Харлан Кобен – Всего один взгляд. Невиновный (страница 119)

Лорен уже собиралась ответить ему и даже показать оружие, но подумала, что Марше Хантер это не понравится. Матери, как правило, пугаются таких вещей. Лорен понимала их: они стремились оградить самое ценное, что у них есть, — детей, — от всего, связанного с насилием. Однако и отрицать, что находится при оружии, Лорен не стала.

— А это Кайра, — сказала Марша Хантер. — Помогает присматривать за детьми.

Кайра прошла через комнату, наклонилась, подняла какую-то игрушку. Лорен махнула рукой:

— Кайра, вы не могли бы вывести мальчиков погулять? Ненадолго?

— Конечно. — Кайра обернулась к братьям. — Как насчет того, чтобы поиграть в виффлбол[34], ребята?

— Только, чур, я бросаю первым!

— Нет, ты в прошлый раз был первым! Теперь моя очередь!

И они направились к двери, споря, кто будет бросать первым. Марша повернулась к Лорен:

— Что-то случилось?

— Нет, ничего.

— Тогда зачем вы здесь?

— Просто небольшая проверка, уточнение деталей по одному делу, которое мы расследуем. — Ответ был неопределенным, но по опыту Лорен знала, что люди воспринимают его нормально и сразу успокаиваются.

— Какое расследование?

— Миссис Хантер…

— Можете называть меня Марша.

— Извините. Хорошо. Скажите, Марша, вы католичка?

— Простите, не поняла.

— Я не хочу лезть не в свое дело. Да и религия здесь, в общем-то, ни при чем. Пытаюсь понять, не связаны ли вы как-то с приходом Святой Маргариты в Ист-Ориндже.

— Святой Маргариты?

— Да. Вы их прихожанка?

— Нет. Мы ходим в церковь Святой Филомены в Ливингстоне. Но почему вы спрашиваете?

— Ну, тогда, может, вы связаны с приходом каким-то иным образом?

— Нет, — ответила она и после паузы спросила: — И вообще, что значит «связаны»?

Но Лорен не ответила, а продолжила задавать вопросы:

— Кого-нибудь из учеников этой школы знаете?

— Школы Святой Маргариты? Нет.

— А преподавателей?

— Нет.

— А сестру Мэри Роуз?

— Кого?

— Есть у вас знакомые монахини в школе Святой Маргариты?

— Ни одной. Знаю нескольких из школы Святой Филомены.

— Значит, сестра Мэри Роуз вам не известна?

— Абсолютно нет. А в чем, собственно, дело?

Лорен не сводила глаз с лица женщины, словно пыталась внушить ей: «Скажи, ну скажи же!» Лицо Марши оставалось непроницаемым.

— Вы с детьми живете здесь одна?

— Да. Ну, у Кайры есть комнатка над гаражом. Она не из нашего штата.

— Но живет здесь?

— Снимает комнату и помогает по хозяйству. Она студентка, учится в университете Уильяма Патерсона.

— Вы разведены?

— Я вдова.

То, как Марша Хантер произнесла это, позволило Лорен вставить один-два мелких недостающих фрагмента пазла. Но общая картина по-прежнему оставалась неясной. Совсем неясной. Лорен отругала себя за то, что не подготовилась к встрече, не провела хотя бы небольшую предварительную работу.

Марша скрестила руки на груди.

— Так в чем же все-таки дело?

— Сестра Мэри Роуз недавно скончалась.

— Она работала в той школе?

— Да. Преподавала. В католической школе Святой Маргариты.

— И все же я не понимаю…

— Мы просматривали распечатки ее последних телефонных звонков. И нашли там один, который никак не могли объяснить.

— Она звонила сюда?

— Да.

Марша Хантер растерялась.

— Когда?

— Три недели назад. Если точнее, второго июня.

Марша покачала головой:

— Вероятно, просто ошиблась номером.

— Но разговор длился шесть минут.

Марша задумалась.

— Напомните, когда это было.

— Второго июня. В восемь вечера.

— Если хотите, могу проверить по своему календарю.

— Спасибо. Окажите любезность.

— Это наверху. Сейчас вернусь. Но я уверена, никто из нас не общался с этой сестрой.

— «Никто из нас»?

— Простите?