом деле планировать держать меня здесь. Другие “Дьяволы” знают, кого он запер в своей комнате. Не может быть, чтобы они ничего не заподозрили.
В одну минуту он — рыцарь в сияющих доспехах, принц, которого я не заслуживаю. А в другую — Дьявол, во всех смыслах этого слова.
И все четверо одинаково ужасны, раз пошли на это. Раз они сделали грязную работу за Люка.
— Ты трахаешься со своим сводным братом? — Дэмиен складывает руки на груди, выпячивая огромные бицепсы.
Все трое ухмыляются, и я уверена, что Финн под своей маской делает тоже самое.
— Нет! — Я прикусываю губу, надеясь, что это слово прозвучало не слишком оборонительно, хотя это правда. Я не трахаюсь с ним — это случилось только однажды, и с тех пор больше не повторялось. Но я не могу быть уверена, что этого больше не произойдет.