Харитон Мамбурин – Вера в ствол (страница 10)

Сваливая от какого-то обдолбанного негра, тянущего к ней руки из переулка, девушка, одетая в вызывающе-агрессивный клубный наряд, торопливо перешла дорогу от греха подальше. Стрельнув сигарету у какого-то бородатого тощего очкарика, невесть как оказавшегося в Апсародае, она встала на перекрестке, нервно всасывая в себя никотин с дымом. Голова отчаянно не желала работать.

Домой…? Нет, тысячу раз «нет». Если мать не сломается, не устроит истерику, не почувствует вину, то она будет грызть Вэл неделями. Трындеть о том, чем она там пожертвовала, чего хотела, от чего уберегала. Бла-бла-бла, от которого будет некуда деваться. Это мамаша тоже поймет. Она чувствует кровь и слабость, прямо как хренова пиранья. Надо хоть как-то где-то прокантоваться пару дней, прежде чем родительница начнет жрать сама себя!

Сидящего в кафе здоровенного смуглого парня Валери вспомнила сразу, хоть и видела его лишь один раз в жизни, в пронизанной вспышками лазеров полутьме «Пульса», топового ночного клуба города. Крупный, накачанный, с гривой непослушных черных волос, которая его выдавала, несмотря на надетые на нос солнечные очки, скрывающие чуть ли не пол-лица. Одежда в виде черных штанов и майки, была точно такой же, как и в клубе. Их было тогда двое красавчиков, один блондинистый, от которого она чуть не потекла, и второй, вот этот, возящийся с какой-то оборванной малолеткой и шикарнейшей готической шлюхой, что Вэл когда-либо видела. Та, напившись, вроде бы собиралась отсосать этому брюнету, но вместо этого заблевала ботинки. Он даже не обиделся, лишь снимал на телефон и улыбался, поглаживая шлюшенцию по голове. А потом унес её на руках, заплатив официантке за безобразие.

Добрый? Или как?

Здоровый парень развалился в кресле кафе на свежем воздухе, что-то рассматривая в своем смартфоне. Периодически он отхлебывал из стоящей перед ним чашки, улыбаясь увиденному. Улыбка была классной, как и он сам. Одетый в черное здоровяк производил впечатление огромного самодовольного кота, развалившегося там, где он счел нужным. Большого, опасного, вооруженного кота… но очень самодовольного. Этим он ей напомнил бесчисленных парней в клубах, считающих, что рука, сунутая ей в трусы, куда лучше банального «привет».

Ну, в данном случае она уже была бы не против, если этот смешливый тип разрулит её текущие проблемы.

У Вэл был не тот типаж, чтобы подходить и кокетливо моргать ресницами. Пирсинг и татуировки, в обилии покрывавшие её тело, диктовали свою моду на общение. Поэтому она, войдя на огороженную территорию кафе, попросту шлепнулась на стул перед продолжающим созерцать свой телефон брюнетом, а затем, фыркнув, потребовала:

— Угости меня!

Сердце, конечно, чуток ёкнуло, но, что он ей может сделать? Послать? Невелика беда. Обычно, правда, Вэл никто не посылал. Все сразу начинали прикидывать свои шансы и пытаться ей понравиться.

Брюнет, оторвавшись от экрана, с секунду смотрел на неё сквозь свои непроницаемые очки, а потом… попросту молча кивнул на лежащее на столе меню, вновь возвращаясь к своим картинкам. Валери аж замерла, прекратив дышать. Вроде бы она нормально нанесла макияж до того, как началась вся эта история с Эриком и его дружбанами? Что за прохладная реакция⁈

В обычной ситуации она бы возмутилась и ушла, но спазм желудка вынудил девушку поступить иначе. Взяв и раскрыв меню, она быстро выбрала пару позиций, взглядом подозвала официантку, передала ей заказ, и принялась ждать его выполнения. Последнее оказалось сложным испытанием, не сколько по причине голода, сколько из-за тотального игнорирования этого здоровяка!

Ему на Вэл было насрать! Целиком и полностью! Парень, не изменившись ни на гран в своей позе, продолжал что-то листать, время от времени расслабленно улыбаясь. Красивая и экзотичная девчонка, упавшая ему за стол, не вызвала в здоровяке вообще никаких эмоций. Ох, уж это ей определить было просто! Раздавшийся через пару томительных минут жуткий звук, изданный здоровенной, размером с очень большую курицу, черной птицей, севшей на провода электропередач, заставил брюнета отыскать чудовище взглядом, а затем досадливо поморщиться, вернувшись к экрану.

У Вэл начало подпекать задницу, но перспектива уйти, оставшись с пустым желудком, была страшнее удара по гордости. Решив, что она сейчас всё сожрёт, а затем, буркнув «спасибо», свалит, девушка принялась ждать угощения. То вскоре заняло своё место на столе, предоставив оголодавшей Вэл возможность слегка подкрепиться. Правда, вместе с сытостью, росли и возмущение со страхом. Решение подцепить парня и побыть пару дней под его заботой, пока проблемы не исчезнут, было выходом. Встать из-за стола и уйти в неизвестность — нет.

— Что, совсем неинтересно, кто свалился к тебе за стол? — собрав немногие остатки язвительности и нахальства, поинтересовалась девушка.

