Ханна Хаимович – В круге страха (страница 10)

Она уныло замолчала. Сестра давно нашла мужчину и обменялась с ним брачными обетами сразу первого уровня, не оставляя себе шанса развестись, родители уехали вглубь континента, в теплую Хадратскую пустыню, куда не долетали столичные ураганы. Леферия перестала наведываться в купол у океана. В прошлые несколько циклов куда приятнее было наблюдать за ураганом из императорского дворца в компании Ринеона. И никогда, никогда она не грезила о романтике лишений и нехватки бытовых удобств!

— У первобытных людей, — рассудительно сказал Фелд, — не было спичек. А развести костер, высекая искры из камней, мы бы вряд ли смогли.

Леферия лишь вздохнула.

— Не опускай ветку так низко, иначе мясо будет внутри сырое, а снаружи горелое, — она предпочла сменить тему. — И костер слишком сильно горит, ему бы тлеть потихоньку, чтобы на углях жарилось.

— Ну уж извини, я не знаю, как убавить огонь, — проворчал Фелд. — Тут еле развел его на этом мокром валежнике, а ты говоришь — сильно…

Леферия потянула его за руку, заставляя отодвинуть ветку. Поразмыслив, она решила, что, вероятно, не следует специально затаптывать огонь. Погаснет — и вправду не разожжешь.

Что ж, по крайней мере, она согрелась и обсушилась. Ради этого можно потерпеть и плохо прожаренное мясо.

— Наверное, уже готово… Давай снимем парочку и проверим. — Она вынула ветку из импровизированной печи и принялась ножом стаскивать крайний кусок. Ветка опасно гнулась, грозя растерять все остальное мясо и вывалять его в грязи. Леферия ругалась. Фелд молча хлопал глазами — по-видимому, не являлся специалистом по сниманию жаркого с вертелов.

В конце концов все уладилось. Сверху мясо действительно чуть пригорело, но под корочкой оказалось вполне съедобным. Леферия успела проголодаться, продираясь через лес, трясясь от страха, а потом снова проламываясь через жесткие кусты. После еды тут же захотелось спать. Она без энтузиазма покосилась на листья-одеяла, но признала, что это не худший вариант. Их могло и не быть, и пришлось бы ночевать на куче веток или на голой земле.

— Нам нужно спать по очереди, — заявил Фелд. — Здесь могут бродить дикие звери. Или могут вернуться те воины, если это были воины.

Дикие звери. Леферия мгновенно проснулась. Чудесно! И что она будет делать, если встретится с животным из иного мира, вооруженная лишь небольшим ножом? А воины? Зачем Анакат Великий отправил капсулу прямо в зону боевых столкновений — думал, что от этого Леферия лучше справится с заданием? И еще барабаны эти, способные звуком ввергать человека в безоглядный ужас…

Она все-таки задремала, несмотря на сонмища тревожных мыслей. Через две или три волны Фелд разбудил ее, чтобы сменить пост. Еще три волны Леферия боролась со сном, вздрагивая от каждого шороха, потом на дежурство заступил Фелд, а потом…

Тифонус! Если бы она знала, что их ждет, то растерзала бы Анаката голыми руками, как только провалила покушение!

Леферия проснулась от барабанного боя. Уже рассвело. Костер не горел. С другой стороны пепелища изумленно моргал Фелд. Похоже, его сморило на посту. Похоже, это из-за него сейчас…

А что происходило сейчас?

Леферия панически озиралась. Из-за деревьев подступали тени. И тени эти были нечеловеческими.

Животные? Хорошенький, должно быть, мирок, если животные в нем вырастают выше деревьев! Сквозь небольшую просеку, незамеченную ночью, она видела, как нависают тени над пышными кронами. Да нет, невозможно. Тогда что? Местные демоны? Вот это уже реально. Если нет богов, их место занимают демоны…

Раздался оглушительный звук, похожий на выстрел. Дерево на краю поляны развалилось пополам. Мощный ствол словно перерезало вдоль. Половинки повалились в разные стороны, производя душераздирающий шелест и треск.

— Земля расходится, — прошептал Фелд. Каким-то чудом Леферия его услышала. — Проклятие!

— Так бежим! — закричала она, вскакивая и хватая сумки. Начала озираться в поисках выхода из окружения теней, но не видела его. Наоборот, тени словно ждали, пока их заметят. В лесу потемнело, как перед ураганом. Черные силуэты закрыли дневной свет. Барабаны загрохотали ниже, монотоннее. Послышались призрачные голоса, больше похожие на эхо. Оно что-то бормотало. Бормотание тоже отдавалось эхом, шепотки и обрывки фраз переплетались, накладывались друг на друга, резонировали с барабанной дробью, вползали в уши. Хотелось визжать.

— Да не найдем мы здесь лазейку! — Фелд схватил ее за руку, беря сумку. — Нужно или прорываться, или ждать, пока нас похоронят заживо! Давай попробуем, вдруг эти тени не опасны!

Леферия в этом сильно сомневалась. Земля застонала и разошлась трещиной — точно застежку кто-то дернул. Трещина бежала прямо к ногам Леферии и Фелда.

— Попробуем, — выдохнула Леферия и бросилась в объятия теней.

Но не успела. Были тени людоедами или просто атмосферным явлением, она не проверила. Земля хищно распахнула пасть, уже не расходясь узкой трещиной, а осыпаясь громадной дырой. И Леферия с криком полетела вниз.

