Хао Хэллиш – Перерождение мира. Том второй: Предвкушение (страница 7)
Аплодисменты выпускников были сдержанными, почти церемонными. Первокурсники хлопали с восторгом и облегчением.
– А теперь, – продолжил директор, и в руке у него материализовался свиток пергамента, – традиционный обряд наставничества. Каждому новому ученику будет назначен сопровождающий из числа выпускников. Я буду зачитывать имена. Первокурсники – поднимите руку, когда услышите своё имя, чтобы ваш наставник мог вас найти.
Он развернул свиток.
– Эммануэль Мигуна.
Из шеренги первокурсников поднялась рука стройного мальчика с гордым, чуть надменным лицом.
– Алиса Аркхолд.
Все взгляды устремились к ледяной красавице в фуражке. Она медленно, небрежно сдвинулась с места. Но вместо того, чтобы направиться к сыну герцога, её холодные глаза нашли в толпе другую цель. Она прошла мимо Эммануэля, чьё лицо исказилось от внезапного унижения и непонимания, и остановилась сзади у ничем не примечательного, темноволосого мальчика в конце шеренги.
Хейдрик ван Сик, увлечённый чтением списка, лишь мельком заметил движение и, удовлетворённый, что Алиса нашла своего подопечного, перешёл к следующей паре.
Хэлл почувствовал на своём плече холодную, твёрдую ладонь. За его спиной раздался тихий, властный голос:
– Вот мы и встретились, милый.
– Дамочка, вы ошиблись, – сказал Хэлл, не оборачиваясь. Его голос был тихим и ровным.
– Уверен? – риторически спросила Алиса, и её пальцы слегка сжали его плечо. – Я никогда не ошибаюсь. Только меняю планы. А планы, в которых участвуют такие, как сынок герцога, всегда слишком… предсказуемы. Скучны.
Хэлл почувствовал, как по спине пробежал холодок.
– Ну, как пожелаете, – нейтрально ответил он, понимая, что спорить сейчас – значит привлекать ещё больше глаз.
Между тем директор дошёл до его имени.
– Хэлл.
Мальчик поднял руку. Хейдрик поднял взгляд, собираясь назвать наставника, и замер. Он увидел, что за мальчиком уже стоит Алиса Аркхолд. На его лице промелькнула лёгкая тень досады и понимания. Он бегло взглянул на свой список, сделал едва заметную пометку в воздухе магическим перстом и просто кивнул.
– Алиса Аркхолд. Следующая пара…
Шёпот удивления пробежал по плацу. Эммануэль Мигуна стоял с побагровевшим лицом, сжимая кулаки. Алиса же, казалось, наслаждалась произведённым эффектом. Она наклонилась к уху Хэлла, её дыхание было холодным, как горный ветер.
– Видишь? Мир вертится для тех, у кого хватает смелости схватить его за ось. А у тебя, я чувствую, такая смелость есть. Глубоко внутри.
Она выпрямилась, оставив руку на его плече. Её прикосновение было не просто жестом – это был знак собственности, вызов, брошенный всему залу.
Церемония подошла к концу. Директор объявил о начале экскурсии. Алиса, не убирая руки, развернула Хэлла к себе. Её взгляд изучал его лицо с откровенным любопытством, словно она рассматривала редкий, но пока не до конца понятый артефакт.
– Знаешь, – начала она, её пальцы слегка сжали его плечо, – я сама выбрала тебя. Могла бы взять любого принца или вундеркинда. Но выбрала тебя.
– Польщён, – сухо ответил Хэлл, пытаясь отстраниться на полшага. Её близость была неестественной, подавляющей. – Хотя не совсем понимаю, чем я заслужил такое внимание.
– Не понимаешь? – Она засмеялась – короткий, резкий, как удар хлыста, звук. – В тебе есть… искра. За этой маской послушного ученика. Я видела её месяц назад, когда ты пришёл на вступительные испытания. Ты стоял перед магическим шаром, смотрел по сторонам – взгляд того, кто оценивает поле боя. А потом, когда старый Хейдрик предложил тебе бюджет… Ты не засиял от счастья, как остальные. Ты
Хэлл почувствовал, как по спине пробежал холодок. Она была куда более наблюдательна, чем он предполагал. Месяц назад…
Зал Приёмной Комиссии был высоким, но аскетичным. Солнечный свет, проникая через витражные окна, выхватывал из полумрака дубовый стол, за которым сидели трое магов в строгих мантиях, и массивный магический шар, покоящийся на тёмно-синей бархатной подушке на отдельном постаменте. Шар был прозрачным, и внутри него медленно клубился серебристый туман, временами вспыхивая бледными искрами. В зале, кроме комиссии, находились только двое – Хэлл и Амелия, стоявшая чуть поодаль, скрестив руки на груди. Её малиновые глаза внимательно следили за каждым движением.