В ответ парень просто покачал головой, не отрываясь от экрана. Вэл сжала кулаки. Она не была прямо топовой красоткой, но к такому уровню пренебрежения не привыкла совершенно. В клубах она еще ни разу не платила за себя!

— Что так? — рискнула она задать следующий вопрос.

Солнечные очки поднялись выше. Здоровяк посмотрел на неё.

— Есть три причины, — его голос, немного низкий, но очень даже приятный, звучал негромко и веско, — Ты похожа на стену, изрисованную подростками. Мне не нравятся настолько доступные девуш…

— Я не шлюха! — вырвалось у неё зло, — И причем тут татуировки⁉ Это просто самовыражение!

— К коже привлекают внимание те, кому больше нечем его привлечь, — тут же последовал ответ, — А между шлюхой и потаскушкой я, пожалуй, выберу шлюху. Эти дамы занимаются нужным делом по вескому поводу. К тому же, у тебя нет денег…

— Что⁈ — подобного она не ожидала, — Тебе нужны…

— Нет, не нужны, — открытая широкая улыбка парня подействовала даже как-то обезоруживающе на Вэл, пусть и на секунду, — Просто я наемник. Ты не привлекаешь меня как женщина, к тому же не платежеспособна. Это, кстати, вторая причина. Третью…

— Ах ты говно собачье! — поняв, что ничего, кроме унижения, ей тут не светит, Валери вскочила, собираясь свалить от очередного ублюдка на её жизненном пути. Правда, поднявшись с места, она внезапно почувствовала у себя на шее чью-то крепкую мужскую руку, лишившую девушку возможности куда-либо дёрнуться.

Она замерла в ужасе, широко раскрывая свои щедро подведенные глаза.

— А третья причина в том, что за тобой, кажется, пришли, — с той же лучезарной улыбкой, смуглый здоровяк ткнул смартфоном в оцепеневшую Вэл. Ну или ей за спину.

Валери держали так плотно, что она, слабо подрыгавшись, даже не смогла увидеть, кто её схватил. Но узнала голос. Он принадлежал Эрику. Тот очень аккуратно и вежливо, как еще никогда она сама не слышала, спросил:

— Мужик, кто она тебе?

Нужный девушке ответ мог изменить если не всё, то очень неприятное будущее, ожидавшее Валери. Эрик искавший и нашедший свою пропажу, говорил как человек, готовый пойти на попятный перед развалившимся на стуле здоровяком, если тому будет угодно. Девушка, еще не понявшая этого осмысленно, каким-то шестым чувством уловила грозящие ей перспективы, уставившись умоляющим взглядом на сидящего на стуле наемника.

Ответом ей стал безмятежный блеск очков и еще одна широкая, красивая, но абсолютно лишенная теплоты улыбка.

— Она никто, — спокойно ответил наёмник парню, нашедшему свои «инвестиции», — Абсолютно никто.

Глава 5

Честь и долг

Барон учил Няшку стрелять. Та, валяясь на специально взятом нами с собой одеяле под вовсю жарящим солнцем, методично отстреливала патроны двадцать второго калибра, пытаясь сбить выставленные метрах в тридцати от неё бутылки. Блондин, потея, наблюдал за этим делом, выдавая одну рекомендацию за другой. Дело шло ни шатко, ни валко, но, всё-таки, шло.

— Всё правильно, — удовлетворенно сказал я, отхлебывая ледяной газировки, — Белые работают, черные отдыхают. Торжество демократии.

— Ты в самом деле позволил какому-то болвану утащить девчонку у тебя из-под носа? — не обратила внимания на мои слова валяющаяся рядом в теньке вампиресса. Она лежала в купальнике, на шезлонге, но тщательно следя за тем, чтобы солнце её не коснулось. Отпив из своего стакана, красавица задумчиво протянула, — Как-то это низковато для тебя…

— Если бы девушка обратилась ко мне за помощью, я бы, наверное, помог, — откликнулся я, — Но она потребовала пироженку.

— Ты что, джинн? — фыркнули мне в ответ, — Типа одно желание на человека?

— Нет. Просто слабые — не требуют, — лениво отозвался я, глотнув напитка, — А эта шлюшка была просто ничтожеством, привыкшим строить из себя нечто.

— Козёл.

— Да ладно? Вот скажи мне, почему ты спаррингуешь со мной чаще, чем с Марием?

Вопрос заставил Хатсбург задуматься. Наши с ней спарринги мало чем отличались от полноценной драки. Единственное — мы перестали портить друг другу «фасады», но в остальном всё было жестко и больно. Куда хуже, чем между ней и Гриттом. Тем не менее…

— С тобой — как в реальном бою, — нехотя выдавила из себя Эрика, — Марий слишком техничен. Это даже вредит.

— И ножами ты учишься пользоваться, не сачкуя, — подытожил я, — Что «кабаром», что кукри, хоть и плюешься на последний. Синяки, шишки, вывихи, мы всё это получаем, чтобы не получить потом по-настоящему. Цена, госпожа Хатсбург. Понимание и готовность платить по всем счетам — делают тебя крутой и отпадной, как там говорил Уолш?…чувихой. Даже несмотря на то белье, которое ты носишь. Мне Юки пришлось полчаса утешать, когда она из стиральной машинки выудила целый ворох твоих ниточек. Так расстроилась, думала, кофту какую тебе запорола. Пришлось открыть ей глаза. Они так широко открылись… я почти позвонил в скорую. Интересно, а бывают скорые офтальмологи?