Яма вдруг начала сужаться, точно земля старалась поскорее проглотить сожранное. Леферия зажмурилась. Это была неминуемая гибель… но сужение вдруг остановилось.

Она зависла в узком колодце. До его стенок оставалось не больше локтя с каждой стороны. Некая сила удерживала Леферию, не давая ни провалиться на дно, ни вцепиться в края и выбраться наверх. А поверхность оказалась неожиданно близко — голова Леферии торчала над землей.

Одна из теней вдруг оказалась совсем рядом — и наклонилась.

Колоссальная рука опустилась в колодец. Сжала плечи. Проскребла огромными когтистыми пальцами по спине. Пощекотала ступни — туфли куда-то подевались. Обхватила туловище, заставила раскрыть рот, и скользкий палец с загнутым когтем, толстый, как человеческая рука, начал проталкиваться в глотку.

Леферия завизжала. Палец мешал, голос то и дело срывался, к горлу подкатывала тошнота, да и помощи ждать было неоткуда… Она визжала.

Гигантская рука застыла, а потом начала медленно разжиматься. Но ощущать ее на себе было все равно так мерзко, что визг лился точно сам собой. Трель за трелью, как у спятившей птицы. Рука все слабела и слабела… и наконец растворилась в воздухе.

Леферия попыталась оглядеться и поняла, что лежит на листке-одеяле, а над головой сквозь густые кроны пробивается подкрашенный зеленью свет.

— Очень плохо, — произнес кто-то, с трудом выговаривая хадратские слова. — Низкая сопротивляемость.

— Кто вы такой? Это ваших рук дело? — протянул Фелд где-то рядом. Голос его напоминал стон.

— Мысленная… ментальная… ловушка. Атака. Вы должны уметь сопротивляться. Иначе будете беззащитны в Таондаре, — с чудовищным акцентом, но вполне внятно сообщил мужчина. — Я Краор. Я должен вам помочь.

Леферия села, протирая глаза. Теперь она смогла его рассмотреть. Будущий проводник устроился на нижней ветке раскидистого дерева, совсем невысоко. Одна нога в тяжелом ботинке упиралась в ствол, вторая свисала, почти касаясь земли. Он скептически изучал поляну, Фелда, Леферию, их нехитрый скарб и, казалось, был сильно встревожен.

— Это вы создали ловушку? Руку эту с когтями? — в негодовании вопросила Леферия, принимаясь раздирать спутанные черные локоны.

— Да. Только в ваших… мыслях. Вы видели то, чего не было.

— Хорошенькое «не было»! — проворчала Леферия. — Зачем?

— Проверить. В Таондаре это очень… многое… оружие.

— Проверить нас? Вы хотите сказать, у вас многие владеют этой техникой? Используют ее как оружие? — Краор напряженно вслушивался в ее слова, точно боялся что-то пропустить. — То есть те дикари или полудикари, которых мы видели вчера днем — это было вполне современное войско?

— Пожалуйста, говорите… медленно, — попросил Краор. — Я мало понимаю. Войско?

— Так. — Леферия завязала волосы в хвост, так и не распутав окончательно, отбросила его за спину и полезла в сумку. — Нам еще о многом придется говорить. К тому же я и Фелд, — она указала на адвоката, стараясь произносить каждое слово медленно и отчетливо, — должны знать ваш язык. Вы говорите, страна называется Таондар? Мы знаем только общее название всего вашего мира, Геолис. Так что мы все сейчас примем эликсир остроумия и потренируемся объясняться между собой. Чтобы вам подтянуть хадратский до нашего уровня, понадобится пара дней практики, если постоянно пить эликсир. Не бойтесь, он безвредный. Нам придется учить ваш таондарский с нуля, времени уйдет больше. Нам нужно будет знать язык, чтобы проникнуть на завод? А чтобы подобраться к Сигетнару и остальным? Для этого нужно сойти за своих?

Краор хрипловато рассмеялся, выставляя руки перед собой.

— Медленно! Я еще не знаю, вам нужно знать язык… Это зависит от ситуации. Мы подберемся к Сигетнару через одного… союзника… Завод — будем смотреть.

Леферия отыскала бутыль с эликсиром остроумия и несколько стаканчиков из прессованных водорослей. Разлила по ним кораллово-красную жидкость и первой выпила свою порцию, демонстрируя, что бояться нечего. Затем вручила стаканчики Фелду и Краору.

— Это что-то… Ноотроп? — поинтересовался провожатый. Он выпил эликсир с отсутствующим видом, явно пытаясь определить происхождение ингредиентов по вкусу.

— Что такое ноотроп?

— Медикамент… Заставляет голову лучше думать.

Леферия некоторое время хмурилась, не в силах постичь, за счет чего этот медикамент обладает такими свойствами. Это было что-то из арсенала химиков, а она специализировалась на алхимии. Химики совсем недавно получили императорскую лицензию на свои опыты — до того никто не мог понять, какой смысл в их деятельности. Зачем разглядывать каждое вещество под мощным увеличительным стеклом, пытаясь увидеть мельчайшие частицы? Какой смысл умозрительно разбирать на частицы все подряд и выдумывать новые методы сочетаний ингредиентов? Какая разница, исцеляет лекарство или «восстанавливает клетки», если и то и другое означает для больного выздоровление? Да и потом, алхимия была густо замешана на магии, а химики пытались обходиться вовсе без магии. Если бы не это, их бы, возможно, кто-нибудь и воспринимал всерьез.