Харлан Кобен – Всего один взгляд. Невиновный (страница 114)

Мэтт вошел в приемную, и Роланда сказала:

— Сингл ждет тебя в кабинете.

— Спасибо.

— Середняк просил сообщить, как только ты появишься. — Роланда подняла голову. — Так ты пришел или нет?

— Дай мне минут пять.

Она отвернулась к компьютеру и застучала по клавиатуре. Мэтт шагнул в кабинет. Сингл стояла у окна и смотрела на улицу.

— Красивый отсюда вид, — произнесла она.

— Правда?

— Не-а. Просто так говорю, для поддержания светской беседы.

— Что ж, ты в ней преуспела, — отозвался он.

— Я думала, ты просто помощник юриста.

— Так и есть.

— Тогда к чему все эти роскошные прибамбасы?

— Это моего брата.

— Неужели?

— Да. Погоду здесь всегда делал Берни.

— Вот как? — Сингл обернулась к нему. — Не хочу показаться бесчувственной, но он умер.

— Похоже, прежде ты себя недооценивала. Ты настоящий спец по части ведения светской беседы.

— Ты не понял. Я просто хотела сказать, его нет… вот уже года три? Просто не верится, чтобы бывший заключенный, всего лишь помощник юриста, обитал в таком шикарном кабинете.

Мэтт улыбнулся:

— Теперь я сообразил, куда ты гнешь.

— Так почему?

— Может, тем самым они отдают дань памяти покойному брату.

— Эти твои юристы? — Сингл скроила насмешливую физиономию. — Я тебя умоляю!

— Вообще-то, — заметил Мэтт, — они вовсе не против моего присутствия здесь. Такое у меня впечатление.

— Все потому, что ты славный парень?

— Потому, что я бывший заключенный. Этакая диковина.

Сингл кивнула.

— Все равно что пригласить на официальный светский прием пару лесбиянок?

— Ну, что-то в этом роде, только еще экзотичнее. Я в некотором смысле даже служу своеобразной приманкой. Напившись, все спрашивают меня, дескать, строго между нами, каково это парню из их круга, — тут Мэтт многозначительно приподнял палец, — сидеть в казенном доме.

— Да ты у нас просто местная знаменитость!

— Как ни странно, да.

— И именно поэтому они не выкидывают тебя из этого кабинета?

Мэтт пожал плечами.

— Наверное, они тебя боятся, — сделала вывод Сингл. — Ты ведь у нас убиваешь людей голыми руками.

Он вздохнул и занял свое место за письменным столом. Сингл уселась напротив.

— Извини, — промолвила она.

Он отмахнулся.

— Ну, что там у тебя?

Сингл закинула ногу на ногу. Мэтт знал, на мужчин это всегда производит впечатление, и делала она так почти бессознательно.

— Скажи мне, пожалуйста, — начала Сингл, — к чему тебе понадобилось выяснять, кто владелец машины с таким номером?

Мэтт развел руками:

— Неужели снова начнем обсуждать значение термина «личное дело»?

— Только в том случае, если ты хочешь знать, что известно мне.

— Шантажируешь?

Но Мэтт видел: настроена Сингл серьезно.

— Думаю, этот человек меня преследует, — произнес Мэтт.

— С чего ты взял?

— Везде, куда бы я ни поехал, вижу его автомобиль.

— Ты случайно это заметил?

— Я бы не обратил внимания, но номер машины похож на мои инициалы.

— Что?

Мэтт объяснил, что три буквы в номере машины почти совпадают с его инициалами, и рассказал о том, как автомобиль умчался прочь, когда он приблизился. Сингл внимательно слушала, а когда Мэтт закончил, спросила:

— Как думаешь, зачем Чарльзу Тэлли преследовать тебя?

— Не знаю.

— Ну хоть какие-нибудь соображения есть?

Он не ответил. Что толку гадать?

— Тэлли отсидел срок, — сказала Сингл.

Мэтт хотел добавить: «Как и я», но поборол искушение. Отсидеть срок, стоящий внимания Сингл, — это что-то да значит. Правда, в случае с ним, Мэттом, то было скорее исключение из общего правила. Ему не нравился подобный ход мыслей Сингл. Разве и Лэнс Баннер не выказал тот же предрассудок? Однако с реальностью не поспоришь.

— За нападение на человека, — продолжала Сингл. — С использованием кастета. Правда, тот несчастный остался жив, но мозги превратились в кашу, так что лучше бы умер. Было бы милосерднее.

— И сколько он получил?

— Восемь лет.

— Большой срок.

— У него и раньше имелись приводы. Тэлли был далеко не образцовым заключенным.

Мэтт пытался сообразить, почему этот тип преследует его.