Хейдрик ван Сик стоял у окна, наблюдая. Он был не в парадной мантии, а в простом тёмно-синем камзоле, но авторитет исходил от него так же явственно, как тепло от камина.
– Подойди, – сказал один из магов за столом, мужчина с пронзительным взглядом.
Хэлл сделал шаг вперёд. Его лицо было спокойным, поза – собранной, но не скованной. Он положил ладонь на прохладную поверхность шара.
Камень на мгновение стал тёплым, потом ледяным. Внутри заиграли вспышки – не хаотичные, а словно выстраивающиеся в сложный узор. Цифры начали проявляться внутри самого шара, медленно нарастая: 10 000… 20 000… 30 000… Они застыли на отметке 32 197.
Один из членов комиссии присвистнул, откинувшись на спинку стула.
– Серебряный уровень. В десять лет. Это… впечатляюще, юноша.
Хейдрик оторвался от окна и медленно подошёл. Его взгляд скользнул по цифрам, затем пристально остановился на Хэлле. В этом взгляде не было простого одобрения – он был аналитическим, взвешивающим, как будто директор видел не только цифры, но и ту силу воли, что стояла за ними.
– С такими исходными данными, – произнёс он мягко, но твёрдо, – академия может предложить вам бюджетное место. Мы покроем половину стоимости пятилетнего обучения. Вторая половина – это проживание и питание в стенах академии. – Он сделал небольшую паузу, давая словам усвоиться. – Предложение действует при условии стабильной успеваемости и соблюдения устава. В противном случае место перейдёт на полную самоокупаемость.
Отказ был непозволительной роскошью. Война с бесплодием планеты, подготовка ковчега – всё это требовало ресурсов, а легальные знания и статус были самым ценным из них. Жертвовать краткосрочной свободой ради долгосрочных целей – тактика, знакомая ему за миллиарды лет.
Он медленно снял руку с шара. Его лицо не озарилось восторгом. Он лишь чуть склонил голову, встретившись взглядом с директором.
– Я… очень благодарен академии за такое доверие, господин директор, – произнёс он, делая голос чуть выше и проникновеннее, подобающе благодарным учеником. – Я приложу все усилия, чтобы его оправдать.
В глазах Хейдрика мелькнуло что-то вроде лёгкого, одобрительного удивления. Он ожидал детского ликования или заискивающей благодарности. А получил взвешенное, почти дипломатическое согласие взрослого, понимающего цену предложения.
– Это правильное решение, – кивнул директор. – Добро пожаловать в нашу семью, Хэлл.
В этот момент боковая дверь в зал открылась. Вошла женщина. Невысокая, со стремительной, лёгкой походкой. Её короткие, аккуратно постриженные волосы цвета молодой весенней листвы контрастировали с тёмно-зелёными, почти изумрудными глазами, в которых светился живой, острый ум. На ней была не мантия, а практичный костюм из плотной ткани, напоминавший кросс между лабораторным халатом и полевым кимоно – явно одежда для работы, а не для церемоний.
– А, Котонэ, – обратился к ней Хейдрик, и в его голосе появились тёплые нотки. – Как раз кстати. Знакомься – наш новый бюджетник, Хэлл. Потенциал выдающийся.
Женщина – Котонэ Кадзуши – оценивающе оглядела Хэлла с ног до головы. Её взгляд был быстрым, как у хищной птицы, и таким же цепким.
– Кадзуши-сэнсэй будет вашим куратором, Хэлл, – пояснил директор. – И преподавать у вас магическую биологию. Лучшего специалиста по взаимодействию маны и живой материи во всём королевстве вам не найти. Она прислана к нам по обмену из Небесного Сёгуната.
Котонэ слегка кивнула, не убирая изучающего взгляда с Хэлла.
– Тридцать две тысячи, – произнесла она, её голос был негромким, но очень чётким, с едва уловимым акцентом, придававшим словам лёгкую певучесть. – Сила – это хорошо. Но биология – это не про силу. Это про понимание связей. Про то, как мана течёт в жилах волка и в корнях дерева. Как она рождается и как умирает. Сила без понимания – грубая палка. Опасная. – Она сделала крошечную паузу. – Надеюсь, ты не просто палка, Хэлл-кун.
В её тоне не было ни пренебрежения, ни лести. Была лишь констатация факта и… вызов. Словно она сразу же проверяла, насколько его разум гибок.
Хэлл встретил её взгляд без робости.
– Я здесь, чтобы учиться пониманию, сэнсэй, – ответил он просто.
Уголки губ Котонэ дрогнули в подобии улыбки.
– Посмотрим.
Амелия, наблюдая со стороны, незаметно перевела дух. Первый барьер был взят. Теперь начиналось самое сложное.