Харлан Кобен – Всего один взгляд. Невиновный (страница 170)

— Подсуньте под дверь карточку. Я хочу позвонить в вашу контору и проверить, числятся ли там такие сотрудники.

Великан Доллинджер пожал плечами, кривая ухмылка не сходила с его лица. Вот он заговорил, впервые за все это время.

— Само собой. Как скажешь, Кэнди.

Оливия нервно сглотнула. Гигант полез в бумажник, достал карточку, подсунул под дверь. Смысла звонить и проверять не было. Карточка выглядела подлинной, ее украшала выпуклая печать, к тому же Кэл Доллинджер, являвшийся специальным агентом из отделения ФБР в Лас-Вегасе, передал ее без колебаний.

Оливия отперла дверь. Адам Йейтс вошел первым. Кэл Доллинджер, пригнувшись, чтобы не удариться головой о притолоку, вторым. И так и остался стоять у двери, скрестив руки на груди.

— Погодка сегодня выдалась славная, — заметил Йейтс.

И тут Доллинджер закрыл дверь.

Глава 49

Лорен Мьюз кипела от ярости.

Она уже собралась позвонить Эду Штейнбергу и пожаловаться, как скверно обошелся с ней Йейтс, но решила, что делать этого не стоит. Получится, будто маленькая леди не может сама о себе позаботиться. Чуть что, бросается звонить боссу, умолять о помощи. Нет, такого удовольствия она им не доставит.

От расследования Лорен никто еще не отстранил. Что ж, прекрасно, это все, чего она хотела. Это ее шанс. Лорен принялась раскапывать информацию о Кимми Дейл, соседке Кэндес Поттер. Это было не сложно. У Кимми имелись приводы за проституцию. Вопреки расхожему мнению, проституция в округе Кларк, куда входил Лас-Вегас, считалась занятием незаконным.

Один из инспекторов по надзору, ветеран Тейлор, жил и работал там уже давно. Лорен позвонила ему. Оказалось, он прекрасно помнит Кимми.

— Ну что тебе сказать? — начал Тейлор. — История детства Кимми Дейл весьма печальна, впрочем как и у большинства подобных девушек. Ты когда-нибудь слушала выступления Говарда Стерна по радио?

— Конечно.

— Слышала, как он представляет стриптизерш, участниц программы? Поначалу вроде бы шутливо так спрашивает: «В каком возрасте вы впервые подверглись насилию?» И у них всегда находится ответ. Абсолютно всегда. Они сидят и рассуждают о том, как здорово раздеваться догола, и они сами сделали свой выбор, и ля-ля-ля. Но за всем этим всегда есть что-то такое в их прошлом. Смекаешь, о чем я?

— Да.

— Так вот, Кимми Дейл — еще один классический случай. Она сбежала из дома и начала заниматься стриптизом лет в четырнадцать-пятнадцать.

— Известно, где она теперь?

— Переехала в Рино. У меня есть ее домашний адрес. Могу дать, если хочешь.

— Хочу.

Он продиктовал ей домашний адрес Кимми Дейл.

— Последнее, что я о ней слышал, — она работает в заведении под названием «Похотливый бобер», которое, веришь или нет, далеко не соответствует столь многообещающему названию.

«Похотливый бобер», подумала Лорен. Уж не там ли, по словам Йейтса, работал Чарльз Тэлли?

— Славный городок этот Рино, — заметил Тейлор. — Совсем не то, что Вегас. Только не пойми меня превратно. Я люблю Вегас. Да и кто ж его не любит? Да, он ужасный, пугающий, там мафия. Но мы не уезжаем отсюда. Понимаешь, о чем я?

— Я звоню тебе из Ньюарка, штат Нью-Джерси, — ответила Лорен. — Так что да, я понимаю.

Тейлор рассмеялся:

— А что касается Рино, так это самое подходящее местечко, чтобы осесть там и обзавестись семьей. Всегда хорошая погода, ведь он расположен ниже гор Сьерра-Невада. Столица разводов в США, и еще здесь больше миллионеров на душу населения, чем по всей стране. Ты когда-нибудь была там?

— Нет.

— А ты симпатичная?

— Просто лапочка.

— Тогда приезжай к нам в Вегас. Устрою тебе экскурсию.

— Вылетаю первым же рейсом.

— Погоди! Скажи честно, ты, случаем, не из тех феминисток — «ненавижу мужчин» и все такое?

— Только когда не высплюсь.

— Тогда не вижу проблем.

У Лорен зазвонил мобильник.

— Я перезвоню вам, Тейлор. Чуть позже, ладно?

— А остановимся мы в «Мандалай-Бэй»[59]. Знаю там одного человечка. Тебе понравится.

— Хорошо. Все, тогда до скорого. — Она повесила трубку и взяла мобильник. — Алло?

Мать Катерина обошлась без предисловий.

— Ее ведь убили, верно?

Лорен хотела увернуться от прямого ответа, отделаться неопределенными фразами, но что-то в тоне матери Катерины подсказало ей, что это пустая трата времени.

— Да.

— Тогда нам необходимо повидаться.

— С какой целью?

— До этого мне не разрешали ничего говорить. Сестра Мэри Роуз была… женщиной особенной.

— В каком смысле?

— Пожалуйста, приезжай ко мне поскорее, Лорен. Я должна показать тебе кое-что.

— Чем могу помочь, агент Йейтс? — спросила Оливия.

Кэл Доллинджер по-прежнему стоял в двери, а его глаза обшаривали комнату. Адам Йейтс уселся, сложил руки на коленях.

— А у вас, я смотрю, много книг, — заметил он.

— Вы очень наблюдательны.

— Они ваши или мужа?

Оливия подбоченилась.

— Да, я поняла, на что вы намекаете. Позвольте внести ясность. Большинство книг мои. Удовлетворены?

Йейтс улыбнулся.

— Забавная вы женщина, — промолвил он. — Ну, скажи, Кэл. Правда, забавная?

Кэл кивнул:

— Большинство стриптизерш и шлюх злы и угрюмы, как собаки. А эта… ну прямо солнышко.

— Да уж, вот именно что солнышко, — подтвердил Йейтс.

Оливии совсем не нравилось такое начало.

— Что вы хотите?

— Вы имитировали свою смерть, — ответил Йейтс. — Это преступление.

Оливия промолчала.

— Девушка, которая умерла, — проговорил Йейтс. — Как ее звали?