Харлан Кобен – Всего один взгляд. Невиновный (страница 144)

К телефону подошли на втором звонке.

— Рада, что ты позвонил, — раздался голос Марши.

— Ты одна?

— Что?

— То есть… ребята, конечно, спят и…

— Я одна, Мэтт.

— Просто хотел убедиться, что не помешал.

— Не помешал. Ты никогда не можешь помешать.

Ему сразу полегчало.

— Марша, ты не против, если мы с Оливией переночуем у тебя сегодня?

— Конечно не против.

— Это долгая история, но, знаешь… сегодня на меня напали и…

— Как ты?

В боку и в голове снова прорезалась и запульсировала боль.

— Несколько синяков и шишек, но в целом все нормально. Дело в том, что полиция хочет задать несколько вопросов, а мы к этому пока не готовы.

— Это имеет отношение к той монахине? — осторожно спросила Марша.

— Какой монахине?

Оливия резко повернулась к нему.

— Сегодня здесь был следователь окружной прокуратуры, — объяснила Марша. — Надо было, конечно, позвонить тебе, но я подумала, это какая-то ерунда. У меня осталась ее карточка, сейчас…

Мэтт все вспомнил.

— Лорен Мьюз.

— Да. И она сказала, что какая-то монахиня звонила на наш домашний номер.

— Знаю, — произнес Мэтт.

— Она и с тобой тоже говорила?

— Да.

— Так я и думала. Короче, мы просто болтали, а потом она вдруг увидела твою фотографию на холодильнике. Ну и стала задавать вопросы мне и Кайре. О том, как часто ты у нас бываешь.

— Не волнуйся, я этим займусь. Мы подъедем минут через двадцать.

— Подготовлю гостевую комнату.

— Не хотелось доставлять тебе лишние хлопоты.

— Да какие там хлопоты, пустяки! До встречи. — И она повесила трубку.

— Что за история с монахиней? — спросила Оливия.

Мэтт рассказал ей о встрече с Лорен. Оливия побледнела еще больше. Когда он закончил, они прибыли в Ливингстон. На дорогах никого — ни машин, ни прохожих. Ни единой живой души. Да и света в окнах домов видно не было, горели лишь уличные фонари да лампы у подъездов, призванные, видимо, отпугивать грабителей.

Оливия слушала и молчала. Они приближались к знакомому дому. Мэтт заметил силуэт Марши, он вырисовывался сквозь штору в окне холла, на первом этаже. В окнах над гаражом горел свет, Кайра не спала. Он увидел, как она выглянула. Мэтт опустил боковое стекло и помахал ей рукой. Она помахала в ответ.

Оливия выключила мотор. Мэтт посмотрел в зеркало. Выглядел он ужасно. Лоренс прав. С этой повязкой на голове он напоминает солдата, играющего на флейте, на известном полотне Уилларда «Дух 76-го».

— Оливия?

Она не отозвалась.

— А ты знала сестру Мэри Роуз?

— Возможно.

Она вышла из автомобиля. Мэтт последовал за ней. Зажглись фонари над крыльцом — когда-то Мэтт сам помогал Берни установить при входе датчики движения. Оливия шагнула к нему, взяла за руку, крепко сжала ее в своей.

— Прежде чем я скажу что-то еще, — начала она, — мне нужно, чтобы ты кое-что знал.

Мэтт ждал продолжения.

— Я люблю тебя. Ты единственный на свете мужчина, которого я любила и люблю по-настоящему. И что бы ни случилось дальше, знай: ты подарил мне счастье и радость, о которых я и мечтать не могла.

— Оливия…

Она прижала палец к его губам.

— Я хочу только одного… Хочу, чтобы ты обнял меня, прямо сейчас. Обнял и держал крепко-крепко. Всего минуту или две. Потому что после того, как я расскажу тебе всю правду… не уверена, что ты захочешь обнять меня снова.

Глава 33

Когда Сингл привезли в полицейский участок, она попросила разрешения позвонить своему боссу Малкольму Сьюарду, президенту частного детективного агентства «Самые ценные расследования». Сьюард был бывшим фэбээровцем. Он открыл свою контору десять лет назад и успел сколотить небольшое состояние.

Его ничуть не возмутил столь поздний звонок.

— Так ты правда тыкала в парня пушкой?

— Но не так, как тычут, когда хотят пристрелить.

— Это обнадеживает. — Сьюард вздохнул. — Ладно. Надо сделать несколько звонков. Через час тебя отпустят.

— Босс, вы лучший.

Он повесил трубку.

Сингл вернулась в камеру и приготовилась ждать. Подошел высокий офицер и отпер дверь.

— Сингл Шейкер?

— Да, я.

— Пожалуйста, следуйте за мной.

— Куда угодно, красавчик.

Он повел ее по коридору. Сингл была готова ко всему — быстрому освобождению, судебному слушанию с назначением залога, — но только не к этому.

— Пожалуйста, повернитесь, — сказал он.

Сингл вопросительно приподняла бровь:

— Может, ужином сначала угостишь?

— Пожалуйста, повернитесь.

Она повиновалась. В ту же секунду на запястьях у нее защелкнулись наручники.

— Что ты делаешь?