Харлан Кобен – Всего один взгляд. Невиновный (страница 105)

— А на сей раз?

— Нет. — И поспешно добавила: — Но в этом нет ничего особенного. Иногда Оливия сама бронировала себе номер.

— Ты, случайно, сегодня с ней не разговаривала?

— Она звонила. Утром.

— Сказала, где собирается быть?

Снова пауза. Мэтт понимал, его поведение давно вышло за рамки обычного мужнего любопытства. И все же счел, что рискнуть стоит.

— Просто упомянула, что у нее какие-то встречи.

— Ладно. Если опять позвонит…

— Непременно передам, что ты ее разыскиваешь. — И Джейми повесила трубку.

Мэтта настигло еще одно воспоминание. Однажды они с Оливией ужасно поссорились, наговорили друг другу гадостей. Это была одна из тех словесных перепалок, когда ты понимаешь, что не прав, но удержаться не можешь. Оливия выбежала вся в слезах и не звонила два дня. Целых два дня! Мэтт звонил, она не отвечала. Он искал ее, но нигде не мог найти. Сердце его просто разрывалось от боли. И вот он вспомнил об этом именно сейчас. Тогда его мучила та же мысль — что Оливия никогда не вернется к нему. Стало трудно дышать.

Когда он подъехал к дому, жилищный инспектор заканчивал свои дела. Девять лет назад Мэтт вышел из тюрьмы, отсидев четыре года за убийство человека. Теперь же, и это казалось невероятным, он покупает дом, где будет жить с любимой женщиной, растить ребенка.

Мэтт покачал головой.

Дом был частью новостройки, возведенной после прокладки новой автомагистрали в 1965 году. Прежде здесь находилась ферма, то же относилось ко многим жилым районам Ливингстона. Все дома почти одинаковые, но если это и разочаровало Оливию, она это скрывала. Долго смотрела на дом в каком-то почти религиозном восторге, а потом прошептала: «Само совершенство». Ее искренняя радость развеяла сомнения Мэтта.

И вот теперь он стоял примерно там, где будет находиться передний двор, и пытался представить, как собирается жить здесь. Странное чувство. Словно сам он не принадлежит этому месту. Он испытывал его и прежде, до встречи с Оливией. И вот теперь опять.

Позади затормозила полицейская патрульная машина. Из нее вышли двое. Первый в форме, молодой подтянутый парень. Уставился на Мэтта с характерным для копов подозрительным прищуром. Второй в штатском.

— Привет, Мэтт, — сказал мужчина в коричневом костюме. — Давненько не виделись.

Со времени окончания средней школы Ливингстона миновало немало лет, но Мэтт сразу узнал Лэнса Баннера.

— Привет, Лэнс.

Мужчины захлопнули дверцы автомобиля одновременно, точно долго репетировали это движение. Коп в униформе скрестил руки на груди и молчал. Лэнс приблизился к Мэтту:

— Знаешь, а я живу на этой улице.

— В самом деле?

— Точно.

Мэтт ничего не ответил.

— Я теперь детектив, работаю в полиции.

— Мои поздравления.

— Спасибо.

Сколько же он знал Лэнса Баннера? Наверное, со второго класса. Впрочем, они никогда не были друзьями, и врагами тоже. Три года играли в одной команде Малой лиги. В восьмом классе у них были общие уроки физкультуры, а в предпоследнем классе они занимались в одном читальном зале. Средняя школа Ливингстона была большой — около шестисот учеников. И они вращались в разных кругах.

— Как поживаешь? — спросил Лэнс.

— Отлично.

Инспектор отошел в сторону. В руках у него был блокнот с какими-то записями. Лэнс спросил:

— Ну, как тебе это, Гарольд?

Гарольд оторвал взгляд от своих бумаг, кивнул:

— Вполне солидно, Лэнс.

— Уверен?

Что-то в его тоне заставило Гарольда отойти на шаг. Лэнс обернулся к Мэтту:

— У нас тут хороший район.

— Поэтому я и выбрал его.

— Полагаешь, это хорошая идея, Мэтт?

— Что именно, Лэнс?

— Ну, вернуться сюда.

— Я свое отсидел.

— И теперь думаешь, все позади?

Мэтт промолчал.

— Тот парнишка, которого ты убил. Он ведь не ожил, верно?

— Послушай, Лэнс…

— Теперь детектив Баннер.

— Послушайте, детектив Баннер, я собираюсь пройти в дом.

— Читал о твоем деле. Даже позвонил паре приятелей, тоже из копов, узнать поточнее, как все было.

Мэтт ответил ему пристальным взглядом. В глазах Лэнса мелькали серые искорки. Он изрядно растолстел. Продолжал сжимать и разжимать пальцы, и Мэтту совсем не нравилась его улыбка. Семья Лэнса Баннера долгие годы занималась на этих землях фермерством. Затем дед, а может, прадед продал землю за гроши. Однако Баннеры до сих пор считали Ливингстон своим городом. Считали себя солью этой земли. Отец Лэнса сильно пил. Два брата — тоже. Полные тупицы. Лэнс же, напротив, всегда казался Мэтту сообразительным.

— Тогда ты знаешь, что это был несчастный случай, — произнес Мэтт.

Лэнс Баннер нехотя кивнул:

— Вероятно.

— Почему ты со мной так разговариваешь?

— Да потому, что ты бывший заключенный.

— Думаешь, я до сих пор должен торчать за решеткой?

— Ну, это уж ты хватил. — Лэнс поскреб подбородок. — Из того, что я прочел, вывод напрашивался один: ты просто сорвался.

— И что?

— Да то. Сорвался и сел.

— Не понимаю…

— Вся эта муть об исправлении, становлении на путь истинный просто навязывается обществу. Лично я не против, пусть. Но мне, — тут он ткнул себя в грудь пальцем, — лучше знать. И тебе, — он указал на Мэтта, — тоже лучше знать.

Мэтт промолчал.

— Ты попал в тюрьму хорошим парнем. Весь вопрос в том, каким ты оттуда вышел. Хочешь сказать, прежним?

Мэтт понимал, что на этот вопрос нет правильного ответа. Он развернулся и зашагал к двери. Лэнс бросил ему вслед:

— Может, твой жилищный инспектор найдет тут что-то. Даст тебе возможность отступить.

Мэтт вошел в дом и быстро закончил дела с инспектором. Они обсудили несколько проблем — с канализационными трубами, сломанным выключателем, — но все это были мелочи. Затем Мэтт отправился к Марше.